Одиссея Джоанны Кинг - Анна Завгородняя

Капитану Йорку хватило всего одного взгляда на девушку, как он тут же сорвался с места и выбежал из кабины управления. Следом за ним стрелой метнулся капрал Лисс и Маркес. Они нашли Линкольна у ремонтного шлюза. Капитан был в одних плавках и уже поспешно натягивал скафандр, когда голос Джамы, раздавшийся по селектору, заставил его на секунду замереть.

— Вам стоит поторопится! — произнес ящер, — Я несколько смогу приблизить изображение, и мне кажется, что у женщины осталось мало воздуха. Я конечно не уверен…

Йорк не стал дослушивать, что дальше говорил Джама. Он надел шлем, закрепил все застежки и крепления, проверил турбины и знаком показал своим людям выметаться из отсека и когда за ними закрылись двери, взял дополнительный баллон с воздухом и открыл шлюз. Он не стал дожидаться, когда его вытянет вакуум, прыгнул сам вперед, включил ускорение и понесся на предельной скорости к станции, где парила в безвоздушном пространстве Джоанна.

Маркес прилипла лицом к толстому стеклу, глядя на то, как уменьшается фигура капитана.

— Он успеет, — пробормотала она сама себе.

— Вот твари! — произнес Кристиан и с силой ударил кулаком по закрытой двери, затем переключился на встроенную связь, соединяясь с кабиной пилотов.

— Джама, что ты видишь? — спросил он.

— Капитан уже близко от женщины, — последовал ответ.

— Надо подготовить дыхательный аппарат и реанимационное оборудование, — вскрикнула Маркес и бросилась куда-то мимо капрала. Тот проводил ее взглядом, сам остался ждать у двери шлюза. Когда Йорк вернется сюда с Кинг, ему может понадобиться помощь, решил он.

— Джама, докладывай, что видишь! — крикнул он, — Следи за капитаном! Я хочу, чтобы ты описывал каждое его движение!

Ящер ответил короткое — да, и начал говорить…

Они возвращались тем же путем, что спускались сюда. Чарльз Уорд посмотрел на часы. У его племянницы осталось всего одна минута, а затем воздух в ее баллоне закончится и … Тут он улыбнулся. И одной проблемой станет меньше! Нет, ненависти к племяннице он никогда не испытывал, впрочем, как и любви, но она мешала ему, а вот ее деньги казались не лишними в прибрать их к рукам Уорд посчитал правильным в сложившейся ситуации. Совесть никогда не мучала его, хотя, когда погибла сестра, он немного расстроился, но… совсем немного.

Чарльз перевел взгляд на коробку в своих руках, крепче сжал ее и почти придал к груди, словно это было самое ценное его приобретение за последнее время, хотя, возможно, так оно и было. Это его путь наверх. С помощью вакцины он станет первым Главой, а после и единственным!

Находясь в самом мечтательном расположении духа, Уорд уже было шагнул в открывшийся лифт, как чьи-то руки ухватили его поперек туловища, оттянули назад, сжав с такой силой, что Чарльз почувствовал, как хрустнуло сломавшись внутри одно из ребер. Тело тут же отозвалось дикой болью, солдаты отреагировали на крик Главы, но опустили свое оружие, когда увидели, что Уорд находится в руках улыбающегося Отто МакКигана и к горлу Чарльза Седой приставил тонкое острие черного ножа.

— Мы немного покатаемся, Чарли, — прошипел Отто в ухо своему бывшему нанимателю и чуть надавил на рукоять. Из пореза на шее тонкой струйкой потекла кровь.

— Не вздумайте нас преследовать, — бросил пятясь спиной назад Отто, — Иначе от вашего драгоценного Главы останется только пазл. Я порежу его на куски и голову отсеку самой первой. И уж будьте уверены, успею проделать все это прежде чем самый быстрый из вас нажмет на курок!

Тут он снова придавил руками ребра Уорда. От боли в глазах мужчины все пошло рабью, затем потемнело, но сознание все еще не оставляло его.

— Ну, же, прикажи своим собачкам не преследовать нас, — зашептал ему в ухо МакКиган, — А я в ответ пообещаю, что отпущу тебя, когда прибудем на первую попавшуюся обитаемую планету. И в отличие от тебя, Чарли, я умею держать свое слово. Впрочем, не мне тебе об этом говорить! Думал бросить меня на Тагире, тварь? Думал, я не знаю, что тебя осведомили о том, где и в каком качестве я нахожусь!? Ну, же прикажи им стоять на месте!

Уорд поднял руку, слабо махнул ею и прохрипел:

— Не следуйте за нами! — после чего Отто потащил его за собой, сперва пятясь спиной назад, а затем развернувшись и перейдя на бег. Через несколько минут они оказались на магнитной площадке, где стоял шаттл с Орегона. Седой торопился, поэтому выбирать не приходилось. Торопился он как оказалось не зря. Едва он забрался внутрь корабля и закрыл шлюз, как следом за ним высыпали на площадку военные. Но МакКиган этого не видел, он тащил за собой Главу за шкирку и остановился только когда они нашли рубку управления. Там Отто привязал Чарльза к креслу второго пилота, сам же соединился с центром Станции.

— Прикажи им заправить и выпустить нас, — сказал Отто с силой ударив кулаком по сломанному ребру бывшего шефа. Уорд вздрогнул всем телом и взвыл от боли — осколок ребра проткнул что-то внутри мужчины, — И пусть без фокусов, иначе будут собирать тебя по частям, уж я постараюсь, — альбинос улыбнулся, — Ты ведь меня знаешь, Чарли!

Уорд знал. Слишком хорошо знал.

Стекло перед моими глазами запотело от моего же собственного дыхания. Каждый вздох давался труднее прежнего, и я оставила все попытки продвинуться к кораблю, туда, где был Йорк. Я почти ничего не видела перед собой, в глазах темнело, и я чувствовала, как грудь начинает сдавливать словно в тисках, когда увидела перед собой странное видение, скорее всего вызванное галлюцинациями от выработанного легкими углекислого газа. Это видение смотрело на меня глазами капитана Линкольна Йорка и во взгляде было столько страха, что я невольно улыбнулась. Кажется, я понимала, что умираю, или скоро умру. Добрый дядюшка побеспокоился обо мне. Это оказалось не так страшно…а то, что я увидела Йорка перед тем как усну навсегда было чем-то вроде подарка.

Я продолжала улыбаться, когда почувствовала, как меня взяли за руку, затем зачем-то встряхнули, затеребили. Затем на короткое мгновение мне сдавило горло, и я вскинула одновременно все конечности. Руки поднялись к горлу, впились в ткань скафандра, а ноги забили пространство, словно я ехала на велосипеде, а потом меня еще раз дернуло в сторону и в мои легкие ворвался чистый воздух, свежий, как на опушке соснового бора. Я вдохнула полные легкие, они отозвались благодарностью и болью, но с глаз сразу спала пелена и мозг заработал не так вяло. А когда чьи-то ладони подхватили меня под мышки, и мы полетели, отдаляясь от станции с поспешностью, я раскинула свои руки в стороны, и сама себе показалась птицей, которая стремглав несется вперед. Мой спаситель перевернул меня лицом к себе, и я увидела через стекла наших шлемов его лицо. Он на мгновение замедлился, затем одними губами произнес то, что я так хотела услышать, но сейчас прочитала по молчаливому признанию, которое оказалось для меня важнее букетов с цветами и стандартного кольца в бархатной коробке.