Научный «туризм» - Владимир Михайлович Пушкарев

а народ, войдя во вкус, бежит за пивом и свежей закуской. Я тоже активно включился в организацию праздников (в основном обмывались мои покупки), хотя старался привлекать более узкий круг сотрудников – Володю, Диму, Ямашиту, Сергея Чекина, Хамаду, Надю, Таню. Позже я, правда, заметил, что Таня и Надя крайне неодобрительно относятся к таким мероприятиям, и несколько снизил активность.

Считается, что японцы не могут долго пить. Вроде бы алкогольдегидрогеназа у них отсутствует. Я этого как-то не заметил. Пьют как кони, смешивают все подряд, а секретарши лаборатории могли бы легко перепить многих наших «гроссмейстеров стакана». Я, во всяком случае, никакого превосходства над узкоглазыми в этом отношении не имел. Не знаю – может быть, последствия алкогольной нагрузки они хуже переносят…

Что меня удивило – отсутствие сплоченности между нашими людьми. Казалось бы – черт загнал на край земли – надо держаться всем вместе. На деле этого я не наблюдал. Я замечал эту нехорошую черту нашего человека еще в Штатах. Иногда забывали поздравить земляка с днем рождения. Помню, даже на Новый Год все разбрелись по своим компаниям. Я, в частности, отмечал с Димой и Надей с французским шампанским (оно в Нагасаки стоит всего 28 долларов!) французскими и итальянскими сырами, итальянской салями, другими деликатесами. Позже к нам ненадолго присоединился Володя. Остальные собирались в других местах. Кстати, это был единственный в моей жизни день 31 декабря, когда я закончил эксперимент в 23–40, а Володя – так вообще в 3 часа ночи уже 1-го января.

Поездка на АЭС

В начале августа меня пригласили на автобусную экскурсию – осмотреть местную атомную станцию. Я поинтересовался – не взорвалась ли она. Ответили, что пока – нет. – Так чего же ее смотреть? – наивно спросил я. Для нас стало уже привычным, что туристам показывают только взорванные АЭС.

Утром подали удобный автобус с туалетом, телевизором и, естественно, кондиционером. Дорога – 2 часа – вдоль всего острова в сторону Фукуоки. Проехаться по Японии – это удовольствие. Хорошая (двухполосная) дорога, километровые туннели с мощными вентиляторами, похожими на турбины самолетов, чудные пейзажи за окном. Рисовые поля вдоль дорог, на склонах гор – иногда трудно даже представить, как на такой высоте, на крохотном пятачке можно подготовить идеально ровную площадку под рис да еще и с возможностью полива. По дороге два раза останавливались в специальных местах, затем заехали в санаторий на обед. Блюда были не очень вкусные, но многочисленные, я все съесть не смог. Дом отдыха на берегу моря. Посреди залива живописный конусообразный остров. Кто-то из наших пошел купаться.

Территория АЭС поразила нас чистотой и особым уютом. Тщательно подстриженные живые изгороди, газончики. Шикарная оранжерея с неплохой коллекцией орхидей. Есть даже несколько видов Odontoglossum. Затем сквозь толстое стекло в смотровом зале на крыше реактора видели рабочий зал, где охлаждаются графитовые стержни из сердцевины реактора. Надо сказать, зрелище впечатляет. Снимать внутри реактора нам запретили. Снаружи можно, но только не персонал. Кроме оранжереи, на территории масса сувенирных киосков и интересный музей, не имеющий, впрочем, никакого отношения к атомной промышленности.

Годовщина бомбардировки.

Американцы скинули бомбу 8 августа 1945 года в 11–02. Причем, бомбу сбросили не на военные объекты и даже не на порт, что можно было бы хоть как-то объяснить, а на жилые кварталы, разрушив самый большой на востоке католический собор. Хорошо, что город расположен в горах, так что пострадал относительно мало, по сравнению с плоской Хиросимой. Так отомстили янки за Перл-Харбор. Японцы, конечно, тоже хороши, но они бомбили хоть военный флот, а не жилые кварталы американских городов.

Каждый год это печальное событие отмечается. Мы получили приглашение на митинг, где выступали многие достойные люди, в том числе и Дзюнъитиро Коидзуми – их премьер. Что интересно, звучали обвинения в сторону американского империализма, оккупировавшего Ирак! Вообще, мне кажется, что видимая лояльность и поза подчинения Америке – кажущиеся. Маскировка. Что-то вроде традиционной улыбки на лице японца, не имеющей никакого отношения к его подлинным чувствам. Японцы не забыли и не забудут этих бомбардировок, и если представится случай для реванша – сделают это обязательно и с большим удовольствием. Правда, знание истории не самая сильная сторона японцев – многие считают, что бомбу сбросили русские, а не американцы.

Обон

Это неделя поминовения усопших. В отличие от наших 40 дней, в Японии считается, что душа покойного мотыляется над головами родственников около года. И только в августе улетает – шумно и радостно провожаемая нетрезвыми родственниками и знакомыми.

Начинается обон с годовщины бомбардировки Нагасаки – 8 августа. Всем желающим дают недельный отпуск, который завершается пышным праздником. Говорят, что на Нагасакский обон прилетают посмотреть из всей Японии – больше такого, оказывается, нигде нет. Задолго до праздника жители начинают строить такие «корабли» (некоторые размером с двухвагонный трамвай) – телеги на колесах, с фонарями, драконами и другими украшениями. Спереди – большое фото умерших за отчетный период, в чью честь и происходит поминовение. Стоимость такого сооружения иногда достигает десятков тысяч долларов! Каждый фонарик, которыми увешаны эти повозки, около 30 баксов. Ну, чего не сделаешь ради дорогого покойника! Закупают тоннами петарды и взрывпакеты. Затем, под вечер, начинают со всех концов города постепенно катить эти телеги в порт, попутно взрывая петарды. Со всех концов города слышна канонада, постепенно усиливающаяся ближе к центру. Раньше эти корабли пускали в море, но море маленькое, мрут много – и экологи запретили. Обычно телегу катят все родственники и друзья. Форма одежды – белое кимоно. Шествие проходит весело, с пивом – многие уже под конец еле держатся на ногах. С собой надо иметь затычки для ушей, иначе оглохнешь. Желателен и противогаз – центр города наполняется едким пороховым дымом. Затем эти телеги сминаются до более-менее компактного вида и грузятся на мусорный корабль. Честно говоря, для рационального европейца или американца такое представить трудно. Фуйнуть 30 000 баксов, потратить кучу усилий на сборку и украшение ритуального устройства – и все это только для того, чтобы полчаса покатать эту похоронную телегу по городу, а затем сдать ее на свалку! Все-таки японцы особая нация! Японец будет год экономить на рисе, а затем махнет за свежими впечатлениями в Европу или Штаты. Нам это понять трудно.

Вообще, надо отметить, что японцы очень спокойно относятся к факту смерти. Даже малые дети охотно и весело рассуждают на эту тему. Это отношение к усопшим