Имперская Окраина - Василий Сахаров

— Отири, — я посмотрел на ламию, симпатичную и весьма привлекательную белокурую девушку в темно–зеленом жреческом балахоне, которая не могла не вызывать расположения, — я принял решение.

— Я слушаю, — отозвалась она.

Наши взгляды столкнулись, и я сказал:

— Мне не интересен поход на север.

Ламия обиделась, но вида, что мое решение ее расстроило, эта умная и хитренькая девушка не показала, а только молча кивнула и направилась на выход, видимо, собралась доложить своей матушке о том, что граф Ройхо не собирается спасать мир от демонов и не желает бегать по пустошам.

«Ну–ну, пусть поговорят, — провожая ведьму взглядом, подумал я и спросил себя: — А вот интересно, неблагодарной сволочью ламии меня назовут или воздержатся? Ха! Сие мне неизвестно. Но это и не суть важно. У них своя стезя, служение богине–прародительнице, а у меня своя, которая выражается в том, что в первую очередь я всегда обязан думать о благе моего рода. И как ни посмотри, а интересы немногочисленной семьи Ройхо с интересами религиозных культов, ламий и богини соприкасаются лишь косвенно. При этом я не отрицаю того, что со временем все может измениться, а пока это так».

После таких размышлений, оставшись один, я собрался отправиться в порт, куда вот–вот должна была войти галера «Царица Ночи», на борту которой находился мой друг и верный сторонник маг Эри Верек, желающий лично доложить мне о своих первых успехах. Но в этот момент вновь скрипнула дверь, и появился мой новый адъютант Оттар Квист, который замещал на этой должности Трори Ройхо.

— Кто–то прибыл? — накидывая на плечи подбитый мехом теплый плащ, спросил я парня.

— Так точно! — затянутый в чистый мундир бывший знаменосец 1–й кеметской сотни слегка вытянулся. — От телепорта сообщили, что прибыл герцог Гай, и он направляется сюда.

Появления сюзерена я не ожидал, пару дней назад мы виделись с ним в Изнаре и он был загружен делами по самую макушку, а тут, неожиданно, сам решил меня посетить. А раз так, то значит, что–то его к этому подтолкнуло. И прислушавшись к себе, я почувствовал некоторое беспокойство. Это верный знак того, что Гай Куэхо—Кавейр несет весть, которая может резко изменить мой образ жизни, и далеко не в лучшую сторону.

Я спустился вниз, прошел через двор бывшей Гильдии Купцов, вышел на улицу и здесь практически лоб в лоб столкнулся с молодым герцогом. Его охрана держалась позади, мои воины и оборотни тоже нам не мешали, и потому, откинув ненужный официоз, мы повели себя как добрые приятели.

— Привет, Гай! — улыбнувшись и приподняв черную широкополую шляпу с эмблемой Ройхо, поприветствовал я хмурого и чем–то весьма озадаченного сюзерена.

— Здравствуй, Уркварт! — словно пытаясь увидеть во мне некие перемены, и пристально всматриваясь в меня, ответил герцог.

— Давай пройдемся? — я кивнул в сторону порта, где к причалам уже швартовалась «Царица Ночи».

— Я не против, — согласился сюзерен.

Не торопясь, мы двинулись к водной глади. Вокруг нас охрана. Беседе никто не мешает, и после нескольких коротких и пустых фраз о погоде, здоровье и делах, я спросил Гая:

— Что случилось, дружище? Из–за чего ты бросил все свои дела и захотел меня увидеть?

— Тебя не проведешь, — Гай снова нахмурился. — Сразу понял, что я не просто так в гости заехал?

— Да.

Гай помедлил, окинул взглядом полупустую улицу, по которой мы шли, и произнес:

— На империю навалилась новая беда. Поэтому я здесь, и по поручению моего отца хочу узнать у своего вассала и друга графа Уркварта Ройхо, предан ли он государю, как и прежде.

— Плохо обо мне думаешь Гай. Я с вами, с императором и Канимами. До конца. Поэтому объясни, что произошло, и почему ты во мне усомнился?

— Извини, если обидел тебя недоверием, Уркварт. Минувшая ночь подкинула всем нам немало недобрых сюрпризов, и все, что произошло, сильно подорвало мою веру в благородство имперской аристократии. — Герцог взял паузу, тяжко вздохнул и продолжил: — Сегодня ночью скончался великий герцог Конрад Ратина. Официальная версия гласит, что он умер от переутомления, слишком много работал, а на деле его отравили.

— И кто это сделал, тайные стражники Канимов?

— В том–то и дело, что нет. Наши агенты работали на его территории, слишком много там странного происходило, но, опасаясь провокаций, действовали в рамках приличий. Долго присматривались к великому герцогу и пришли к выводу, что кто–то специально делает так, чтобы все окружающие были уверены в желании старого Ратины отделиться от империи. Тайные стражники стали копать глубже, и выяснили, что есть заговор против императора, и во главе него стоит наследник великого герцога Хаук. Видимо, ему невтерпеж было усесться на трон отца и он, найдя общий язык с вражескими шпионами, приговорил его к смерти. Было, наши агенты собрались действовать, но не успели. Против них работали не менее профессиональные люди, чем они, и противник нас опередил, убрал с доски Конрада и теперь новым великим герцогом стал Хаук.

— Ну и что дальше?

— Великий герцог Хаук Ратина уже сегодня объявит о создании собственного королевства, в котором не действуют имперские законы. Тайные стражники его достать не могут, охрана у отцеубийцы посерьезней, чем у императора, а свободных воинских отрядов, чтобы задавить его сразу, у императора нет.

— Хаук настолько силен?

— Очень. У него много войск и чародеев, которых ему прислали из–за океана, и ко всему этому гарантом его независимости готова выступить Теократия Шаир—Каш. Так мало того, посланцы этого подонка навестили многих имперских феодалов и предложили им воспротивиться воле Марка Четвертого и скинуть с плеч гнет семьи Канимов.

— И многие аристократы решили последовать его примеру?

— Да. Многие. Князь Фертанг, князь Марух, герцог Мариенский, герцог Иштнель, граф Пернец и еще два десятка крупных и богатых феодалов, в верности которых до недавнего времени никто не сомневался.

— А что церковь, маги и Торгово—Промышленная Палата?

— Официально все религиозные имперские культы, промышленники и чародеи, точно так же как и другие великие герцоги, по–прежнему за императора. Но если мятежникам будет сопутствовать успех, то они нам все припомнят, и Красную Тревогу, и реквизиции, и мобилизацию, и ущемление своих прав. В общем, время смутное. Наше положение ухудшается, и потому я здесь.

— Мое слово ты услышал — граф Ройхо с вами, — еще раз я обозначил сторону, на которой буду стоять.

— Я в тебе не сомневался Уркварт.

— Вот и хорошо. А теперь мне хотелось бы знать, что в связи с произошедшими в стране изменениями требуется от меня?

— Не очень много. Мой отец и император останавливают наступление на Васлай и перекидывают на материк Анвер все резервы. Аналитики утверждают, что если мы не задавим Хаука в течении трех–четырех месяцев, империя падет. Но пока есть шанс разбить сепаратиста и его войска, и мы должны действовать без колебаний и промедления. Далеко не все мелкие вассалы Ратины готовы пойти за ним и забыть свои клятвы, да и простой народ привык жить в империи. Поэтому на Анвере открывается Южный фронт, а северным феодалам, которые освобождены от службы, придется на добровольной основе собрать свои отряды и отправиться на Восточный. И там нам предстоит сдерживать возможное наступление разбитых и изрядно потрепанных васлайцев.