Приключения Джека Баллистера. Отто Серебряная Рука - Говард Пайл

уехать отсюда и снова вернуться домой, так что не плачьте больше. – Затем добавил: – Если вы мне прикажете, я заберу вас сегодня ночью… заберу и снова отвезу вас в Вирджинию.

– Нет, – сказала она сдавленным голосом. – Бесполезно пытаться сбежать. Я пыталась, но не сумела вырваться. Я знаю, что никогда не смогу выбраться отсюда. Я чувствую, что никогда этого не сделаю.

Потом она внезапно сдалась, и ее плач стал таким неистовым, что Джек начал бояться, что его кто-нибудь услышит.

– Тише! – прошептал он свистящим шепотом. – Вас услышат.

– Ничего не могу с этим поделать, – всхлипнула она. – Уходи, пожалуйста.

В этот момент кто-то открыл дверь в дальнем конце дома, и из кухни засиял свет. Джек мгновенно скользнул в темноту за угол здания. Он подождал некоторое время, но никто не вышел. Джек осторожно выглянул из-за угла. Затем обошел вокруг дома и направился на кухню, не пытаясь снова заговорить с молодой леди, но на сердце у него было тяжело от жалости к ней.

Бетти Тич и Дред были на кухне, когда вошел Джек. Дред курил трубку, жена пирата занималась своей работой. На столе лежала свернутая одежда, и Джек, встав спиной к камину, понял, что она принадлежит молодой леди.

– Мортон вернулся с тобой? – спросил Дред.

– Нет, – коротко ответил Джек, а затем добавил. – Он сказал, что останется там на всю ночь и вернется завтра.

Бетти Тич, подняв крышку сундука, взяла одежду и бросила ее внутрь, захлопнула крышку и повернула ключ – все в одно мгновение.

– Я иду спать, – сказала она. – Я на ногах с полуночи и страшно устала.

Внезапно Джека охватил гнев.

– Это просто позор, – воскликнул он, – что вы так обращаетесь с молодой леди! Забираете у нее одежду, да еще запираете ее в комнате!

Бетти Тич быстро повернулась к нему.

– Кто тебе сказал, что я забрала у нее одежду и заперла ее в комнате? – резко спросила она.

Джек на мгновение замялся.

– Что, я сам не вижу? – сказал он. – Разве вы не ее одежду заперли в сундуке?

– А кто тебе сказал, что я заперла ее в ее комнате? – Бетти Тич настаивала: – Ну же, говори, кто тебе сказал?

Тогда Джек ответил угрюмо:

– Ну, если вам так уж нужно знать, я остановился по пути с лодки, чтобы спросить молодую леди, как она поживает, и она сказала мне, что вы заперли ее и отобрали у нее одежду.

– Значит, ты был в задней части дома и разговаривал с ней? Мне показалось, я слышу, как кто-то разговаривает снаружи. Так это был ты?

– Ну, – сказал Джек, – а что, если и так? Какой вред в том, что я поговорил с ней?

– Вред! – сказала Бетти Тич. – Ты увидишь, какой в этом будет вред, если Нед поймает тебя на этом после того, что случилось вчера. Он причинит тебе вред, я тебе это обещаю. Тебе повезло, что он крепко спит и не слышит тебя. Он всадит тебе пулю в голову, если поймает тебя или кого-нибудь еще, болтающегося ночью у ее окна после того, как она пыталась убежать.

– Нет, не всадит, – твердо сказал Джек.

– Думаешь, не всадит? – спросила Бетти. – Ну, ты просто попробуй еще разок однажды, когда он будет рядом, и увидишь быстрее, чем думаешь, – затем она вышла из комнаты и поднялась наверх.

Джек все еще стоял, а Дред молча тянул свою трубку после того, как жена пирата ушла. Наконец Дред заговорил.

– То, что она сказала, правда, парень, – сказал он. – Если ты будешь вмешиваться в это дело, ты навлечешь на себя большие неприятности, это так же верно, как то, что ты родился на свет. Не твое дело вмешиваться.

– Кто сказал, что я вмешиваюсь? – спросил Джек. – Что я такого сделал, чтобы вмешаться?

Дред пожал плечами, а затем долго курил в тишине, пока Джек угрюмо стоял, глядя в камин.

– Не то чтобы я виню тебя, – вдруг сказал Дред, как будто следуя собственным мыслям. – Если бы я был таким молодым парнем, как ты, я бы тоже не сидел спокойно, наблюдая, как такое хорошенькое юное создание, как эта леди, страдает. Это не мое дело, так же как и не твое, за исключением того, что я ездил в Мальборо, чтобы помочь забрать ее. Но иногда мне невыносимо видеть, как она сидит там и тоскует день за днем, становясь все слабее и слабее, пока в один прекрасный день она просто не умрет у нас на глазах.

– Умрет! – вскрикнул Джек, вздрогнув, а затем, после минутной паузы. – Что ты хочешь сказать, Дред?

– Тебе лучше не говорить так громко. Если не хочешь, чтобы тебя услышали наверху.

– Но что ты имел в виду, говоря, что она умрет? – спросил Джек, понизив голос.

– Я не говорил, что она умрет, – сказал Дред. – Я сказал, что ей становится все хуже и хуже, и у любого, кто находится в таком состоянии, есть шанс умереть, если ему не станет лучше. А как ей станет лучше, если ее держат здесь взаперти, а она тоскует по собственному дому? Вот что я имел в виду, когда сказал, что не виню тебя за то, что это стало твоим делом. – Затем, после долгого молчания, во время которого он попыхивал трубкой, он отрывисто сказал: – Да, она все больше чахнет с каждым днем. Сейчас она по полдня лежит в постели, и я уверен, что вскоре будет лежать в постели все время и никогда больше не встанет.

Джек стоял совершенно неподвижно, глубоко засунув руки в карманы. Он не мог заставить себя заговорить. Он не знал, как долго простоял там, но, должно быть, довольно долго. Затем Дред начал снова.

– На мой взгляд, это был неудачный день, когда капитан взялся за похищение людей. Вот он сейчас здесь, с этой девушкой на руках. Он боится ее отпускать, а если он будет держать ее взаперти, она может умереть. Он не знает, как с ней обращаться, и не может сдержаться, когда она противоречит ему. Смотри, как он разговаривал с ней сегодня. Еще несколько разговоров такого рода, и он неизбежно убьет ее. Проклятье! Я хотел бы быть подальше от всего этого, в самом деле. Если она умрет у нас на руках, это будет худший день, который когда-либо случался в городе Бат. Я много думал об этом в последнее время, иногда мне не много нужно, чтобы бросить все и убраться отсюда. – Затем, чуть погодя, добавил: – Не вижу особой пользы в том, чтобы оставаться.