Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил Малус, — Ведь треть от добычи идет тебе и экипажу, — высокородный задумался о том, кто получит его долю, если он не вернется из долгого похода. Будет ли это Лурхан? Его бы такое не удивило. Движением руки Гул указал на троицу стоящих рядом корсаров, — Капитан, твои офицеры хотят выразить тебе свое почтение.

— Пусть, выражают, — нетерпеливо ответил высокородный, оборачиваясь к офицерам. Каждый из дручии шагнул вперед, преклонив перед Малусом колени. Первым подошел Шебил, навигатор корабля, крепкий, щедро усыпанный шрамами корсар, с острым взглядом маленьких глаз. Следом вышел второй офицер корабля, устрашающе выглядящий широкоплечий рейдер Амалет. Он шептал слова верности, но взгляд его был прям и вызывающ.

Что Малуса удивило, так это то, что третьей оказалась женщина. Высокая и сильная, с кожей загрубевшей от месяцев жизни в море. Ее высокие скулы пересекали красивые бледные линии боевых шрамов. Темные волосы были заплетены во множество тонких косичек, а затем, собраны в корсарский хвост. У бедер торчали потертые рукояти парных мечей, носимых высокородными дручии.

— Льюнара Итиль, первый помощник, на "Мантикоре, — опускаясь на одно колено, представилась она хриплым голосом, — Сквозь ветер и шторм, багряный дождь и расколотые щиты, я буду служить моему капитану. Веди, и я пойду следом.

При виде ее глаза высокородного распахнулись шире. Возможно, это путешествие будет не столь уж неприятным, — Может, мне увести тебя в мою каюту и оставить там? — он расплылся в хищной усмешке.

Со стороны собравшегося экипажа понеслись смешки и свист. Льюнара посмотрела на высокородного, широко улыбнулась, а ее глаза вспыхнули. Она одним текучим движением она поднялась на ноги и крепко ударила Малуса по лицу. Высокородный почувствовал, как его ноги оторвались от земли, а затем с грохотом рухнул на палубу.

— Только попробуй, я скормлю твои потроха чайкам, — ответила она, все еще улыбаясь.

Свистнула сталь, и с мечом наголо на палубу вбежал Сайлар. С перепуганным воплем, Гул бросился между молодым рыцарем и помощницей, — Остановись, молодой лорд! — обратился он к Сайлару, — Ты не при высокородном доме, а на борту корабля. Она имела право ответить так.

Но Сайлар так просто не сдался, — Что прикажешь, мой лорд? — он обернулся к Малусу.

На мгновение, Малус испытывал сильнейшее искушение стравить Сайлара с первой помощницей. Льюнара была немного старше молодого рыцаря, и явно умела пользоваться своими клинками. "А силу ее руки я только что испытал сам", подумал он, стирая кровь с подбородка. В худшем случае, он лишался Лурханова наймита. Однако, подумав еще мгновение, он покачал головой, и велел Сайлару, — Убери меч. Я не хочу начинать кровной вражды с экипажем.

— Хорошо сказано, капитан, — быстро поддержал его Гул, наклоняясь, чтобы помочь Малусу подняться. Льюнара подарила Сайлару исполненный презрения взгляд, затем развернулась и пошла прочь, раздавая распоряжения команде.

— Мы в полной готовности, — продолжал Гул, поднимая высокородного на ноги, — Команда трудилась всю ночь, готовя "Мантикору" к выходу в море. Если мы хотим выбрать для тебя хорошую цель, стоит поторопиться.

Подобострастное выражение лица золотозубого корсара немного поблекло, когда он оглядел пустой пирс, — О, мой молодой лорд, неужели вы прибыли раньше намеченного срока? Обычно отец и мать присутствуют при таком событии. Да что, там, широко известно, что Лурхан отправлял старших сыновей в поход с большой помпой…

Малус сплюнул за борт красным, — Фанфар не будет, мастер Гул, — отрезал он, — Мой отец сделал то, что должен был, для защиты своей репутации, и это наибольшее, что он согласен был сделать для меня.

— Ясно, — задумчиво сказал Гул, — Желаешь отдать приказ к выходу в море?

Высокородный обернулся и хмуро посмотрел на веревки, такелаж, паруса и мачту, — Мастер Гул, я знаю, что вот этот вертикальный столб называется мачтой, а куски ткани наверху — парусами. Я знаю, что под моими ногами палуба, и предполагаю, что где-то тут есть и якорь, но где его найти, я понятия не имею. И это все, что мне известно о мореходстве, — сообщил Малус, отмахиваясь от Гула, — Ты хозяин этого корабля. Вот и выводи нас отсюда.

Если Гула и ужаснула неопытность капитана, то виду он не подал. Наоборот, его ухмылка стала только шире.

— Как прикажете, сир, — сказал он, с поклоном, — Предоставьте все мне. На борту "Мантикоры" вы в надежных руках.

— О, я в этом не сомневаюсь, — хмуро ответил Малус, — Я буду внизу. Сообщите мне, когда мы достигнем Бретоннии.

Осыпая палубу ледяными брызгами, в узкий корпус "Мантикоры" бились свинцово-серые волны. Возле носовой надстройки собралась группа корсаров, скорчившихся у деревянной переборки.

Троица костей покатилась по мокрым доскам, отскочила от переборки и показала три острых стороны — "рога", символ проигрыша. — Проклятье! — зло прошипел Малус, и моряки, окружавшие его и прикрывавшие его от непогоды, засмеялись. Перемазанные руки потянулись и сгребли выигрыш, — А ну-ка, еще разок, — проворчал Малус, — А то, эта проклятая качка сбивает броски костей.

Некоторые корсары покачались на пятках, и заворчали. Один из них, одноглазый дручии, у которого недоставало половины носа, боязливо склонил голову, — Большинство из нас, ужасающий, должны стоять на страже…

— Нет, если я приказываю иное! — фыркнул Малус, — Мы играем, пока я не прикажу остановиться, и это приказ!

Корсары переглянулись и пожали плечами. На стол легли монеты, и Малус взялся за кости. Он подумал, что в том, чтобы быть капитаном, определенно есть свои преимущества.

Неспокойные воды несли "Мантикору" к Проливу Работорговцев, и если верить словам навигатора, то они должны были меньше чем за день выйти в открытое море.

А затем, как неустанно напоминал Малусу мастер Гул, его поход начнется по-настоящему.

Вырвавшись из гавани Клар Каронда, корабль несся птицей вперед, на несколько суток опережая соперников. Первые несколько дней Малус промучился от морской болезни, слишком слабый, чтобы есть или пить что-то крепче воды. Когда он привык к морю, и вновь ощутил голод, Сайлар порывался накормить Малуса в его каюте, но высокородный отказался, опасаясь яда. Вместо этого, Малус отправился за едой к корабельному коку. И вскоре, уже играл с ним кости.

Иногда, ему казалась заманчивой мысль, нанять пару членов команды и убить Сайлара. После того как высокородный освобождал его от обязанностей, молодой рыцарь часто прогуливался по палубе после наступления темноты. Разве сложно будет немного подтолкнуть его, чтобы он выпал за борт? И чем быстрее это произойдет, тем лучше — так думал Малус — ведь, чем дальше они уплывали от Наггарота, тем больше шансов, что агент Лурхана начнет действовать. Впрочем, высокородный до сих пор не нашел достойных кандидатов для этой работы. Весь экипаж до последнего моряка, предпочитал держаться от него на расстоянии, несмотря на все сыгранные с ними партии в кости. "Возможно, мне не стоило так часто выигрывать", пробормотал он, катая кости в ладонях.