Танар. Зов крови - Екатерина Герц

палубы открывался необычный вид. С виду большой дикий остров казался неприступным из-за огромной стены, пролегающей по всей территории залива. Она скрывала лишь малую часть острова.

За стеной вверх взмывал крутой склон, над которым виднелся зубчатый хребет, который пронзал серую полосу туч и мутный горизонт своими формами. За склоном было невозможно что-то рассмотреть.

На палубу поднялись капитан и боцман. Немного уставшие, объявили конечную остановку. Виолетта огляделась по сторонам, на окружающее их море. Матросы уже спускали на воду шлюпку. Прежде, чем молодые люди начали спускаться, капитан обратился к ним:

— Каждую неделю сюда приходит корабль. Не всегда пассажирский, поскольку конечный пункт назначения чаще завершается в западном заливе. Скорей всего, обнаружите торговое судно. Если захотите покинуть острова, вам придётся напрямую обращаться к экипажу. Обмен грузами происходит между доверенными людьми. А если возникнут проблемы, можно попробовать связаться с капитаном. Это можно сделать при помощи воздушной связи. Вам объяснят как. Если будет место, примут. Особенно за хорошую плату.

— Спасибо за полезную информацию! — поблагодарил Денис и пожал ему руку.

До берега их доставили матросы. Вёсла неспешно рассекали водную гладь. Теперь скалы возвышались над их головами угрожающей тенью. И спустя непродолжительное время шлюпка примкнула к песчаному берегу.

Глава тридцать третья

Чуть больше недели назад, Гамильдтон, Академия шаонцев.

— «Замир…».

Тихий шёпот Адоры проник в его сознание незаметно, потревожив и без того беспокойный сон. Наблюдая одни и те же картинки ужасных событий, Влад безуспешно пытался проснуться. Чувствовал, как взмокла простыня от избытка холодного пота. Пальцы беспомощно сминали ткань.

Внезапно его схватили чьи-то грубые руки. Он не мог понять, — сон это, или реальность. Слабость не давала сопротивляться. Окончательно проснулся только, когда кто-то накинул ему плотный мешок на голову. Стало трудно дышать.

Влад зарычал и начал отчаянно сопротивляться. Пальцы ловили пустоту. Послышались приглушённые мужские голоса. До боли знакомые.

— Тише ты, гадёныш! — прошипел первый голос. — Сейчас весь замок разбудишь!

— Давай вырубим его! — прокряхтел второй. — Будет меньше шума.

— Пока не будем. Но если будешь шуметь, ублюдок, я лично тебе все рёбра переломаю!

Юноша почувствовал грубый удар в бок. Затем его подняли с кровати и поволокли из комнаты. Влад тяжело дышал. Глаза слезились от грубой ткани мешка, раздражающей кожу.

Танар прислушался в попытке понять куда его ведут. Он слышал лишь глухие шаги двух мужчин и собственное шарканье по полу. Старался запомнить каждый скрип, каждую открывающуюся дверь или ступеньку.

Страх, непонимание и безысходность сплелись в одну паутину вокруг шеи. В какой-то момент он уже начал опасаться, что от него просто решили избавиться. Где-нибудь в лесу уже ждёт выгребная яма, куда скинут его бренный труп.

За следующей дверью в лицо внезапно ударила прохлада с примесью сырости. Юношу вынудили спускаться по ступеням. Кровь стыла в жилах. На виске пульсировала жилка.

Вскоре он понял, что находится не на улице. Ноздрей касался специфический запах подвальных помещений. Это плесень, затхлость, пыль. Похоже, Верховный наставник решил выполнить свою угрозу и подготовил для него персональную камеру.

Всё происходило слишком быстро и неожиданно. Ещё сегодня днём они разговаривали в кабинете, и Романов не собирался делать ничего такого. «Зачем тащить меня куда-то посреди ночи, да ещё и одевать противный мешок, словно я смогу потом сбежать? Возможно, решили просто припугнуть?».

Все догадки казались такими бессмысленными, что ему даже стало смешно. Сердце между тем безжалостно колотилось о рёбра, напоминая о том, что всё происходящее реально, и его действительно ожидает что-то страшное.

Послышалось громкое лязганье. Этот звук не предвещал ничего хорошего. Влад уже не пытался вырваться, но в мыслях постоянно всплывали защитные приёмы, которые показывал Кирилл на тренировках. «Сейчас это мало поможет, да? Думай же, идиот!».

Ещё несколько мучительных минут, и его толкнули вперёд. Потеряв равновесие, юноша рухнул вниз. Ладони коснулись холодного пола. На ощупь напоминал камень. Кругом была то ли пыль, то ли зола. Пальцы загребали сухую субстанцию, и мелкие частицы впивались в кожу.

— Он здесь, как и просили! — объявил один из похитителей.

— Замечательно! Ведите его сюда.

От этого голоса по спине пробежал холодок. Его было невозможно с кем-то спутать. И танар узнал бы его из тысячи. Эту сталь, презрение, пренебрежение. Сочетать в себе всё самое отвратительное мог только один человек во вселенной. Таких, как он, больше нет.

Теперь страх сменился чувством злости. Подозрения подтвердились. Осталось только понять, что он задумал. И сделать всё возможное, чтобы не получил желаемое.

Сильные руки схватили Влада и поволокли дальше. Ему оставалось только ждать. Вскоре его развернули. Кто-то резко ударил по коленям, вынуждая опуститься на пол. Влад плотно сжал челюсть, чтобы не издать ни звука. Ноющая боль в коленях была ничем по сравнению с его злостью.

Звякнули цепи. Сначала приковали одну руку за кисть, затем другую. Затянули так, что кольца повредили кожу. Кто-то начал поворачивать рычаг. Цепи натянулись, и спустя пару минут юноша был вынужден поднять вытянутые руки выше под давлением инородной силы. Мышцы вскоре начали болеть.

С его головы сорвали мешок. Влад часто заморгал. Сначала не видел ничего, кроме темноты и мерцающих мушек перед глазами. Затем зрение вернулось, и он увидел, что находится в одной из камер подземелья. Тусклый факельный свет слабо освещал помещение и скрывал лица присутствующих людей. Но он и без того знал, кто перед ним.

— Не ожидал такой скорой встречи? — раздался холодный голос Игната Романова.

Его тон был осторожным и тягучим, как свежий мёд. Глава клана явно наслаждался происходящим и невольно растягивал этот момент.

— Не думал, что Вы такой изобретательный по части организации свиданий! — съязвил Влад, смотря на него в упор. — Я очень польщён.

— Скоро тебе будет не до шуток! — властный тон почти не изменился, но удовольствия явно поубавилось.

— Любите пожёстче, значит? — взгляд юноши скользнул по двум другим присутствующим, и по третьему, — явно тюремщику. — Ещё и зрителей пригласили. Ай-ай-ай! Это явно против правил.

— Довольно! — резко гаркнул Игнат Романов и шагнул вперёд, подставляя себя тусклому