Антология Сатиры и Юмора России XX века. Том 16. Анатолий Трушкин - Анатолий Алексеевич Трушкин

еще, если бы у меня с ней дела какие-нибудь были.

СТАРИК. Ага, ага. А какие у тебя могут быть с ней дела?

Третий сын оглядывается.

Говори, говори. Что естественно, то не стыдно.

ЛЕТОПИСЕЦ (Старику). Стесняется.

СТАРИК (любуется сыном). Значит, хорошо воспитан. Было, с кого пример брать.

ТРЕТИЙ СЫН. Дела могут быть такие. Я ей дефицит, она мне наличман.

ЛЕКАРЬ. И все?

ТРЕТИЙ СЫН. Нет. Может быть так: я ей наличман, она мне дефицит.

ЛЕТОПИСЕЦ. Папа почему тебя позвал, он одной ногой в могиле.

Лекарь бросается поддержать третьего сына.

ТРЕТИЙ СЫН. Да его туда никакой силой не загонишь.

ЛЕТОПИСЕЦ. Папа сказал, кто первым женится, тому шапка и хозяйство.

ТРЕТИЙ СЫН. Обманет, поди. А потом хомут такой надевать, никакой шапки не захочешь. Нет, ну ее.

Уходит.

СТАРИК. Я в их время что вытворял!

(Лекарю и Стражу.) Ну, договорились, пока не женятся, я не помираю. (Летописцу.) На всякий случай указ напиши. (Диктует.) «В связи с постигшим меня…»

ЛЕТОПИСЕЦ. Равнодушием.

СТАРИК. «В связи с настигшим меня равнодушием, передаю шапку и хозяйство сыну, который первым женится, а сам после этого скоропостижно кончаюсь». Ну, там число, печать. (Стражу.) Объявишь сейчас всем.

СТРАЖ (в зал). Какая зараза на него напала!

СТАРИК. Ничего, ладно. Помирать, так помирать.

СТРАЖ (смотрит на старика). Какая зараза!

СТАРИК. Ничего, ладно.

СТРАЖ (Лекарю, показывая на Старика). Ты посмотри, ка-кая зараза!

СТАРИК. Ладно, ладно. Хватит печалиться.

ЛЕТОПИСЕЦ. Сейчас развеемся. (Хлопает в ладоши.)

Выходят в сарафанах три девушки.

ДЕВУШКИ (поют). Упала ранняя звезда,

В полях прохлада.

Плывет паром, поет вода О чем-то рядом.

СТРАЖ (машет рукой). Хватит! Не до вас щас.

Девушки, обидевшись, уходят.

ЛЕТОПИСЕЦ (Стражу). Зачем ты так?

СТРАЖ. Щас надо думать, как человеку помочь!

ЛЕТОПИСЕЦ. А наша эстрада здесь при чем?

СТАРИК. Да ладно вам. Ничего потерплю я, поживу. (Летописцу.) Но знаешь, глаза закрою — дедушка-покойник стоит на пасеке и рукой к себе манит.

ЛЕКАРЬ. Не бери в голову.

СТАРИК (Летописцу). А рядом с дедушкой бабушка-покойница и тоже..

СТРАЖ. Бабушка?!

СТАРИК. Бабушка.

СТРАЖ. Придумал я, как помочь тебе. (Лекарю.) У меня бабушка свахой была. Сваху надо найти, она живо его ребят обженит.

СТАРИК (беспокойно). Что, что, что?

СТРАЖ. Она, брат, так дело обернет, что их потом от жен не оттащишь! Пойду поищу.

СТАРИК. Ты недолго, слушай. Нету, так нету. Здесь нужен. Мигом чтобы!

Страж уходит, тут же возвращается со свахой.

СВАХА (улыбается, бойко). Здравствуйте. Кто тут во мне нуждается? Как будем договариваться? Какие ваши условия? Какая наша зарплата?

Все смотрят на Сваху. Старик встает с кресла, обходит ее.

СТАРИК (Лекарю, тихо, недовольно). Ну, что это?

ЛЕКАРЬ (тихо). Ну, почему? Хорошенькая.

ЛЕТОПИСЕЦ (Свахе). Оформим тебя временно слесарем. Имя, отчество.

СВАХА. Дарья Тимофевна.

Подходит к Старику, разглядывает его, обходит, поет: «Упала ранняя звезда, в полях прохлада…»

Старик морщится.

(Поет.) «Ох, не ходите, девки, замуж».

СТАРИК (доволен). Вот это верно.

СВАХА. Может, верно, а может, и не верно. Никто не знает. (Смеется.)

СТАРИК. Ишь ты! И откедова ты такая веселая?

СВАХА. Новенькая.

СТАРИК. Ну-ка, ну-ка. (Щиплет Сваху за бок.)

СВАХА (отскакивает). Ой! Щекотно.

СТАРИК (придвигается к ней). А я помираю, брат.

СВАХА. Сестра я.

СТАРИК. Помираю я, сестра. С утра пульса нет. (Обнимает ее за талию.)

СВАХА (отстраняется). Да что же это такое? Сказывали, на работу берут, а тут вон что… какие работы.

СТАРИК (придвигается). Ты не пугайся, я уже обезвреженный. Уже одной ногой тама стою.

СВАХА. Да вы все сперва вроде обезвреженные. (Смеется.) Если помираешь, что ж мне в тебе за интерес? Отходит на шаг.

СТАРИК (придвигается, поет). «Все могут короли, все могут короли». Когда стемнеет, приходи в рощу.

СВАХА. Для чего? (Отходит.)

СТАРИК (придвигается). Так уж и для чего?

СВАХА. Ребят твоих я тебе сосватаю, можешь не беспокоиться. Дня не пройдет.

СТАРИК (поперхнувшись). Вот с этим как раз торопиться не надо ни в коем случае.

Лекарь и Страж замечают, что Старик и Сваха уединились, идут, крадучись, за ними.

Старик хочет обнять Сваху за талию. Страж бьет его по руке.

СТАРИК (оборачивается). Берем ее на работу.

СТРАЖ (Свахе). Приступай к исполнению. Ребята где-то здесь по роще мотаются. Девчат сама находи.

СТАРИК (зачарованно смотрит ей вслед. Стражу). Не успел объявить, что я умру, если кто из ребят женится?

СТРАЖ. Успел.

СТАРИК (горько). Где не надо, он шустрый. Где надо, его не дозовешься (садится в кресло).

ЛЕКАРЬ (Стражу). Надо проверить, не притворяется ли он.

Старик закрывает глаза, храпит.

Картина вторая

Роща. Появляются братья.

ВТОРОЙ СЫН. Прежде чем жениться, надо полюбить. Это во всех старинных книгах сказано. А что такое любовь, ни где не написано.

ПЕРВЫЙ СЫН. Вот тут и крутись. (Выходит на авансцену, в зал.) Что такое любовь, не подскажете?

ТРЕТИЙ СЫН. Вон с девушкой парень сидит, спроси у него.

ПЕРВЫЙ СЫН. Парень… а парень… Чего-то он завертелся сразу.

ВТОРОЙ СЫН. Наверное, это не он с той девушкой.

ТРЕТИЙ СЫН. Может, надо у женатых спрашивать. (В зал.) Мужики, кланяемся вам.

Все трое низко кланяются.

Что такое любовь, научите нас.

Ждут ответа.

ПЕРВЫЙ СЫН (братьям). Сегодня в зале одни парни, настоящих мужиков нет.

ТРЕТИЙ СЫН (братьям). Что делать-то?.. Может, любовь — это когда горбатишься на чужую тетю?

ВТОРОЙ СЫН. Я читал, от любви бросались со скал в омут.

Появляются Лекарь и Страж, у каждого в руках траурный венок. У Лекаря помимо этого завернутая в материю рама. Оба останавливаются в некотором замешательстве.

ПЕРВЫЙ СЫН. Лекарь, как по-твоему, любовь — это что?

ПЕКАРЬ. Болезнь.

ТРЕТИЙ СЫН. Что от нее делается?

ЛЕКАРЬ. Сохнет человек, глохнет, слепнет. Слабость, расстройство, сердцебиение, часто несет бред.

ТРЕТИЙ СЫН. Страж, а ты как считаешь?

СТРАЖ. Любовь, ребята!.. Я вам случай расскажу. Со мной был. Служил я тогда на Кавказе. Познакомился с одной. Красавица! Умница! P-раз, два! Век мне ее не забыть… Нет, умница это другая была. Одна красавица, другая умница. Ну, неважно. Голова у меня кругом, все прогулял, прокутил: и свое, и казенное — меня в кандалы. Я и кандалы спустил! Колодку продал, халат тюремный — все. Меня приговаривают к сожжению. Теперь слушай. Ведут меня на казнь. Народу-у! — бесплатно казнили. Ну, ладно. Смотрю, стоит одна, рыженькая такая, стройная. Особенного вроде ничего в ней нет и готовиться мне надо к другому, а сердцу вот не прикажешь. Забыл, куда шел! Клянусь! Взялись с ней за руки и