Приключения Джека Баллистера. Отто Серебряная Рука - Говард Пайл

на кухню. Капитан пиратов спал, но Дред и Мортон все еще сидели у камина, а Бетти Тич была занята тем, что убирала остатки еды, которая стояла на столе с полуночи.

– Если вы пройдете в другую комнату, – сказал Джек, – там, наверное, больше порядка, чем здесь, мистер Найт.

– Неважно, – сказал секретарь, – мы с таким же успехом можем остаться здесь. В котором часу прибыл шлюп? – спросил он у Мортона.

– Точно не знаю, – ответил Мортон, не вынимая трубки изо рта. – Это было после полуночи.

– Капитан еще спит?

– Думаю, да, – сказал Дред. – Я не видел его с тех пор, как он лег спать сегодня рано утром.

– Что ж, тогда его придется разбудить, – сказал мистер Найт, – потому что я только что привез сюда капитана Хотчкисса из города, чтобы повидаться с ним, а он должен снова отправиться в путь как можно скорее.

– Тогда вам лучше пойти и разбудить его, хозяйка, – сказал Дред, и Бетти, хотя и с большой неохотой, пошла будить своего мужа.

Вскоре они услышали, как она наверху разговаривает с ним. Очевидно, он ответил ей с кровати; затем они услышали, как он сказал ей, что скоро спустится, и вскоре она снова пришла вниз, оставив Черную Бороду топать ногами в башмаках и ругаться себе под нос.

Затем, через некоторое время, они услышали, как открылась дверь комнаты и капитан пиратов, тяжело ступая, пошел по коридору. Однако он не спустился прямо по лестнице, а прошел в комнату, где лежал Хэндс.

– Куда он теперь делся? – спросил мистер Найт. – Почему он не идет?

– Он зашел сначала проведать Хэндса, – сказала Бетти Тич.

– Ну, зачем ему это? – сердито сказал мистер Найт. – Хэндс может подождать, а мы не можем.

Бетти ничего не ответила, но продолжила прерванную работу. В последовавшей за этим тишине те, кто находился на кухне, могли слышать ворчливый звук мужских голосов, разговаривающих наверху. Капитан Хотчкисс беспокойно заерзал.

– Когда у тебя началась лихорадка? – спросил он Дреда.

– Не знаю, – сказал Дред. – Похоже, я принес ее с собой из Вирджинии.

Теперь говорил Хэндс, и они могли слышать его монотонный ворчливый голос, это продолжалось некоторое время, а затем внезапно раздался громкий, сердитый, возбужденный голос капитана. На кухне мгновенно воцарилась тишина: все сидели, напряженно прислушиваясь к тому, что говорилось в комнате наверху. «Убежала!» – услышали они голос Черной Бороды. «Убежала!» А затем послышался скрежет его стула по голому полу. Джек, Бетти Тич и Дред обменялись взглядами. Они поняли, что Хэндс рассказал о попытке побега молодой леди.

– Все же рассказал, – произнес Дред.

– Что рассказал? – спросил мистер Найт, но остальные продолжали слушать и не отвечали.

Снова послышался голос Хэндса, но было невозможно разобрать, что он говорит. Внезапно стул снова заскрежетал, и в следующее мгновение послышался звук тяжелых шагов по комнате, а затем по коридору. Тич с грохотом сбежал по лестнице и распахнул кухонную дверь.

– Что это Хэндс рассказывал мне о молодой леди, пытавшейся вчера сбежать? – громко и яростно закричал он.

Капитан Хотчкисс слушал с молчаливым вниманием. Мистер Найт мгновенно все понял и искоса взглянул на сосредоточенное лицо капитана Хотчкисса.

– Осторожнее, капитан, – сказал он Черной Бороде, – осторожнее с тем, что вы говорите. Вы забываете, что здесь посторонний человек.

Черная Борода впился в него взглядом, но не удостоил ответом.

– Разве я не говорил тебе, – сказал он, обращаясь к жене, – что ты должна внимательно следить за этой девицей, пока меня не будет? Я боялся чего-то в этом роде и сказал тебе внимательно следить за ней. Предположим, она добралась бы до города! Может быть, о ней заговорила бы вся провинция. И так плохо, что все вокруг болтают о ней, но если бы она пришла в город, может быть, она нашла бы кого-нибудь, кто присмотрел бы за ней и взялся за ее дело, и тогда мы бы никогда не получили ее обратно. Там есть пастор Оделл, если бы она обратилась к нему, ему пришлось бы взяться за ее дело, и тогда, весьма вероятно, на нас обрушилась бы вся компания Паркера из Вирджинии.

– Что ж, – сказала Бетти Тич, – никто не виноват, что она сбежала. Будь уверен, я делала все, что могла, чтобы присматривать за ней утром и ночью. Я всегда приходила к ее двери рано утром, и всегда держала двери дома крепко запертыми на ночь. Не знаю, как ей удалось выбраться, но она выбралась, и это все, что можно сказать об этом. Но теперь все кончено, и она снова дома в безопасности, и никто не пострадал, так что какой смысл кричать об этом при всех?

Мистер Найт подошел к Черной Бороде и дернул его за рукав.

– Вы забываете, – прошептал он, – что здесь Хотчкисс. Вы же не хотите, чтобы все знали об этом деле, правда?

Черная Борода стряхнул его руку. Он ничего не хотел слушать.

– А что касается тебя, Крис Дред, – сказал он, поворачиваясь к больному, – на что ты вообще годен? – Дред пожал плечами, не отвечая. – Что! Значит, ты мне не отвечаешь? Черт возьми! Ты должен ответить мне!

– Бесполезно отвечать вам, – сказал Дред, – вы в одном из своих настроений, и я ничего не могу сказать такого, что вы бы стали слушать.

Черная Борода некоторое время злобно смотрел на него, возможно, не зная, что возразить. Затем внезапно повернулся на каблуках, распахнул дверь и снова с шумом поднялся по лестнице.

– Куда ты, Нед? – окликнула его жена, но он не ответил.

– Я думаю, он направляется в комнату юной леди, – сказал Дред, вставая со скамьи. – Тебе лучше пойти и остановить его, или он напугает ее до смерти.

Они прислушались, и, конечно же, пират направился прямо в комнату девушки и с силой распахнул дверь.

– Тебе лучше подняться туда, – сказал Дред. – У него один из этих его припадков, и неизвестно, что он скажет или сделает с ней.

– Ну, – сказала Бетти Тич, – конечно, мне не хотелось бы сейчас перечить ему.

Дред пожал плечами и снова сел. Они слышали громкий, яростный голос пирата, доносившийся из комнаты наверху.

– Ты бы убежала, да? Ты бы убежала? Проклятье! Я вылечу тебя от этого, моя дорогая! Ты меня еще не знаешь, не пробуй свои штучки со мной. Как ты думаешь, ради чего я держу тебя здесь – из большой любви, а? Да ничего подобного! Только ради того, что могу разбогатеть благодаря тебе!

Бетти Тич стояла и прислушивалась у полуоткрытой двери.

– Что ж, – сказала она наконец, – полагаю, мне придется пойти