Фанфик Четверо лучших - Фанфикс.ру айронмайденовский

«Прашу защщиты и укрытия в доме лорда Малфоя», — было нацарапано там. В конце стояла неразборчивая закорючка, видимо, подпись. Я заскрипел зубами. Обращение было ужасающе неграмотным, но формальным, а это значило, что я не имею права отказать. Фенрир смотрел на меня, не скрывая насмешки и презрения. Конечно, я для него богатенький чистоплюй и прочее — хотя какое мне до него дело, кроме того, что хочется выдумать ему самую страшную казнь, которой ещё не существовало на земле?

— Веди, — сухо приказал я. — Попробуешь привести больше людей — пожалеешь.

Он оскалился и вышел, а я взялся за родовой перстень, чтобы перенастроить чары. Когда, закончив, опустил глаза, к четырём уже имеющимся надписям на зачарованном пергаменте прибавилось ещё две, написанные разными почерками: «Рыжий Кись» и «Бобрёнок» — не иначе, взяли пример с Драко, назвавшись зверюшками. Интересно, почему Грейнджер бобрёнок? Ах, да, у неё в детстве были огромные передние зубы — сын когда-то в красках описывал мне противную грязнокровку-заучку, не зная, что она спасёт ему жизнь...

Я коснулся пером последней надписи и быстро черкнул: «Спасибо. Вы всё поняли правильно. Не называйте имён. Разошлите всем своим. В Хогвартс тоже».

Грейнджер отчаянно пачкала пергамент чернилами, и ответ её пришёл почти мгновенно: «Мы разобрались. Спасибо и вам. Как их прятать?»

«Приложить к тыльной стороне ладони. Не бойтесь того, что произойдёт», — ответил я и стал ждать реакции.

«Я уже ничего не боюсь», — написала она мне, и я представил, как в какой-нибудь тесной комнатке в Норе две девушки склоняются над пергаментом, толкаясь локтями, а волосы их перемешиваются друг с другом.

«В штабе вы знаете чего, — быстро писал я, — был или есть круглый медальон с большой буквой S. Это та самая вещь. Пусть мисс Рыжий Кись спросит эльфа, вас он не послушает».

«Я была там вчера, — проступали буквы на пергаменте, — там в книгах нет ничего про те вещи».

Я подумал, пугать их или нет тем, что одна из этих вещей сейчас спит в доме на Спиннерс-Энд. Потом решил, что не надо.

«Мы найдём их, — написал я утешительное. — Сейчас прошу извинить: я дома и не могу долго переписываться».

«До свидания, сэр», — ответила Грейнджер, и все наши записи исчезли, когда она свернула свой пергамент. Я медленно убрал под кожу свой. Интересно, догадаются ли они, что так можно прятать и неиссякаемые перья?

Было ясно, что Фенрир и его спутник уже близко, и я поднялся, чтобы встретить их в холле и подтвердить, что принимаю нового человека в своём доме.

Как ни странно, не только я знал о том, что в наших рядах грядёт пополнение, видимо, оборотень успел разболтать по дороге. Внизу я обнаружил Барти, который сидел на мраморных перилах, Розье, Нотта и Эйвери, как раз вошедшего через дверь.

— А в чём дело? — спросил последний, и в этот момент на отмеченном квадрате из воздуха возникли двое. Фенрир небрежно придерживал за плечи молодого мужчину с рюкзаком на спине: вероятно, там умещались все его пожитки. Новичок был худ, одет в потрёпанную кожаную куртку, сапоги и клетчатые штаны. Его чёрные волосы, в которых кое-где просматривались красные пряди — маггловская краска? какая гадость! — были связаны в хвост обувным шнурком. Егерь с любопытством огляделся по сторонам и удивлённо присвистнул, никакого внимания не обращая на меня. Я же стоял на последней ступеньке лестницы и рассматривал его. Длинные волосы — значит, скорее всего, тёмный маг, но Фенрир говорил, что он просто егерь. Да и судя по «грамотности» записки не было похоже, что он где-то учился. Клетчатые штаны (я напряг зрение: Stewart Red), но в самом ли деле он принадлежал к какому-то клану или просто надел броскую вещь? Однако же, задал оборотень задачку... Парень вполне мог оказаться наёмным убийцей, который маскировался под простачка. И как теперь спать по ночам?

Наконец-то новичок заметил меня и уставился во все глаза, не скрывая ни любопытства, ни того презрения, которое свойственно простолюдинам при виде чего-то, что за пределами их материальных и духовных возможностей.

— А ты, что ли, лорд Малфой? — громко спросил он, не дав мне ничего сказать.

— Я, — сухо произнёс я, не скрывая и своего к нему неприязненного отношения. Он, то ли не поняв, то ли обнаглев окончательно, подошёл ближе.

— Фу-ты, ну-ты! — воскликнул он с изумлением, которое, как я теперь понял, было наигранным. — Ну ни дать ни взять — настоящий лорд! Ишь, расфуфыренный...

Я посмотрел на несчастного, который явно нарывался. Обычная мантия для него — предел роскоши?

— Как вас называть? — осведомился я, входя в роль айсберга. После Поттера и Драко это, правда, показалось сложнее, чем раньше...

— Скабиор, — новенький приложил руку к груди и поклонился, явно ёрничая.

— Это что? Имя? Фамилия? Кличка? — при последнем слове я скривился, только что сообразив, что за этой сценой наблюдают, по меньшей мере, четверо. Барти как раз слез с перил и подошёл поближе.

— А как вам будет угодно, — весело отозвался егерь или тот, кто им прикидывался. Я щёлкнул пальцами.

— Энни!

Эльфийка возникла прямо между мной и им.

— Проводи господина Скабиора в свободную комнату, — я посмотрел в наглые смеющиеся глаза и добавил: — И посмотри, чтобы он не шатался по дому.

— Запираете, значит, милсдарь? — уточнил егерь и улыбнулся до ушей. — Не доверяете бедному Скабиору, а?

— Не доверяю, — ответил я. — Вы здесь чужой, хотя и гость, и советую об этом помнить. Для вашей же безопасности.

Тот хмыкнул, обогнул меня и направился за семенящей по лестнице эльфийкой. По пути толкнул плечом замершего Барти — не со злом, просто бессознательно пытаясь выяснить, кто сильнее. Я думал, что Крауч, который в последнее время был особенно невменяем, сейчас взорвётся яростью, но ничего не произошло. Тот только с озадаченным видом потянул носом воздух и отступил. Скабиор улыбнулся ему с первой площадки и исчез наверху.

Ступал он тихо.

72. ДМ. Переписка

Как же я перепугался сегодня утром, когда, едва приоткрыв глаза, увидел, что отец сидит рядом с кроватью и рассматривает что-то у меня на груди!

— С добрым утром, — хрипло сказал я, ещё не вспомнив, что было этой ночью. Потом вспомнил и дёрнулся как от удара: Поттера нет, но отец здесь — значит ли это, что мне будет плохо? Я опустил глаза: на груди цвели засосы, оставшиеся после вчерашнего, искусанные соски покраснели и припухли... Я в ужасе закрылся одеялом, ожидая наказания, но он только взъерошил мне волосы.

— Я уже поговорил с Гарри, — сказал он, и по его голосу я понял, что он не рассержен. — Ничего страшного, Драко, не бойся. Я надеюсь, он не причинил тебе боль?