Силуэт танцующей звезды - Ксения Дронова

Трофим не ответил, абонент опять оказался недоступным, и Женька, вздохнув, медленно двинулась по Проспекту к Липкам. Ничего страшного, она взрослый человек, мало того — она симпатичная девушка, вон какие взгляды на нее бросают мужчины! Она вышла гулять, дышать свежим воздухом, наслаждаться свободой, у нее все хорошо, она скоро выйдет замуж, а эта старуха наговорила ей ерунды просто потому, что завидует ее молодости! Или чтобы заполучить себе клиентку — другая бы на ее месте тут же зарыдала бы и стала просить пани Марианну помочь ей, и та, разумеется, тут же придумала бы какой-нибудь действенный рецепт спасения — за денежку, понятное дело! Вот как все просто! Но Женька не дурочка, она никому не даст себя водить за нос!

На путь до памятника Чернышевскому ушло семь минут и двадцать три секунды, Женька засекла время по своим большим командирским часам. Вообще-то, это часы Трофима, но ей нравится их носить, они такие удобные и стильные. За семь минут с хвостиком ее дурное настроение развеялось, и на встречу, девушка явилась бодрой и радостной. Венерки еще не была, но Женька отчего-то чувствовала себя так, словно только что вынырнула из омута, в котором едва не задохнулась, и теперь может дышать полной грудью и ничего на свете больше не бояться.

Нет, это все-таки удивительно здорово — быть молодой! Даже если твой любимый человек надолго покинул тебя, во вторник тебе предстоит участвовать в грандиозном праздновании дня рождения твоей матери, которой ты до сих пор не купила подарка, а через десять дней у тебя серьезное дело — защита диплома. Даже под этим пасмурным небом (опять будет дождь, нет, это невыносимо!) быть молодой — великолепно! По крайней мере, Женька в этом уверена.

А обо всем плохом нужно просто забыть. Не думать, не думать, не думать…

Нет, это ей не снится, кто-то действительно стоит у нее под окнами и что-то там поет. Ну, надо же, нигде нет покоя! Кому не лень в такую рань в воскресенье утруждать свои голосовые связки? И почему, скажите на милость, это нужно делать именно под ее окном?

Вчера они славно погуляли с Венерой, сперва посидели в Липках с пивом, потом пошли на Набережную и встретили по дороге каких-то венеркиных друзей, продолжили прогулку впятером… Женька даже не рассчитывала, что будет так весело. Она даже ни разу не вспомнила за весь вечер про предсказания пани Марианны, да и о Трофиме с его. молчащим телефоном как-то совсем не думала…

Правда, домой они с Венерой вернулись поздно, где-то около часа, пока чай попили, потом она еще возилась с таблицами — вдруг пришла идея по-другому обработать тесты… В общем, спать она легла в три часа ночи, если не позже, и нате вам, пожалуйста, с самого утра — певун под окнами!

Рывком, распахнув окно, Женька высунула наружу недовольную мордашку. Кажется, не так уж и рано, как ей сперва показалось! Однако это не значит, что каждый желающий может насильно будить ее песнопениями.

— Фальшивите, — Женька уверенно прервала мурлыканье темноволосого мужчины, нетерпеливо притопывающего ногой как раз под ее подоконником. Теоретически, если бы она наполовину высунулась из окна, она могла бы дотянуться до его головы и прикоснуться к его жестким волосам… Хотя почему — жестким? Может быть, они очень даже мягкие!

Мужчина удивленно замолчал, казалось, в первую секунду он не понял, откуда раздался голос. Женьке стало смешно, все ее утреннее раздражение как рукой сняло. Это же надо — взяла и наступила чужой песне на горло!

Между тем незнакомец поднял голову и встретился с Женькой взглядом. Его яркие серые глаза смеялись, сто раз она встречала подобное выражение в книгах и только теперь поняла, как это выглядит в жизни. Как будто желтые крапинки света в сером пасмурном небе. Или последний луч закат в свежей и сочной траве, которая на самом деле зеленая, но в сумерках кажется очень темной… Странно, почему ей в голову приходит такая ерунда. Небо, солнце, закат, трава… смех.

Но если бы Женька знала, сколько бессонных ночей она будет вспоминать эти глаза, в которые так хочется смотреть, не отводя взгляда, и вглядываться в них, и снова искать в них все на свете — искорки света, лучики, смех!.. Если бы она это знала в тот момент, когда решительно окликнула мужчину, поющего у нее под окнами… она бы просто не стала подходить к окну. Ни за что.

Глава 3

Женька устало пошевелила затекшими конечностями. За полтора дня она сделала практически весь диплом. Все воскресенье она просидела за этим столом, молотя по клавишам ноутбука, и сегодня она уже два часа не отрывается от монитора! Она проделала титанический труд! Конечно, Женька еще не один раз пересмотрит весь материал, кое-что уберет, что-то подправит, доделает рисунки… но все это уже мелочи, с главным она справилась! Значит, можно отдохнуть и не грызть себя за лень.

Убрав ногу со стола (будь Трофим рядом, он бы опять ее упрекнул, его раздражает Женькина привычка во время работы класть правую ногу на угол стола, но что она может с собой поделать, ей так лучше работается!), Женька прошлась по комнате, сделала пару приседаний и наклонов, повертела гoловой в разные стороны, а еще говорят, что физический труд утомляет сильнее, чем простое «сидение за компьютером»! Неправда это все.

Открыв окно пошире, чтобы в комнату ворвался холодный ветер, Женя блаженно растянулась на кровати и закрыла глаза. Заснуть вряд ли удастся — за дверью рычит Трезор, на кухне во всю громкость включено радио, а в комнате за стеной истошно кричит Оксанка. Она приехала всего час назад, но уже успела поцапаться с хозяйкой… Кажется, они до сих пор ругаются. Но лишь бы ее, Женьку, не трогали, и бог с ними, она полночи не спала со своим дипломом, да еще бабка в девять утра распахнула ее дверь настежь и зычно велела вставать. Ладно, хоть сейчас не лезет — и даже позволила Женьке закрыть дверь! Наверное, на нее так подействовал вид компьютера…

Женьке показалось, что она проспала не более пятнадцати минут, да и то вроде бы и не спала даже — просто дремала, вяло прислушиваясь к разнообразным звукам в квартире, к шуму за окном. Где-то вдали, на Чернышевской, завизжала тормозами какая-то машина, взвыла сигнализация, вот пробежал мимо дома горластый ребенок, его звонкому голоску вторил хозяйский пудель… Однако в тот момент, когда Женька открыла глаза, уже наступил вечер, и в ее комнате стало темно. Разбудил ее громкий стук открывшейся двери: на пороге ее комнаты вырос черный, нелепый силуэт, на фоне ярко освещенной кухни он казался мрачным и неприветливым. Как клякса на промокашке.

Когда Женя была маленькой, они с подружкой любили играть «в кляксы»: капали чернилами на промокательную бумагу или кальку и пытались увидеть в получившемся бесформенном пятне что-нибудь необычное, интересное. У Женьки с воображением никогда не было проблем, поэтому она могла разглядеть в чернильных фигурах все что угодно. Иногда эти силуэты получались очень выразительными… как тот, что маячит теперь у нее в дверях. Бабка. Как она могла о ней забыть?