Силуэт танцующей звезды - Ксения Дронова

— А кого ты там играть будешь? — Женька легко могла представить Ладу в роли Снежной королевы, принцессы или Госпожи Метелицы, у нее такое интересное лицо! Не красивое, конечно, но, если можно так сказать, породистое: высокие скулы, прямой нос, треугольный подбородок. Вот только волосы на ее месте Женька не стала бы так кардинально осветлять, лучше бы покрасила в какой-нибудь естественный цвет… Но это, конечно, не ее дело.

Почему в ее сне вредная полячка превратилась именно в Ладу, непонятно… ничего общего между ними нет! Просто не может быть. Белая Ладка отличается от черной пани Марианны, как ангел от черта!.. И все-таки сон тревожит.

Ладка усмехнулась и опять раскрыла сумочку. Достав из нее пачку «Кента», закурила и королевским жестом поманила официантку.

— Хромую ласточку, — видя Женькино удивление, она рассмеялась и, заказав официантке две «Балтики», пачку «Лейз-Макс» и фисташки, откинулась на спинку стула. — Каникулы же начались, вот у нас теперь через день утренники и идут, завтра «Доктора Айболита» показываем, в пятницу — «Красную Шапочку». Веселые спектакли, детишкам нравятся… Особенно когда состав сильный. У нас иногда даже заслуженные артисты в массовке скачут, если народу не хватает.

Лада закурила, эффектно отставив кисть с сигаретой, зажатой между длинных пальцев. Женьке всегда хотелось научиться так же курить, эротично округляя яркие губы, выпуская изо рта дым колечками, эдак с изящной ленью поводя плечом… Но эта наука ей не дастся, да и особой тяги к курению она никогда не испытывала.

— Приду, — пообещала Женька, глотнув пива из стеклянной кружки с толстыми стенками и массивной ручкой. Пиво действительно оказалось отменным и здорово утоляло жажду. Она бы могла просидеть в этом кафе до вечера, если бы не подарок, который она до сих пор не купила. Но не идти же, в самом деле, к матери на юбилей с пустыми руками!

— Тогда где-нибудь без двадцати одиннадцать зайди в театр с черного хода, там, на вахте я тебе оставлю билет… за стеклом, увидишь сама. Встретить не смогу, уж извини, перед спектаклем запарка такая, костюмы, грим. Ты ведь знаешь, где театр, да? Русский театр танца «Классика и современность», на Первомайской, главный вход рядом с магазином «Свет». Но ты сперва с черного должна зайти, за билетом, это со стороны сквера… Поняла?

Женька кивнула и залпом допила пиво. Так и не заговорила с Ладкой о Трофиме, та тоже промолчала. Стало быть, и говорить не о чем… Все, передышка закончена, теперь в срочном порядке — ноги в руки, и на штурм прилавков. Знать бы еще, чему мама обрадуется! Больше всего на свете она любит пересаживать свои бесконечные фикусы и фиалки из горшка в горшок, удобрять их, прививать и все в том же духе, Но, во-первых, Женька совершенно не разбирается в растениях, а дарить, что попало ей не хочется. А во-вторых, опять-таки, с таким подарком не придешь в кафе, на юбилей принято дарить что-то более торжественное. Но что?

Они расплатились, вышли из «Теремка» и разошлись в разные стороны, улыбнувшись, друг дружке на прощание. Лада отправилась к бабке, Женька — в Крытый рынок, на втором этаже которого располагается универмаг. В конце концов, когда не знаешь, что купить, надо просто пройтись вдоль витрин и посмотреть, что продают. И сделать это надо шустро, потому что у нее не так много времени, как ей бы хотелось, и еще надо будет вернуться к себе («Уже привыкла, надо же!») и переодеться. Хорошо хоть, до кафе от бабкиного дома рукой подать, можно будет пройтись пешком и не толкаться в троллейбусе.

Женька никогда не любила ходить по магазинам, но сейчас выбора у нее нет. Разумеется, косметику матери она покупать не будет, глупо было бы дарить косметологу кремы, лосьоны и тушь с помадой. Был бы рядом Трофим, он бы помог ей подобрать хороший подарок… да просто ей не было бы так одиноко.

В конце концов, бесполезно прогулявшись по универмагу, Женька вышла на улицу и тут же, за углом, купила маме чудесный подарок — картину. Зимний пейзаж, особенно выразительный в теплый июньский день: темно-синее, почти черное небо, огромная холодная луна, похожая на круглый кусок любимого Женькиного сыра «Маасдам», только без дырок. И снег, очень много снега, и вдали черный силуэт домика, в котором как будто кого-то ждут, окошко светится, и на снег падает легкий желтый блик.

Неизвестно, понравится ли маме эта картина, но то, что Женька от нее не может отвести глаз, — это точно. Особенно от этой звезды, жемчужиной застывшей над черной крышей домика. Блестящей, холодной каплей, до которой — что за странное желание — ей нестерпимо хочется дотронуться языком…

— А почему бы тебе не постричься? — Оксанка окинула Женьку критическим взглядом и лениво откинулась на подушку, подвинув поближе к себе пакет с печеньем. — кажется, тебе бы пошла совсем короткая стрижка!

Женька уже полчаса не могла решить, что надеть, и мерила наряд за нарядом, вертелась перед зеркалом, оглядывая себя со всех сторон, но так ничего пока и не выбрала. Черная блузка образует на спине некрасивые складки, в желтой ее уже все видели, майку надевать в кафе как-то не хочется, хотя она шелковая и с бабочками, очень симпатичная. Вот только с юбкой она уже определилась. Впрочем, у нее просто нет выбора — не бриджи ведь надевать на торжество, нет же!

— Ну, не знаю… я как-то хотела сходить в парикмахерскую, да Трофим возмутился. Говорит, что ему нравятся мои длинные волосы, — быстрым движением откинув челку со лба, Женька уставилась на свое отражение. Да ей и самой, если на то пошло, привычнее эта прическа! Жаль, правда, что у нее такие мягкие волосы, у мамы жесткие и с ними легче сладить. Ей же приходится каждый раз после мытья волос втирать в голову пенку, чтобы локоны не торчали, потом в разные стороны и легче укладывались… Ну да ладно, лишь бы хорошо выглядели, и бог с ними!

— Он у тебя консерватор, наверно. Но ты все равно подумай… Не, каре у тебя не получится, у тебя же свои вьющиеся волосы? Да? Здорово. Тогда просто пышную шапочку сделай, красиво будет! —Оксанка с хрустом дожевала последнее печенье, усеяв крошками и свою кровать, и пол.

«Хорошо, хоть бабки нет, ругаться некому. С Трезором, что ли, гуляет, или Ладка ее куда увела?» — Женька не уставала поражаться Оксанки-ной прожорливости и неаккуратности. Но зато у нее легкий характер, и за это ей можно простить многое.

Последний раз, окинув разбросанные на постели вещи трезвым взглядом, Женя все-таки остановилась на майке с бабочками, во всяком случае, с юбкой она смотрится неплохо, а сверху можно надеть желтую блузку и оставить ее незастегнутой. Черное с желтым — хорошее сочетание, а темно-синяя джинсовая юбка ко всему идет. И черные открытые босоножки на высоком каблуке. Теперь полный порядок, и у нее есть в запасе целых пятнадцать минут — перед выходом можно с удовольствием выпить чашечку кофе и медленным шагом порулить к кафе.