Капли корсара - Герман Корнаков

Урбану VI, как воздух был нужен этот проворный и удачливый Косса. Ему был нужен послушный воин, способный напугать и раздавить сторонников антипапапской коалиции.

— Скажи мне, сын мой — после долгого молчания, произнес Урбан VI — готов ли ты принять духовный сан и стать одним из нас?… Служить мне и святой церкви? Не спеши с ответом. Студио*- дает знания законов, но не дает веры.

— "Закон рая"- отменил рабство, Карл Великий даровал Болонье свободу, но я хочу быть рабом Господа, — Бальтазар склонил голову.

Говоря это Бальтазар лукавил, но предложение папы Урбана VI ему льстило, тем более, что папа предлагал заняться тем, что он хорошо умел — это проливать кровь и грабить, да и выбор был не велик: потеря друзей, любимой, инквизиторский костер или стать одним из приближенных папы. Здравый смысл и желание быстрее покинуть крепость поставили корсара перед необходимостью поменять платье пленника на сутану.

— Я готов выполнить любое поручение Вашего Святейшества. Готов замаливать свои грехи и искупить мою невольную вину перед богом и церковью, — Косса говорил с достоинством, но всем своим видом показывая полное смирение.

— К словам твоим нечего добавить. Да поможет тебе San Petronio, — осеняя Бальтазара крестным знамением, произнес папа Урбан VI…..

……. — Надо заметить ему везло на знакомства, — съязвил Григорий.

— Последнее время ты очень раздражен…. Может тебе отдохнуть?…… Взять отпуск, а? — Лариса прижалась к нему и ласково потрепала волосы….

Глава 6

Как давно он не вступал на палубу корабля и не видел над головой реющего флага… Шум ветра, вскрики чаек, скрип канатов и голоса матросов, все это будоражило душу Бальтазара, спрятанную теперь под красной кардинальской мантией. Медленно лавируя, выходили из гавани два корабля, направляясь к французскому берегу. Каюту покачивало, от чего Косса приходил в полный восторг, придаваясь воспоминаниям юности… Шумные набеги, звон клинков, душераздирающие крики раненых, запах крови, и звон золотых монет грезились кардиналу. Нет, Бальтазар Косса не роптал на судьбу, так резко повернувшую его жизненный путь, он просто вспоминал…. вспоминал свои молодые годы.

— Брат Бернард, — позвал кардинал.

В дверях каюты тут же появился францисканец в шерстяной темно-коричневой рясе, подпоясанной веревкой, надетых на босую ногу сандалиях и надвинутым на голову коротким клобуком. В руках он держал четки, и весь вид его говорил, что он готов выполнить любое поручение.

— Брат Бернард, — сказал кардинал, — а известно ли тебе что-либо о терциариях живущих во Франции.

— Вряд ли я могу знать всех сторонников "евангельского совершенства", — ответил монах. — Но вас, как я понимаю, интересуют не все, — смиренно продолжил брат Бернард, — а "Третий орден мирян святого Франциска"?

"Странно — подумал Косса, — но само понятие нищенствующих при Французском королевском дворе казалось ему нелепым. Когда речь идет о монахе это понятно, но мирянин…. я верю в Бога на небесах, но на земле больше доверяю звону золотых монет. Хотя…..почему бы и нет…. ведь я и сам мирянин, пусть и получивший первый постриг… из меня клирик…….я не могу совершать таинств, и не давал обета безбрачия, однако имею свой трон, мою голову покрывает красная шапочка, а на руке блестит кардинальское кольцо…"

— Если я правильно понял Ваше преосвященство, — монах прервал раздумья кардинала Косса, — то имена братьев при дворе Карла VI мне хорошо известны, — брат Бернард склонил голову, ожидая слов кардинала.

Брат Бернард был умен, начитан и этим нравился кардиналу, как нравилась ему и покорность этого монаха. Устав францисканцев требовал от монаха полного смирения и подчинения католической церкви, что собственно и было нужно Бальтазару. Ему нужен был человек, хорошо разбирающийся в тонкостях дворовых интриг, тем более, что в светской власти Франции творился разброд, а народ был занят гражданской войной развязанной Людовиком Орлеанским и Иоанном Бесстрашным.

— В Париже я хотел бы встретиться с "серыми братьями", — продолжил кардинал Косса, — как хотел бы встретиться и с вашими братьями из Парижского университета. 1406 год должен стать годом воссоединения нашей церкви и избавления от схизматиков. Да поможет нам Бог.

Брат Бернард, наклонив голову, слушал кардинала, перебирая рукой четки.

— Я надеюсь на тебя брат Бернард, очень надеюсь, — кардинал Косса медленно прошелся по каюте и знаком отпустил францисканца. "Это была хорошая идея: — думал он, — привлечь орден св. Франциска, недовольного раздвоением верховной власти и распрями между епископатами по всей Европе".

Все дни на корабле кардинал Косса предавался размышлениям и созерцанию морского пейзажа. Можно считать, что он вырос и повзрослел на таком же судне. В тринадцать лет Бальтазар, вместе со старшим братом, ушел в море, в свой первый корсарский поход. Он был удачлив и стал капитаном, но это все в прошлом, а сейчас его мысли были устремлены к делам католической церкви, открывшей ему свои двери.

…. Великий западный раскол в церкви тянулся уже несколько десятилетий. В 1406 году в Риме конклав избрал папой Анджело Коррера, принявшего имя Григория ХII, в то время когда в Авиньоне папским престолом правил его соперник папа Бенедикт ХIII. Двухпапство будоражило умы простолюдинов и вызывало недоверие, как к Риму, так и к Авиньону со стороны королевских дворов Европы. Взойдя на престол Григорий ХII был готов отречься от папства, во имя объединения церкви, но…, но если тоже сделает Авиньонский папа Бенедикт ХIII….

…. Вступив на путь веры, и возведенный в кардиналы, Бальтазар всегда мечтал о большем…большая политика, деньги и власть влекли его, влекли его больше, чем море влечет корсара…. Он плыл в Париж, а за кормой ветер трепал папский штандарт….

Париж встретил кардинала высокими крепостными стенами на берегах Сены и узкими, грязными улицами, по которым медленно продвигался сопровождающий папского легата небольшой отряд Тевтонских рыцарей. Лязг оружия и рыцарских доспехов всегда вселял в души людей страх и уважение, а папское знамя заставляло людей трепетать и преклонять колени. Так было, когда-то, когда рыцари Тевтонского ордена Святой Девы Марии защищали веру. Но в последние годы им не везло. Походы на восток не приносили ничего кроме раненых рыцарей и выплат контрибуций, а в довершении к этому литовский князь Ягайло принял католичество. Сближение Польши и Литвы рушило планы крестоносцев. Перебиваясь небольшими поручениями папы, как сейчас, вынуждены были по приказу магистра ехать в Париж, сопровождать кардинала….