Семь воронов - Маттео Струкул

зря не терял. Зои и Альвизе нагрянули к нему в крохотный полицейский участок на рассвете.

Обсудили преступление и кем была жертва. Как выяснилось: женщиной внимательной и осторожной, безупречной в профессиональном плане. Никто не знал, что погнало ее в лес во время школьных занятий.

– Где она находится? – спросил судмедэксперт. И услышал в ответ:

– Не в морге, если вас это интересует. У нас его нет. Идите за мной.

Вышли из участка. Кругом высокие сугробы. Но солнце хотя бы слабо светило, лихорадочной бледностью заливая поселок. Запах горящих дров придавал терпкости атмосфере.

Зои и представить себе не могла, что в таком месте будет обнаружена мертвая женщина. Да еще и убитая зверским образом. По всей вероятности, маньяком. Казалось, снег заставил замолчать все вокруг, – такая древняя красота таилась в пейзаже, сотканном изо льда, света, дерева и камня.

Пока следовали за местным инспектором, заметили вблизи поселка какое-то строение, вероятно прежде использовавшееся для просушки сена. Выглядело оно как кафедральный собор посреди поля, укрытого белым покрывалом.

К нему они и направлялись.

Некоторое время спустя наблюдали, как инспектор Дал Фарра снимает с двери деревянную перекладину и открывает две большие створки.

– Здесь, внутри, – сказал он, подтверждая догадку Зои.

И всего через пару секунд они вошли в просторное помещение, хорошо освещенное первыми лучами солнца, бьющими сквозь двойные застекленные рамы: часть их практически замещала крышу, а через другие открывался вид на расщелину на границе поселка, который располагался внизу.

На большом железном столе лежал труп, накрытый белой простыней.

– Здесь вас никто не побеспокоит, – заверил полицейский. Зажег неоновые светильники, показал, где находятся выключатели. Больше ни слова не говоря, направился к выходу. Вдруг остановился и прибавил: – Могу гарантировать, зрелище не для слабонервных.

Сказал – и вышел, словно долгое пребывание в этом месте вызывало у него физическое недомогание.

– Холодина, как на Северном полюсе, – констатировала Зои.

– Так это прекрасно, труп не разлагается, – ответил доктор Стелла и, частично переодевшись – ему пришлось снять флисовую на меху куртку и облачиться в фартук, маску и резиновые перчатки, – взялся за дело.

Открыл свой саквояж, который днем раньше так возбудил любопытство Зои. В нем хранился самый настоящий арсенал колюще-режущих инструментов: нож ампутационный, пара хирургических расширителей, лучковая пила, молоток Бергмана, целый набор игл для накладывания швов, пара механических ножниц, анатомический пинцет, градуированные стаканчики и пробирки. Сталь и стекло блестели. Холодный неоновый свет скользил по белоснежным складкам простыни, укрывавшей труп.

Доктор Стелла широким театральным жестом поднял белое полотно, словно иллюзионист или конферансье в цирке.

Зои поняла, что вот теперь она должна только смотреть. Судмедэксперт пребывал в своей стихии.

Первое, что ее поразило, – огромное количество ран на теле, они буквально усеяли серо-молочного цвета кожу женщины. Выглядело так, будто нанесенные ей бесчисленные ножевые удары образовали еще один слой эпидермы, состоящий из черных пятен, фиолетовых подтеков и ранок с засохшей кровью. И это еще было не все. Зои с ужасом заметила, что кое-где на трупе недоставало не только кожи, но и мяса – местами из бедной жертвы выдрали целые куски.

Ужасающее зрелище.

Доктор Стелла если и был потрясен, то виду не подавал.

Напротив, голос его звучал уверенно и твердо.

– При поверхностном осмотре, – начал он, – выявлено приблизительное, около четырехсот или пятисот, количество ран по всему телу. Они маленького или среднего размера, получены с большей вероятностью в результате неоднократно нанесенных ударов клювами воронов. Это абсолютно нормальное явление в тех случаях, когда тело длительное время остается в лесу. Падальщики имеют обыкновение набрасываться на трупы, особенно когда им никто не мешает. Занимались они этим, по всей видимости, долго и с впечатляющей жестокостью. Но насколько бы жестоко и ужасно все ни выглядело, причина смерти, скорее всего, другая.

– Уверен? – вырвалось у Зои. Ей так и не удалось сдержаться.

Доктор Стелла кивнул и, оглядывая жертву, продолжил:

– Они – падальщики, питаются мертвечиной. Набрасываются на трупы, скелеты, но не трогают, если жертва еще жива. Обычно. Однако есть кое-что еще – лодыжка.

Зои посмотрела на то место на трупе, куда указал эксперт. И правда. Нижняя часть правой ноги прямо у ступни была в два раза толще левой.

– Явно травмированная, – продолжил доктор Стелла. – Подвернула ногу, спровоцировав вывих, и к тому же очень серьезный, насколько я вижу. С такой лодыжкой сомневаюсь, что она могла далеко уйти. Считай, осталась без ноги. А почему?

– Кто-то ее преследовал, – ответила Зои, не раздумывая. Произнесла на автомате.

– Как знать.

– Или, может, ее внезапно удивило что-то, она потеряла равновесие, и нога подвернулась.

– Всякое бывает.

– И после двигаться ей было тяжело, – продолжила Зои, словно пыталась воспроизвести сцену событий, – особенно в лесу, полном камней, расселин и обрывов, вроде того, на краю которого ее нашли.

– Точно. – Теперь доктор Стелла смотрел на молодого инспектора, в первый раз осознавая, насколько полезна дотошность в такой ситуации, как эта. Вот почему комиссар полиции Беллуно Казагранде выбрал именно ее для проведения расследования.

– А что с глазами?

– О, это настоящий гордиев узел.

– Почему же? На основании того, что вы рассказали, я склонна поверить, что их выклевали падальщики. В конце концов, они славятся этим. Я где-то читала, что вороны набрасываются на глаза, потому что это самые незащищенные мягкие части. Потому они и самые желанные: это ведь просто – вырвать и сожрать их первыми. В определенном смысле для воронов это деликатес.

– Естественно, это всего лишь предположение, хотя очень обоснованное. Но я бы посмел его исключить.

– Да почему же?

– Смотри, видишь эти отметины рядом с клиновидной костью? – спросил доктор Стелла, показывая на залитую кровью кость под глазной впадиной. – Эти глубокие царапины, – он обвел пальцем значительные порезы. – Я совсем не уверен, что их сделал ворон. Слишком уж большие и проникающие. Нет-нет, – настойчиво повторил он, – точно нет. – Помолчал. – Хочешь знать, что я думаю?

– Дай скажу!

– Я весь внимание.

– Кто-то в лесу застиг врасплох бедную Никлу Росси. И каким-то непонятным образом до смерти напугал ее. Напугал настолько, что она упала, вывихнув лодыжку. Потом попыталась спастись бегством, но убийца быстро настиг ее – с правой ногой в таком состоянии далеко не ухромаешь. Сделал с ней все, что хотел. И, вероятно, охотничьим ножом и убил, и вырезал глаза. Потом бросил, и прежде, чем ее нашли, вороны успели истерзать тело.

Доктор Стелла посмотрел на Зои.

– Ужасно.

– Представить не могла, что когда-нибудь увижу такое, – заключила она. – Но хотела бы еще добавить.

– Слушаю.

– Если дело обстоит именно так, я бы еще немного порассуждала. Убийца, кто бы он ни был, похоже,