Длинная цепь - Е. Емельянов

сторону, лишь немного запыхался. Впрочем, отдышка не мешала ему сыпать новыми оскорблениями.

— Ну же, сын мертвеца, давай. Удар, ещё удар. Старайся лучше. Хоть кого-то ты в итоге должен зарубить.

Шея, сонная артерия, справа. Один удачный удар.

— Даже из твоей сестры боец был получше. Она хотя бы саму себя смогла убить, один-ноль в её пользу.

Мерзкий выродок. Не просто пробрался к ним ночью и заререзал их скот. Не только соврал на Ступенях и отправил Кнута на верную смерть. Ему ещё хватало наглости напоминать об этом, напоминать про… неё.

Риг кричал, напирая на Йорана, хотя ему не хватало воздуха, чтобы дышать. Сжимающие топор пальцы онемели, пот струился по всему телу и щипал глаза. Щит слишком тяжёлый, рука отказывалась поднимать его — бросить. Йоран изловчился перехватить новый удар, и Риг в очередной раз оказался на земле, острый камень врезался в его спину. Но бой не остановился. Кусать, рвать, бить, царапать. Убивать.

В конечном счёте Йоран выбросил учебный меч, придавил Рига лицом в песок, левую руку прижав коленом, а правую выкрутив до хруста. Больно. Сам Йоран сидел у трепыхающегося Рига на спине, не давая тому никакой возможности встать или освободиться.

— Ну всё, успокаивайся. Хватит с тебя?

Риг не ответил, попробовал пнуть противника ногой, но из такого неудобного положения смог лишь слегка толкнуть его носком сапога по спине. Йоран же выкрутил его руку чуть сильнее, медленно выворачивая суставы, рискуя сломать кость. Риг зашипел от боли, попробовал ударить ногой ещё раз — тот же результат.

— Успокойся.

Удар локтём по голове. Больно. Где его шлем? В начале тренировки на нем точно был шлем.

Риг попробовал освободить левую руку и получил ещё один ощутимый тычок по голове. Давление на руку в захвате усилилось, одно неловкое движение, и он сам себе устроит серьёзный перелом. Лучевая кость, со смещением.

— Довольно.

Внезапно давление на спину Рига исчезло, руки оказались свободны. Настолько быстро, насколько ему позволяло измученное тело, Риг вскочил на ноги и, не найдя рукой свой топор, схватил ближайший камень.

— Я сказал довольно.

Элоф Солёный, с суровым взглядом под густыми бровями, с воротом рубахи Йорана Младшего в кулаке. Палец второй руки указывал прямо на Рига, почти упирался ему в грудь.

— Успокойся и брось камень на землю, — сказал он, чеканя слова. — Это учебный поединок, и вы — товарищи по оружию.

Элоф бросил взгляд на Ондмара, стоящего поодаль и наблюдающего за происходящим со скучающим взглядом. Казалось, тот вот-вот невозмутимо пожмёт плечами, но он даже этого не сделал, сказал лишь:

— Стало лучше, но теперь ты думаешь слишком мало.

И после этого пошёл по своим делам, которых у него не было.

Шатаясь, Риг подобрал с земли свой щит, топор, и собирался уже ударить в него вновь, когда его руку перехватил Элоф.

— С тебя хватит, парень. Уметь вовремя закончить бой — это навык даже более важный, чем умение его начинать. И тебе пора было заканчивать ещё три схватки назад.

У Рига не было сил ответить. Да и совет от человека, что ворлингом дожил до таких лет, как Элоф Солёный, имели ценность в любом случае, стоило прислушаться.

С трудом Риг удержался от того, чтобы бросить оружие на песок и повалиться следом за ним. Вместо этого неспешно дошагал до своей лодки, аккуратно сложил учебное оружие на место. Йоран Младший встал рядом, так же бережно положив учебный меч.

— Славно помахались, — сказал Йоран с усмешкой в голосе, но тихо, так чтобы никто не слышал. — Без обид. Я знаю, что ты убийца каких поискать, не хуже прочих. Сестру вон убил своим упрямством, а после чуть не убил и брата. Кровожадно.

Риг приложил немало силы воли, чтобы разжать кулаки. Йоран явно провоцировал его на драку, и худшее, что Риг мог сделать — дать выродку желаемое. Тем более, что в открытом бою против измотанного Рига у того явно было существенное преимущество.

— Может, так тебя и назовут, Риг Кровожадный? Хотя Риг Беспомощный всё же лучше.

Слова — другое дело, другой баланс сил.

— Всяко лучше, чем просто Младший. Хотя тебя даже так никто не зовёт. Муж дочери Торлейфа.

Йоран резко втянул носом воздух, но голос сохранил спокойным.

— Нет ничего дурного в том, чтобы муж вошёл в клан своей жены.

— Конечно, ничего дурного, — согласился Риг. — Вот только почему во всем Бринхейме ты единственный, кто так сделал? Единственный, кто не даст имени своим детям.

Было видно, как его это зацепило. Перед ответом Йоран чавкнул, сделал медленный вдох, выдохнул.

— Стало лучше, — сказал он и усмехнулся. — Теперь ты думаешь в самый раз. В бою именно такой и должна быть твоя ярость — не пылающей, но тлеющей долго и ровно. Спокойное желание убивать.

— Сейчас я хочу убить лишь одного человека.

— Одного вполне достаточно, — усмехнулся Йоран. — Главное вспоминай о нем перед началом, и этого хватит.

Это была такая форма урока, вариант его помощи? Риг лишь надеялся, что Младший не ждёт благодарности за это. Впрочем, похоже было, что ворлинг не ждал даже продолжения разговора, так что свой вопрос Риг задал уже его спине:

— И кого ты хочешь убить?

Йоран, не останавливаясь, сплюнул на сторону.

— Моего отца.

На этих словах он ускорил шаг и пошёл обратно, к другим воинам. Но пройдя пару шагов бросил, не оборачиваясь:

— Со словами, однако, ты куда опаснее, чем с топором. Может тебе все же стоит оставить топор брату?

— Я сам решу, кому и что я оставлю, — сказал Риг.

Йоран не ответил и вскоре вернулся на своё место неподалёку от Бездомного Стрика и Вэндаля Златовласого. У Рига же своего места не было, так что он сел на высокий камень неподалёку от Кнута. Тот продолжал стоять, скрестив руки на груди да глядя на то место, где ещё недавно Риг барахтался в песке и махал топором в сторону Ондмара Стародуба.

— Отец бы высказался против, — сказал он в итоге после долгого, тягостного молчания.

— Тогда ему бы следовало не помирать на чужих берегах, чтобы его голос звучал громче. Сейчас его как-то плохо слышно, — ответил Риг и поморщился.

Риг ожидал, что старший брат даст ему какой-нибудь хороший совет, похвалит его успехи, пусть пока и достаточно скромные. Ну или