Имперская Окраина - Василий Сахаров

Выехали утром. Над головой висели темные рваные тучи. Погода стремительно портилась, и чародеи утверждали, что к полудню со стороны Ваирского моря на остров обрушится сильнейший шторм. Поэтому в путь отправились в просторной карете с гербами Ройхо на дверцах. Наше транспортное средство, которое сопровождали конные дружинники, потряхивало на булыжниках мостовой, слегка поскрипывали рессоры, и от этого меня клонило в сон. Однако я сдерживался, поскольку в данный момент не мог тратить драгоценное время на отдых и путешествие в царствие Морфея. И чтобы не задремать, я начал разговор с Вереком, который, если судить по его рассеянному взгляду, витал в облаках и как обычно размышлял о своих магических изысканиях.

— Эри, — позвал я чародея.

— А! Что!? — вскинулся Верек и посмотрел на меня.

— Давай–ка, дружище, — предложил я ему, — пока у нас есть мало–мало времени, поговорим о том, чего добилась твоя исследовательская группа.

— Конечно, — согласился он.

— Итак, — я посмотрел в окно, за которым были внутренние помещения телепорта, и продолжил: — ты говоришь, что достиг определенного успеха. Это так?

— Да. Мы на пороге великого открытия в области магической связи. Группа Иокова Мергела, которая работала в «Ульбаре» до нас, состояла из профессионалов высочайшего класса, которым я и мои помощники в подметки не годимся, и если бы не воровство, сейчас бы в империи проблема передачи сообщений на дальние расстояния была бы решена…

— Короче, Эри, — прервал я мага. — Обойдемся без предыстории.

— Как скажешь. Мы использовали наработки староимперских магов, кое–что подправили, усовершенствовали, и провели первые опыты.

— Но удовлетворительного результата, насколько я понимаю, до сих пор нет?

— Пока нет. Однако он обязательно будет, если для продолжения опытов мы получим то, что нам необходимо.

— И что же это? Деньги? Артефакты? Алхимические ингредиенты? Драгоценные камни? В чем проблема, которую ты не можешь решить самостоятельно?

— В биологическом материале.

Сначала я не понял, о чем он говорит, и уточнил:

— В людях, над которыми проводятся опыты?

— Да, — совершенно спокойно подтвердил маг.

— Ну и в чем проблема? Если я не ошибаюсь, за минувшие три месяца в «Ульбар» было отправлено более двадцати двуногих скотов, лишь по ошибке именуемых людьми. И если есть необходимость, то отправим вам еще партию такого, как ты выражаешься, биоматериала.

— Это так. Мы получили двадцать пять человек, и все они, при внедрении в тело артефактов, вскоре сходили с ума и были уничтожены. При этом долгое время нам было не понятно в чем дело. Но мы все же разобрались в причине наших неудач, и пришли к выводу, что для проведения опытов нужны не пожизненные каторжники: насильники, наркоторговцы, маньяки, убийцы, педофилы и прочая мразь.

— Интересно, и кто же вам нужен?

— Люди с устойчивой психикой и потенциальными способностями к освоению магии.

— То есть люди благородной крови?

— Именно. Они обладают повышенной жизнестойкостью. Поэтому должны выдержать вживление в тело камней и быстро адаптироваться к новой форме своего существования, после того как им подчистят память.

— И тогда ты можешь гарантировать положительный результат?

— Да, — Верек не сомневался и ответил не раздумывая. — Если моя группа получит людей, кондиции которых подойдут под наши требования, то через месяц, максимум, два, ты получишь первых магических связистов.

Я задумался, поскольку тема весьма скользкая. И окончательное решение принял, когда мы уже подъезжали к городской резиденции герцога Гая.

— Когда ты собираешься возвращаться в «Ульбар»?

— Через пять дней.

— А сколько тебе необходимо подопытных?

— Не менее десяти.

— Хорошо, ты их получишь.

— Но где ты возьмешь десять человек благородной крови?

— Ты в курсе того, что сегодня ночью мы похватали шпионов с востока?

— Слышал краем уха.

— Так вот, это Умесы, а они, как всем известно, некогда являлись остверскими дворянами и практически все имеют способности к магии.

— И ты отдашь их мне?

— Не всех, разумеется, поскольку обрекать женщин и детей на роль биоматериала для исследований мне совесть не позволит, да и некоторых взрослых членов этой поганой семейки можно будет использовать в своих целях. Но десять человек из ста семнадцати пленников мы тебе подберем.

— А если ими заинтересуется Тайная Стража Канимов или «Имперский Союз»?

— Сейчас в нашем многострадальном государстве проблемы посерьезней, чем какие–то там обезвреженные шпионы. Все силы имперской агентуры брошены против мятежного герцога Ратины, так что максимум, что с меня потребуют, это письменные отчеты.

— Уркварт, а раньше ты жизни людей ценил, — отметил чародей. — Тебе этих Умесов не жалко? Это ведь все же не маньяки и не извращенцы какие.

— Возможно, что ты и прав, Эри, и я стал немного жестче, а что касается Умесов, то мне их в любом случае не жаль. Они принадлежат к элите республиканского общества, которая конечной целью войны против империи ставит тотальное уничтожение всех остверов. Понимаешь меня, друг, не просто какого–то класса, социальной общины или религиозного культа, а всего многомиллионного народа?

— Понимаю.

— Во–о–т! — протянул я, приподняв вверх указательный палец, и добавил: — Ну и, кроме того, у меня к ним личный счет. Они хотели полностью извести род Ройхо, а этого я им простить не могу. Так что к демонам чистоплюйство. Есть непримиримый враг, который сознательно стремится к тому, чтобы принести гибель не только мне, но и моей семье, и значит, он должен быть уничтожен, любой ценой и без всякой жалости. И я это сделаю. Малышей отправлю в семьи кеметцев, как приемных детей, а тех, кто постарше, либо к тебе, либо в каменоломни.

Верек мне не возразил, и понятно почему. Мир вокруг нас, если судить по меркам моей родины планеты Земля, средневековый. И такие глупые понятия как общечеловеческие ценности или толерантность здесь никому не нужны. Впрочем, возможно, такие люди есть. Но всеми окружающими они воспринимаются как потенциальные жертвы и очень быстро оказываются в кандалах и превращаются в рабов. Так что вопрос чародея насчет жалости, это чепуха, он задан для порядка, дабы я еще раз подтвердил свое решение, и не более того.

Впрочем, это размышления на отвлеченную тему. Участь наиболее крепких Умесов была определена. И в этот момент карета подъехала к зданию городского магистрата, где проводился военный совет феодалов севера, которым предстояло отправиться на Восточный фронт. Мы с Вереком покинули наше транспортное средство, вошли внутрь и оказались в большом зале, где в свое время молоденький герцог Гай Куэхо—Кавейр принимал от местной элиты клятвы на верность. Сколько воды с той поры утекло? Ой, много.