Бескрылый дракон - Big wolf

Сколько он живет в этом замке, столько и отравляет жизнь всем!»

Идея снова пришла в голову внезапно.

      — Драко, подожди! Мы спросили не у всех приведений. Мы не спросили у Пивза!

      — Что вы хотите спросить? — проскрипел полтергейст.

      — Что ты знаешь о Выручай-комнате? — выпалила Гермиона.

      — Её уничтожил Гарри Поттер, — пропел он.

      — Ложь! — возмутилась она, но, закатив глаза, собралась с мыслями.

      — Он бесполезен, — зло процедил Малфой.

      — Нет. Подожди. Что ты знаешь о её создании? Кто и когда создал комнату «так и сяк»?

      — А что мне за это будет? — заинтересовался Пивз.

      — В коллекции Малфоев есть артефакт, что уничтожает полтергейстов. И не только, — холодно сказал Драко. — Я сделаю тебе одолжение, не использовав его.

      Несколько секунд Пивз размышлял, будто взвешивая в прозрачной голове, блефует Малфой или нет. Видимо, решив, что это правда, наконец сдался.

      — Выручай-комнату создали ученики Хогвартса. По одному из каждого факультета. Только истинные представители факультета, — выдал он, и Гермиона затаила дыхание.

      — Как? Как они это сделали? — спросила она.

      — В коридоре на восьмом этаже они махали палочками и напевали: Хогвартс, даруй нам место, где каждый найдёт то, что ищет. И замок им это дал. Вот чудаки!

      — Драко! Мы нашли! — выдохнула Гермиона.

      — Грязнокровка и чудак ищут комнату так и сяк! — снова начал напевать Пивз и растворился за стеной.

      — Думаешь, нам удастся восстановить её? — спросил Драко, смотря в её глаза.

      — Мы можем хотя бы попытаться, — кивнула Гермиона. — Истинные представители факультета… хм-м-м.

      — Шляпа сомневалась, когда определяла тебя в Гриффиндор? — спросил Драко.

      — Да. Выбор был между Гриффиндором и…

      — Когтевраном? — хмыкнул он. — Это слишком очевидно.

      — Ну прям? — Грейнджер закатила глаза. — С тобой она даже не колебалась. Помню, что ты даже надеть её не успел, как она выкрикнула Слизерин!

      Драко усмехнулся:

      — Я почти в сотом поколении слизеринец.

      — Потому что Малфой? — вырвалось у Гермионы, и она тут же пожалела о сказанном, потому как серые глаза потускнели.

      — Мне недолго осталось быть Малфоем, — натянуто улыбнулся он.

      Девушка обняла его, чувствуя, как напряжённое тело расслабляется в её руках.

Глава 14.

Родители не понимают, как много вреда они причиняют своим детям, когда, пользуясь своей родительской властью, хотят навязать им свои убеждения и взгляды на жизнь.

      Феликс Эдмундович Дзержинский

После полудня обычно ученики проводили время в библиотеке, корпя над домашними заданиями. Но Малфой был абсолютно не настроен на выполнения доклада по ЗОТИ. Он лениво водил пером по быстро пишущей руке гриффиндорки, пытаясь отвлечь её внимание.

      — Мне нравится твой новый стиль, Блейз, — отметила Гермиона вместо приветствия брюки насыщенного бордового цвета.

      —

Красные

, — издевательски протянула Пэнси, окидывая взглядом обновку. — Потянуло на Гриффиндор?

      — Тебя, кажется, больше волнует что под этими штанами, Пэнс. А не то, куда меня тянет, — подмигнул мулат, садясь рядом. — Хотя я обещаю, что буду слабо сопротивляться, если ты нападёшь.

      — Ну-ну, не переживай, Забини. Я на малышей не нападаю, — съязвила слизеринка, и Малфой прыснул смехом в кулак.

      — Ого, Пэнси в хорошем настроении в кои-то веки? Мне аж страшно. Хрен до чего доведёт Паркинсон в приступе радости, — он бросил на Паркинсон оценивающий взгляд.

      — Ты нарываешься? Или твоя задница просто любит проблемы, Забини?

      — Нет. Ванну с пеной, белые простыни и дорогое бельё, — хищно оскалился Блейз, и Пэнси закатила глаза.

      «Эти двое — лучшая часть моей школьной жизни, пожалуй. Естественно, исключая её».

      — Грейнджер, а ты просто нечто, — продолжил мулат. — Не понимаю, как Поттер с Уизли не стали отличниками. Я с твоей помощью освоил все пробелы в трансфигурации, — похвалил Забини.

      — Моей заслуги в этом нет, — смутилась Гермиона.

      — Какая скромность, — тут же скривилась Пэнси. — Милочка, в этом мире так себя вести нельзя. Об тебя ноги вытрут и пойдут дальше.

      — Ну, а что тогда отвечать? — нахмурилась Гермиона.

      — Будешь в долгу, — пожала плечами слизеринка, — Идеальный ответ.

      — Вас что этому на Слизерине учат? — изогнула бровь девушка, сдувая со лба непослушный локон.

      Драко автоматически поймал прядь и заправил за ухо, целуя в висок.

      — О, Моргана, Малфой, уймись! Как майский кот в середине декабря, — возмутилась Пэнси.

      Блейз с Гермионой рассмеялись, а Драко, закусив губу, попытался сдержать улыбку.

«Так выглядит

счастье

?»

«Я могу просто прикасаться к ней. Просто поцеловать её при всех. Могу увести её и заставлять потеряться от удовольствия. Могу принять с ней ванну и, завернув в одеяло, заставить читать мне её любимые книжки у камина. Могу просто быть с ней».

«И мои друзья рядом. Блять, у меня есть друзья».

«Да, наверно, так выглядит мой рай. Если он существует…»

— Ты делаешь доклад по ЗОТИ? — спросил Блейз у Гермионы, вытягивая голову и заглядывая в свиток перед девушкой. — Оборотни?

      — Да, — не отвлекаясь от работы, кивнула она.

      — Интересно, сколько особей водится в Англии? — задумался Забини.

      —

Особей

? — возмутилась Гермиона.

«Ох, блять, Блейз! Сейчас её понесёт...»

— Ну… особей, — непонимающе протянул Забини, от чего на щеках гриффиндорки проступил румянец злости.

      — Они же не животные! Это полноценные члены магического мира, обладающие чувствами и эмоциями. И я сейчас готовлю доклад о

правах

оборотней в магическом мире!

«Щёки краснеют, а на виске пульсирует жилка… а сейчас начнёт психовать и нос будет смешно дёргаться… Это, пожалуй, любимый момент феерии».

— Каких ещё правах? — теперь уже заинтересовалась Паркинсон.

      — Вы в курсе, что никто из волшебного мира, кроме волшебников, не имеет права голоса в выборах Министра магии и не может оспаривать законы, принимаемые в магическом сообществе? Это же несправедливо! Вопиющее неравенство! — уже пылала гриффиндорка.

«Какой пыл в глазах. Карамельный оттенок становится чуть светлее при таком освещении. И ей подходит красный цвет её галстука».

— То есть ты считаешь, что каждая волшебная тварь имеет право голосовать за Министра магии и будет решать, какие законы мы утверждаем? — сузила глаза Пэнси.

      — Да! — кивнула Гермиона, и в её глазах блеснул огонь. — Каждый имеет право принимать участие в политической жизни.