В плену Времени - Евгения Савицкая

Вся комната была отделана в теплых пастельных тонах. Высокий потолок был чисто побелен, стены были оклеены обоями потрясающего золотисто-сливочного цвета. Цвета кофе с молоком скромные портьеры и прозрачные белоснежные гардины закрывали небольшое приоткрытое окно. В комнату вливался свежий воздух с осенним запахом увядающих листьев. Большую часть комнаты занимала огромная кровать из темного дуба. По обе стороны супружеского ложа стояли прикроватные тумбочки, выполненные в старинном стиле. На каждой тумбе было по серебряному подсвечнику на шесть свечей.

Софья Перовская предложила не терять время даром и выбрать мне платье для ужина с компаньонами. Скромное семейное гнездышко тут же превратилась в гардеробную. На широкую огромную кровать из темного матового дерева был вывален практически весь небогатый гардероб Софьи Николавны, и мы вдвоем кинулись выбирать более подходящее платье для вечера. Все наряды были более чем скромные, что доказывало лишний раз, что семья Перовских была несколько стеснена в средствах. Госпожа Перовская отчаянно жалела, что наряды слишком просты, а все по-настоящему нарядные платья остались в отчем доме, почитай в прошлой жизни. После долгих переборов было выбрано два платья — пышное насыщенного темно-синего цвета с белоснежными манжетами и отложным воротничком и прямого покроя жемчужно-серое с сиреневатым отливом.

В итоге было решено, что темно-синее платье не очень подходит для вечера, а вот жемчужное очень даже ничего, у нег также кокетливый вырез имелся на груди. К платью Софья Перовская выставила серебристые замшевые узконосые туфли на невысоком каблуке, а также к вечернему наряду прилагались скромные жемчужные серьги, едва прикрывающие мочку уха, и нить мелкого жемчуга.

— Этот жемчужный набор мне достался от бабушки, — тихо сказала Софья, благоговейно закрывая гладкий футляр оббитый внутри черным бархатом. — Он был на мне в день венчания, позже Марфа принесла мне и футляр от него. Представляете, его даже никто не хватился.

— Возможно, всем было не до этого, — предположила я.

— Верно, все искали меня, — вздохнула Софья и осторожно положила футляр рядом с платьем.

Прическу, которую соорудила мне Мила еще с утра, решили не переделывать, а госпожа Перовская посоветовала перед ужином пригладить волосы щеткой. В конце концов, я скинула с себя свое платье, а Софья Николавна свое. Госпожа Перовская закружилась перед зеркалом и как-то вскользь призналась, что это платье ей очень напоминает отчим дом и девические годы. Голубое платье госпожи Перовской, сидело на мне также превосходно, как и на моем двойнике. Отложной свободный воротничок подчеркивал длинную стройную шею и овал лица. Софья Перовская из серьезной замужней дамы превратилась в озорную девчонку. Мы лежали среди вороха разноцветных платьев и просто болтали обо всем. Сразу чувствовалось, что девушка истосковалась по общению с ровесниками, и ей сильно не хватало подруги в последнее время. Природа Крыма, Сесиль, поведение маменьки, господин Зуев, а также моя вечная амнезия — все, буквально, все интересовало Софью Перовскую. Я рассказала ей обо всем, не таясь, что происходило со мной. Конечно же, мне пришлось промолчать насчет Часов Времени и самой сущности Времени. Но даже я если бы и рассказала о своих снах и откуда вообще появилась, то боюсь, бывшая графиня точно бы упекла меня в сумасшедший дом. Во время разговора я поймала себя на мысли, что воспринимаю Софью как родную сестру и что между нами возникла непреодолимое родство душ, словно, мы вместе с ней из одного теста. Словно, мы из одного роду-племени.

Не знаю, сколько бы мы еще провели в комнате, заваленной платьями, болтая и смеясь, если бы нас не прервала Марфа. Она тихо и неслышно скользнула в комнату. Служанка уже по своей неискоренимой привычке перемыла посуду на кухне и даже прибралась там. Теперь горничная пришла к нам и буквально пришла в ужас от того, что творилось в спальне хозяев квартиры. Горничная напомнила, что время как-никак бежит и долгое отсутствие Габриэль Миллер может вот-вот стать подозрительным. Пришлось в спешке показывать мне скромную кухню и санузел. Софья Перовская предупредила, что в пять вечера придет помощница приготовить еду на ужин и помочь накрыть стол. Клавдия Петровна была женщина тихая и молчаливая и посему проблем с ней не будет. Вскоре Марфа буквально натянула на свою бывшую госпожу шляпу, перчатки и шелковый плащ. Госпожа Перовская попрощалась со своим мужем, и деревянная дверь закрылась за бывшей графиней.

Я и Станислав Перовский вернулись в гостиную. Стенные часы показывали без четверти два, и времени до прихода помощницы было предостаточно. Хозяин непринужденно предложил мне еще чаю, а так как делать было нечего, то я вынуждена была согласиться. Станислав широко улыбнулся и повел меня на кухню делать этот напиток вместе. Жизнь в барском доме несколько разбаловала меня и я даже отучилась делать самые элементарные вещи, но вскоре мои руки вспомнили привычную работу. Мне удалось даже спокойно вскипятить чайник на чем-то отдаленно похожем на современную плиту с той разницей, что конфорки было всего две. Перовский терпеливо мне пояснил, как включается это чудо техники, работающее на керосине, и был поражен до глубины души тем, что я прекрасно справляюсь с этим агрегатом. Мне приходилось лишь лукаво посмеиваться, прикусив губу, представляя его лицо, если бы он увидел современную мне газовую плиту на кухне со встроенной духовкой и вытяжкой, стиральную машинку в родительской квартире, а также компьютер.

Перовский окончательно убедился в том, что я отлично справляюсь с керосиновым агрегатом на кухне. Прихватив поднос с чайными приборами, булочками, джемом и баранками, мы вновь переместились в гостиную. За чаем, Перовский долго и туманно объяснял мне цели своих трудов. Суть его проекта заключалась в том, что он понял, что природный газ было технологически эффективнее использовать в промышленных целях, нежели дрова и троф. Разве что уголь, по его мнению, было целесообразно также использовать наряду с природным газом. Он установил, что при сжигании угля выделяется огромное количество тепла или энергии, и превосходит по этим параметрам лишь природный газ. Оставался лишь вопрос в массовой добыче угля и других природных ископаемых. Ведь газ взрывоопасен, а уголь подвержен самовозгоранию.

Я даже осмелилась задать вопрос о том, что будет, если ископаемые закончатся. На что Перовский просто отмахнулся и сказал, что запасов хватит не на одно столетие. Я лишь криво улыбнулась и даже печально подумала о том, что как он сильно ошибается. Ведь в начале двадцать первого столетия все месторождения практически исчерпаны и теперь человечеству впору искать альтернативные источники энергии, а также более дешевые способы их добычи. Я лишь печально покачала головой. Жаль, что мне нельзя было поделиться такой информацией с Перовским. Он мужчина умный, что-нибудь да придумал. Недаром его работами заинтересовались богатые инвесторы. До глубины души было жаль, что люди именно в этой эпохе пошли по ложному пути. В общем, мы так увлеклись беседой, что не заметили, как пролетело время, и стенные часы над потухшим камином пробили пять вечера. Громкий стук во входную дверь возвестил о том, что пришла помощница.