Одиссея Джоанны Кинг - Анна Завгородняя

Мы с капитаном сидели в креслах. Агрилл устроился где-то позади нас, смешно присел, подогнув свои многочисленные ноги.

Экран передо мной светился яркими лампами. Штурвал в моих руках смотрелась несколько дико. Я впервые сидела на месте второго пилота и это было странное ощущение, не скажу, что неприятное.

— Когда будем выходить из атмосферы, будет сильно трясти, так что ухватись за что-нибудь! — крикнул капитан Йорк Стражу. Тот промолчал, хотя вряд ли проигнорировал наши слова.

И вот долгожданный момент. Купол медленно открылся над нашими головами. В глаза ударило солнце. Капитан включил систему. Где-то глубоко внутри корабля ожило его сердце — мощный двигатель и космическое судно задрожало. Йорк стал вводить в систему какие-то данные, пока я смотрела вперед, туда, куда через минуту устремимся и мы, когда увидела, как солнечный свет на мгновение закрыла какая-то темная фигура. Затем мы стали подниматься вверх. Снизу что-то подозрительно ударило с стену корабля и нас качнуло в сторону. Йорк выругался и крепче схватился за штурвал. Подниматься из ангара нужно было только в ручную. Автомат здесь был бессилен, особенно на такой старой модели, как этот корабль. Поэтому, когда тряска стала слишком ощутимой, я только закатила глаза, а страж где-то позади нас забурчал, показывая свое пренебрежение к подобному старту.

И вот мы поднялись в воздух. Довольно плавно, хотя я ожидала. Что все будет происходить рывками, но капитану удалось все проделать предельно внимательно.

Тело вибрировало и мои руки пока лежали на коленях. Все управление Йорк принял на себя. Было заметно, что он не первый раз занимается пилотированием. Я покосилась на его лицо. Оно казалось мне немного сосредоточенным, но в целом, капитан был спокоен, а через несколько минут мы покинули атмосферу планеты и понялись над ней, глядя на застилающие облака, лежащие под нами. Еще немного, и мы вышли на орбиту, а затем и в открытый космос. Орегон теперь висел внизу, как яркий елочный шар, испещренный узорами зеленого леса, покрывавшего большую его часть.

Облегченно вздохнув, я обернулась назад, посмотреть, как там наш спутник и увидела, что Агрилл смотрит в иллюминатор на мерцающие звезды и лицо его при этом выражает странную печаль и радость одновременно. Сомнений не было, когда-то давно, будучи человеком, страж работал на корабле, я видела в его взгляде радость узнавания старого привычного вида, а не удивление первооткрывателя.

Я уже хотела было открыть рот, чтобы задать ему вопрос на эту тему, как мы услышали предупреждающий сигнал, означавший, что горючее в баках нашего корабля снизилось до красной отметки.

— Вот и все, — произнес Линкольн и отключил всю систему, оставив нам только освещение. Двигатель еще несколько раз толкнул корабль вперед и уснул. Оставшегося запаса энергии должно было хватить только на фильтрацию воздуха в корабле аварийное освещение.

— Надеюсь, нам повезет! — усмехнулся Йорк и посмотрел на меня.

Я взглянула вниз на Орегон и увидела странное действо, происходящее с планетой. Словно в замедленной съемке она трансформировалась, а точнее меняла цвет, бледнее просто на наших глазах и уже спустя несколько минут ее поверхность стала светло-голубой. На Орегоне наступила ночь и пришел холод. Тот самый губительный мороз, который едва не унес наши жизни. И взирая на это с огромного расстояния я сейчас чувствовала себя намного счастливее оттого, что нахожусь сейчас здесь, а не так, внизу.

— Что будем делать дальше? — спросил Страж, вытягивая поочередно ноги, чтобы размять затекшие суставы.

— Ждать, — вяло сообщил капитан Йорк, — Я только что отправил сигнал бедствия, надеюсь, нас услышат.

— Лишь бы это не оказался корабль Содружества, — заметила я и откинулась назад в кресло. Линкольн протянул руку и взял мою ладонь. Я улыбнулась ему, неуверенно и мужчина переплел наши пальцы, молча, без единого слова и мне показалось, что сейчас мы были даже ближе, чем во время проведенной вместе ночи.

Когда впереди яркой вспышкой разошлись лучи света, Йорк отпустил мою руку и резко выпрямился в кресле. Он смотрел вперед, я заинтересованно перевела взгляд на стекло перед нами и увидела, как впереди, как раз над планетой, открывается огромная черная дыра, из которой спустя мгновение стал выплывать корабль, размеры которого сказали мне, что это военная станция.

По спине пробежал холодок, и я не смогла сдержать удивленно крика, а Линкольн смачно выругался и дернулся было включить систему, но тут же остановился и сел обратно в кресло. Без горючего нам не уйти, и он это прекрасно понимал. До момента, когда наше суденышко заметят, оставались считанные секунды, или минуты, пока команда на станции придет в себя после прыжка через портал. На больших кораблях, как этот, подобные вещи проходили легче и менее разрушительно для экипажа.

Перед нами величественно выросла станция и мне даже не надо было читать надпись над ее бортом, чтобы понять, что перед нами «Заря» командора Ноллака, того самого, что погиб во время побега и смерть которого списали на Ястребов.

— Быстро сработал ваш сигнал, — хмыкнул за спиной Агрилл.

Я посмотрела на приближающуюся громаду. Она плыла прямо на нас, медлительная и огромная, словно айсберг в холодном море. А затем произошло то, чего я боялась и что должно было произойти. Нас посадили на луч и стали притягивать к станции. Я даже увидела. Как открылся впереди шлюз и выдвинулась магнитная платформа.

— Это конец, — подумала я и даже не заметила, что произнесла слова вслух.

Уже через несколько минут мы оказались на станции. Корабль встряхнуло, когда он опустился на магнитную площадку, затем платформа втянулась обратно в шлюз и после дезинфекции поверхности корабля, в шлюз запустили воздух. Затем мы услышали, как кто-то вырезает автогеном двери и спустя мгновение к нам в кабину ворвались вооруженные люди.

Нас не спросили, кто мы и откуда, а просто велели следовать за ними, причем на Агрилла покосились с опасением, но Страж миролюбиво поднял вверх руки, показывая, что настроен вполне миролюбиво.

— Следуйте за нами, — вперед пошел один из солдат, мы все трое последовали за ним под прицелом нескольких орудий. Когда мы направились к выходу с платформы за нашими спинами раздался какой-то странный грохот. Конвоиры пожали плечами, очевидно решив, что это упало что-то внутри корабля и так как все его пассажиры были в их руках, никто не удосужился проверить причину шума.

Знакомыми проходами вышли к лифту. Я скривилась, вспоминая свое первое посещение станции и то, чем оно окончилось. Я ничуть не сомневалась, что Марлоу все еще находится на ее борту, но даже не догадывалась, что не он один.