Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Кровавый кубок (не переведено)

Кровавый кубок

Не переведено.

Мёртвый мяч

Не переведено.

Матч смерти

Не переведено.

Переполох в джунглях

Не переведено.

Сэнди Митчелл

Кровь на Рейке (не переведено)

Посланник Смерти

Не переведено.

Город мёртвых

Не переведено.

Наследие Смерти

Не переведено.

К.Л. Вернер

Брюннер: Охотник за головами (не переведено)

Кровавые деньги

Не переведено.

Кровь и сталь

Не переведено.

Кровь дракона

Не переведено.

Цена мести

Не переведено.

Дом для больных

Не переведено.

Волчья голова

Не переведено.

К.Л. Вернер

Силы Хаоса (не переведено)

Дворец Повелителя Чумы

Не переведено.

Кровь Богу Крови

Не переведено.

Хроники Малуса Тёмного Клинка

Дэн Абнетт, Майк Ли

Оплата — кровью

Дующий с Моря Злобы порывистый ветер раскачивал лес мачт из черного дуба, и заставлял работающих моряков-дручии потирать плечи, и поминать недобрыми словами Рев Дракона. В промежутках между порывами ветра и треском кожаных ремней капитаны ревели свои приказы. Шатаясь под тяжестью корзин, сундуков и тюков, по сходням сновали рабы, занося груз в темные недра трюмов изящных рейдерских кораблей. Когда корсары Наггарота готовились выйти в море, доки Клар Каронда, Города Кораблей, напоминали разворошенный муравейник.

В дальней части доков, капитан городской стражи двинул своего черного коня в толпу, шипя, ругаясь и колотя по сторонам дубинкой, чтобы проложить себе путь сквозь этот бедлам. Следом за ним двигалась полудюжина стражников, покрикивая и оглядываясь на ругающихся торговцев и охрипших коммерсантов, прокладывая путь для едущего в их кольце высокородного дручии в черном доспехе.

Малус из Хаг Грэфа клюнул носом, вцепившись связанными руками в высокую луку седла, и стиснул зубы от молотом ударившей в его черепе боли. Поводья свободно висели в его пальцах, и он позволил своему скакуну просто двигаться за остальными сквозь толпу. Во рту стоял привкус пожеванной сапожной подметки, а кости, казалось, вытащили сквозь уши, раскололи до каши из острых осколков, и затолкали обратно. Пока эскорт прокладывал себе путь сквозь доки, он боролся со своим бунтующим желудком, и клялся всем богам, которых только мог вспомнить, что больше в жалкой своей жизни не выпьет ни капли вина.

Его эскорт прокладывал путь через торговую площадь, двигаясь по гранитным плитам, минуя один корабль за другим. Над каждым судном, под бдительными глазами товарищей и капитана, трудились моряки в темных одеждах. Хотя до первого дня весны была еще целая неделя, до Рабских Проливов было две недели ходу на север, а капитаны корсаров планировали оказаться там к тому моменту, когда узкие проходы в океан освободятся ото льда. Опередившие всех прочих корабли первыми доберутся до богатств Старого Света, и получат лучшую долю добычи. У работорговцев дручии были лишь пять месяцев на поиски удачи, и их состязания за живой товар и богатство часто заканчивались смертью.

Чем дальше вдоль линии кораблей они двигались, тем больше Малус подозревал, что капитан собирается отправить отряд с пирса в ледяные волны. Наконец, почти у самого конца причала, капитан радостно заворчал, и остановился возле черного корабля, поскрипывающего и крутящегося на натянутых швартовых. В отличие от прочих кораблей, на его борт не поднимались вереницы рабов. Экипаж корабля сидел на канатах, словно стая воронья, и с отстраненным интересом посматривал на стражников, занимаясь проверкой такелажа. В пяти футах от сходен их ждал одинокий рыцарь-дручии, с головы до пят закутанный в чиненный плащ, накинутый поверх доспеха. Вскинув острый подбородок, он, приветственно кивнув капитану. Его молодое лицо было мрачно, а черные волосы были собраны позади, в незатейливую косу. На шее сверкал посеребренный стальной хадрилькар с символом науглира.

— А ты кто еще такой? — прокричал капитан сквозь вой ветра. Его штаны и плащ покрыла соляная корка, а на доспехах образовалась наледь.

— Сайлар Кровошип, из Хаг Грэфа… — ощетинился гордый рыцарь, в ответ на подобный тон.

— Так я и думал, — кивнул капитан. И указал пальцем на Малуса, — Вот твой парень. Его отец заплатил немало, чтобы он все же попал на борт, — капитан обернулся к одному из своих воинов и велел, — Разрежьте веревки.

Один из стражников спешился, и в его руке тускло сверкнул кинжал. Малус, сверля его злым взглядом, протянул связанные руки, но страж не обратил на высокородного ровным счетом никакого внимания. Кожаные путы распались под острым лезвием, а затем сильная рука уверенно выдернула Малуса из седла. Высокородный смог сделать едва ли один шаг, прежде чем вспышка боли бросила его на колени.

Развернувшись в седле, капитан потянулся к седельным сумкам, — Прошлой ночью, молодой господин изволил посетить самые низкопробные таверны города, — сообщил он, воюя с неподатливыми ремешками, — Мухлевал в кости, затеял драку с группой моряков, и едва не ускользнул от нас. Он уже выбрался сквозь городские ворота и прошел полмили по пути к Хаг Грэфу, когда мы его поймали, — Капитан отстегнул сумки, и тяжело уронил их рядом с Малусом.

Пока капитан говорил, темные глаза Сайлара все шире распахивались от изумления, — Это же неслыханно! — прорычал он, — Вы, низкорожденное отребья, не смеете так обращаться с высокородным!

Глаза капитана сузились, — У меня тоже есть приказы, юный сир, — рыкнул он, — А твой хозяин, порезал двух моих парней, когда мы пытались вернуть его в Клар Каронд, — он посмотрел на Малуса, — И вот он здесь. Так что, теперь это твоя головная боль.

Кивнув своим воинам, он развернул коня и поехал прочь вдоль пирсов, даже не оглянувшись. Сайлар бессильно смотрел ему вслед, крепко стиснув рукоять меча.

— Если собираешься с ними сцепиться, то вперед, — мрачно сказал Малус, — Но не думай, что мой отец выразит тебе за это благодарность.