Ушедшие в никуда - Марина Лазарева

дни, воюя совсем на другом, но не менее важном Курском направлении, не зная о том, что Второй фронт будет открыт только в сорок четвертом, а до конца войны еще ой как далеко, и писал военный фельдшер Николай письмо своей Валентине и своим детям:

«Валя, я хочу дать тебе еще одно наставление. Это на всякий случай, на случай бомбардировки. Валя, в это время не нужно теряться, а нужно лезть в землю как можно глубже. У вас есть хорошее убежище. Это ваш подвал. На тот период времени я рекомендую детей не посылать в детские ясли. Так будет лучше. Никогда не оставляйте детей без взрослых. Никогда не создавайте паники, чтобы правильно сориентироваться и не напугать детей. Подвал нужно хорошо вычистить и немного углубить, тогда вас там ничто не возьмет, кроме прямого попадания, но это бывает очень редко. Мой вам совет, в таких случаях нужно зарываться в землю как можно глубже. Осталось немного терпеть. Нужно напрячь все свои силы, чтобы спасти детей и себя. Если будем живы, скоро увидимся и снова возьмемся за труд, чтобы восстановить нашу разоренную Родину. Эти изверги натворили столько бед, столько разорили, уничтожили, что волосы становятся дыбом. Валя, я скучаю о тебе, о детях, о доме. Пиши мне чаще. Мне дорога каждая весточка от вас…»

Строчки поплыли у Валентины перед глазами. Усталость брала верх. «Нужно сварить на завтра кашу и постирать детские вещи», – подумала Валентина, отложив прочитанное письмо в сторону. Мыло закончилось две недели назад. Что ж, она постирает золой или горчицей. К этому ей не привыкать. Часы показывали второй час ночи…

3

8 февраля 1943 года войска Воронежского фронта освободили Курск.

Старший военный фельдшер Николай Петренко прошагал вместе с бойцами трудными дорогами войны не одну сотню километров. Нет, он не ходил в штыковые, но под перекрестным огнем выносил с полей жестоких боев раненых солдат.

Апрель 1943 года встретил 4-й батальон ППС № 1780 действующей Армии, в котором служил Николай Петренко, сильной распутицей. Плохие дороги, непролазная грязь остановили войска недалеко от Курска.

Николай писал домой:

«Здравствуй, Валя. Мы с тобой бойцы двух фронтов. Ты в тылу, спасаешь раненых в госпитале. Я, на передовой оказываю им первую необходимую помощь. Я пока жив и здоров. Сейчас стоим на одном месте. Очень плохие дороги, сильная грязь заставили нас остановиться. Как только наладятся дороги, так опять начнем гнать врага на запад. А пока мы немного отдыхаем и поправляем силы. В течение сорока дней наша часть гнала немцев. Мы отбросили их на триста километров. Еще один такой удар по немцам, и война подойдет к концу. Я думаю, мы увидимся уже в сорок третьем. Не хочу хвастаться, но я придумал для солдат передвижную баню с дезкамерой. Теперь бойцы после боя смогут помыться, да и вшей будет меньше»…

Ранним утром 5 июля 1943 года немецкие войска перешли в наступление в районе Курского выступа. Завязались ожесточенные бои. В ходе оборонительных боев войска Центрального и Воронежского фронтов, остановив наступление противника, уничтожили его ударные группировки.

12 июля началось контрнаступление, которое вылилось в самое большое встречное танковое сражение Второй мировой войны, происшедшее близ деревни Прохоровка. 1200 танков и самоходных артиллерийских установок участвовало в этом сражении. К исходу дня поражение немцев было очевидным, они потеряли более 3,5 тысяч убитыми, 400 танков, 300 автомашин и 16 июля начали отходить к Белгороду.

В этих ожесточенных боях Николай Петренко дважды был контужен. Полуслепой, он все еще находился на передовой. Лишь в сорок четвертом году его, на девяносто процентов потерявшего зрение, признали негодным к военной службе. В свидетельстве о болезни № 316 так и было записано: «Негоден для службы в войсковых частях, но годен к физическому труду; следовать пешком может»…

4

Человеческие руки перебирали пожелтевшие от времени фронтовые письма, газеты, почетные грамоты эвакогоспиталей. Это были руки Нины Петренко – повзрослевшей дочери Валентины и Николая.

– Маму мы почти не видели. Она постоянно была в госпитале. Уходила очень рано. Приходила, когда мы уже спали. Эвакогоспиталь № 5469 находился на бывшей Никольской улице. Теперь эта улица носит имя Розы Люксембург. Кстати, сейчас там тоже военный госпиталь располагается. Я помню пшенную кашу, которую нам мама варила. Изо дня в день пшенная каша да оладьи из картофельных очисток. Но самым вкусным лакомством для нас был рыбий жир.

Папа пришел с фронта комиссованный после контузии в сорок четвертом. Пришел, почти потерявший зрение. Но у него все же получалось подстреливать голубей из винтовки. Я помню, мы их ели. А на старом сундуке, в котором нашли этот сверток, я всю войну спала.

Она взяла в руки ветхий листок фронтовой газеты:

– «Призыв Родины». Ноябрь сорок третьего года, – прочитала она название.

На этих истрепанных страницах эпизоды походной жизни бойцов, их фотографии, сводки Советского Информбюро. Вот заметки о военных поварах, о своевременной доставке горячей пищи на поля сражений, о смекалке связиста, о передвижной бане. Да, да, той самой…

Эпизоды… Эпизоды жизни фронта. Эпизоды жизни тыла. Эпизоды военных будней Великой Отечественной. Войны, оставшейся за закрытой дверью двадцатого столетия. Словно кадры старого немого кино, мелькают они нечеткими образами их действующих лиц, участвующих в тех давних событиях. Но чьи бы имена и фамилии не значились в этих эпизодах, каждый из нас, ныне живущий на этом свете, узнает в них имена своих близких.

Наши отцы и деды, матери и бабушки ценой оборванных жизней и искалеченных судеб положили отвоеванный мир у наших ног чистым листом. Мы стали писать на нем наши судьбы заново. Теперь многие из них уже смотрят на нас с высот другого мира и немым невидимым взглядом напоминают нам: «Мы спасали этот Мир для вас. Не убейте его!»

Низкий поклон вам, родные! Мы помним вас…

Покровка

Места эти, в слиянии реки Кутумовой и притоки Луковки, далекой от центра России ссыльной Астраханской губернии, славившейся пыльными ветрами, крепкими зимними морозами да изнуряющей летней жарой, попали под указующий перст Всевышнего, когда астраханский откупщик дьяк Василий Кучуков решил заложить на землях, пожалованных