Имперская Окраина - Василий Сахаров

— Не очень много. Мой отец и император останавливают наступление на Васлай и перекидывают на материк Анвер все резервы. Аналитики утверждают, что если мы не задавим Хаука в течении трех–четырех месяцев, империя падет. Но пока есть шанс разбить сепаратиста и его войска, и мы должны действовать без колебаний и промедления. Далеко не все мелкие вассалы Ратины готовы пойти за ним и забыть свои клятвы, да и простой народ привык жить в империи. Поэтому на Анвере открывается Южный фронт, а северным феодалам, которые освобождены от службы, придется на добровольной основе собрать свои отряды и отправиться на Восточный. И там нам предстоит сдерживать возможное наступление разбитых и изрядно потрепанных васлайцев.

— Дело вроде бы не сложное, республиканцам сейчас не до наступлений. Но на какой срок мы отправляемся в эту командировку?

— От трех до пяти месяцев, а потом положение стабилизируется, и мы вернемся обратно. При этом, Уркварт, командиром своего войска ты можешь назначить кого–то из преданных тебе баронов.

— Нет уж. Сам на восток отправлюсь, тем более что мне это было предсказано. Когда мы обязаны выступить?

— Предварительно через три дня. Завтра с утра в Изнаре состоится военный совет, и мы начнем стягивать к телепорту войска.

— Ясно.

За разговором я не заметил, как мы остановились на половине пути к порту. И представив себе, как мы выглядим со стороны, я невольно усмехнулся. Да уж, два феодала в окружении настороженных воинов в броне, которые перекрыли проезд, стоят посреди улицы и о чем–то беседуют. Хм! Есть на что посмотреть, ибо не каждый день такое увидишь.

— Что–то не так? — спросил Гай.

— Нет. Все в порядке, — ответил я. — Просто представил, как мы с тобой будем на востоке геройствовать.

— Тогда жду тебя завтра в Изнаре.

— Я буду. До встречи Гай.

— До встречи Уркварт.

Молодой герцог направился обратно к магическому порталу, а мой взгляд зацепился за его удаляющийся темно–серый плащ, на котором красовался скорпион Канимов и я подумал о том, что судьба вновь все решает за меня. Вот не хотел я отправляться в пустоши и думал, что останусь на месте, и буду заниматься делами семьи. Однако минуло полчаса и теперь выходит, что мне все равно придется покинуть близких людей, только дорога графу Ройхо лежит не на север, а на восток. И вариантов отказаться нет, поскольку Канимы и «Имперский Союз» это не ламии, которые пока действуют исподволь. Так что меня опять ждут военные действия. Блин на!

Впрочем, это произойдет лишь через три дня, а пока к демонам мысли об изменниках и скорой отправке на войну. Сейчас встреча с Вереком, а затем мне еще предстоит разделаться с Умесами, и только после этого я всерьез займусь подготовкой к новой военной кампании. Решено. Так тому и быть. И резко развернувшись на месте, я продолжил путь к морю, а пока шел прикидывал, кого возьму с собой в поход. Хотя и так все понятно. Ветераны вперед!

Глава 23

Рудо Лофелейн оглядел спящий мирным сном город Данце и машинально отметил, что все спокойно. Огни ночного освещения горят как обычно и дополнительных, которые бы свидетельствовали о том, что воинов гарнизона подняли по тревоге или где–то начинается подозрительная суета, нет. Патрули милиционеров и наемники на своих местах, прогуливаются по улочкам, проспектам и паркам, и охраняют покой горожан. Ничего необычного, все как всегда, и это было хорошо.

Лже–маркиз вдохнул сырой холодный воздух с привкусом йода и левой ладонью помассировал грудь в области сердца. Потом еще раз окинул город взглядом, опять ничего подозрительного не обнаружил и покинул балкон особняка, который ранее являлся запасной штаб–квартирой республиканской разведки на острове, а месяц назад был куплен его семьей на имя барона Лоцца. После чего он вошел в теплое и светлое помещение, где у камина сидели его племянники, третий старейшина клана Лавей и чародей Книппа. Родичи улыбались и перешучивались, а вот ему было не до веселья. Он чувствовал приближение неприятностей, но не мог определить источник опасности. И бывшего главу семейства это очень сильно беспокоило.

Родичи его состояние заметили, и Лавей спросил Рудо:

— Ты случаем не заболел дядя?

— Нет, — закрывая дверь на балкон и скидывая с плеч плащ, ответил он.

— Тогда почему ты такой хмурый?

— Сам этого не понимаю, — лже–маркиз прошел к огню, присел в кресло и покачал головой. — Вроде бы все отлично, и сегодня я был допущен в совет Ройхо. Но что–то все же не так. Слишком гладко идет игра. Никто нас не тревожит. Наши люди внедряются в местное общество. Тайные стражники графа занимаются какой–то чепухой и выглядят полными профанами. Так не бывает. Должен быть хотя бы один прокол, но его нет.

— По–моему, — Лавей ухмыльнулся, — ты переоцениваешь нашего противника. Это ведь имперская окраина, откуда здесь взяться профессионалам? Ройхо типичный везучий сукин сын, которому привалила удача, но, несмотря на это, он остается самым обычным провинциалом, который собрал вокруг себя неудачников, буйных и инициативных, однако далеко не самых умных. Поэтому не стоит искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. Наш успех закономерен и был легко предсказуем, так что не нервничай, а выпей за то, чтобы у нас и дальше все шло хорошо.

Старый Умес, который не понимал расслабленного состояния Лавея, поморщился. А затем он посмотрел на семейного мага, которого редко использовали для работы заграницей, и задал ему вопрос:

— Книппа, ты тоже считаешь, что я зря нервничаю?

Чародей, крупный пожилой мужчина, один из четырех магов, кто эмигрировал вместе с семьей в империю, стер с лица улыбку, задумчиво покачал головой, поправил небольшой, но чрезвычайно мощный артефакт под своим светло–синим гражданским камзолом и ответил:

— Не знаю. Мне в этом городе пока трудно, слишком много помех, от храма, от местных магов, от артефактов и жриц. Пока я опасности не чую, но это не значит, что ее нет.

— Так–так, понятно. — Рудо вновь обратился к Лавею. — Сколько людей сейчас в доме?

— Двадцать семь человек, из них пять женщин и шесть подростков.

— Кто на страже?

— В доме напротив Гиллер и пара мальчишек, и во дворе двое.

Рудо помедлил, посмотрел на полыхающее в камине яркое пламя и, приняв решение, сказал:

— Лавей, поднимай всех и пошли на улицу наиболее смышленых парней, пусть посмотрят, что вокруг происходит.

— Думаешь, все настолько серьезно?

— Не знаю, но если я ошибаюсь, и нам ничего не грозит, то ребятам будет дополнительная тренировка. Нечего расслабляться.