Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

говорил, говорил, говорил. Сначала он строил планы открытия еврейского саентологического центра. Он будет хозяином и руководителем, он закончил курс руководителей. Рита будет работать у него одитором, делать ассисты, обучать желающих на курсах. Начать они могут в его квартире, пока не заработают денег, вот в этой спальне, которую Рита только что отмыла. Он будет платить ей 30 процентов от прибыли. В прибыль не входит стоимость съема его спальни и его зарплата как руководителя и реклама. То есть, если, к примеру, они (то бишь Рита) заработают за неделю 100 долларов, то из этих денег на его зарплату идет 25 долларов, аренда спальни еще 25, реклама 10. Остается 40 долларов. Из них 30% – Ритины. Это 13 долларов. Рита помалкивала, она не хотела сейчас спорить с ним, у нее было безвыходное положение. «Пусть помечтает», – решила она. Рита знала, что час работы одитора стоил 100 долларов, и за гроши, которые ей предлагал Лев, она тянуть на себе весь центр не собиралась. Да и навряд ли он вообще откроет его. Потом, решив для себя проблему с еврейским центром, он стал рассказывать про быт и нравы евреев в Америке. Все стараются получить здесь фиктивную инвалидность, чтобы можно было не работать, а получать пособие от государства и жилье. К инвалидам приходят служащие из отдела социальной помощи и убирают, готовят еду, гуляют с ними. Им приносят готовую еду или дают фудстемпы – определенное количество денег на карточке на продукты. Обмануть государство, принявшее их, было высшим классом доблести. Еще рассказал две смешные истории, якобы случившиеся в его присутствие.

Лев был приглашен на юбилей бывшего тестя в русский ресторан. Гости собрались солидные, богатые. Начали поздравлять юбиляра, выпивать и закусывать. Вдруг один из гостей закричал: «Что это?» И в недоумении вытащил из блюда с салатом оливье челюсть. «Из чего делали этот салат?» – вскричал он. Подбежал официант, посмотрел на челюсть и попросил гостей проверить, не выпала ли у кого из них вставная челюсть. Гости возмутились, но Лев заметил, как у многих зашевелились рты, проверяя, все ли запасные части их тела на месте. Оказалось, что все. Тогда официант пошел на кухню. На кухне царил переполох. Пьяный повар, которого отправили спать в подсобку от греха подальше, проснулся и обнаружил пропажу челюсти. Все принялись искать.

– Кто сегодня оливье готовил? – спросил вошедший официант.

– Я, – ответил с пьяным вызовом беззубый повар, – А что?

– Ты кого в салат покрошил?

– Как кого? Все как обычно.

– И челюсть в оливье тоже обычно добавляешь?

– Какую челюсть? Это же моя челюсть! Веди меня к ней! – потребовал пьяный и, не дожидаясь официанта, выскочил в зал

– Где моя челюсть? – закричал он, – отдавайте добром, хуже будет!

Выскочили официанты и уволокли его в кухню. Потом выставили три бутылки армянского коньяка потерпевшим и инцидент был замят.

Второй случай произошел в том же ресторане. Лев и его друг пришли в ресторан снять девочек. Приехали они на машине-домике, где можно было жить, путешествуя по стране. Там был туалет, душ, кухня с газом и холодильником, стол с диваном и большое спальное место над кабиной. Они присмотрели себе двух подружек, познакомились с ними. Те недавно приехали с Украины и пошли в ресторан по русской привычке познакомиться с местными бизнесменами. Конечно же, Лев с приятелем представились бизнесменами. Вечер шел к завершению, а пугливые провинциалки никак не соглашались пойти в гости к бизнесменам. Тогда Левин друг подогнал свою машину-дом к заднему входу, куда доставляли в ресторан продукты. Дверь в домик пришлась вровень со ступенькой входной двери ресторана. Они пригласили своих дам продолжить вечер здесь же в ресторане, но в отдельном кабинете. Те согласились. Друзья открыли входную дверь заднего входа и очутились в машине. Девушкам показался интересным и необычным отдельный кабинет, они были в восторге. Выпили еще. Потом друг сказал, что закажет мороженое и вышел. Он пересел в кабину водителя, и машина плавно тронулась. Лев в это время заливал им, что этот кабинет имеет специальную вибрацию, что они сейчас и ощущают. Дамы заподозрили неладное, выглянули в окно и увидели, что они мчатся по улице города. Поднялся визг и писк, они вцепились в Левину шевелюру, он тоже начал орать, а друг, не подозревая ничего, ехал себе вперед. Остановился он, только подъехав к дому Льва. Счастливый, что фокус удался, он распахнул дверь. Из нее выскочили две разъяренные хохлушки и убежали, потом вышел растрепанный и побитый Лев. Фокус не удался, факир был пьян.

Рита приготовила на ужин макароны. Хотелось скорей идти спать, но не тут-то было. Лев не переставал говорить. Начал хвастаться, как все женщины любят его. «Ну уж только не я», – подумала Рита. Они сидели на диване, работал телевизор, но Лев не обращал на него внимания, он вдохновенно рассказывал свои любовные похождения. Оказывается, что его преследует какая-то молодая женщина из их дома. Она сидит днями на лавочке и ждет его только для того, чтобы сказать привет. Он боится открывать двери, вдруг она придет к нему. «Да у него кроме явной речемании еще и мания преследования», – поставила диагноз Рита.

Она решительно поднялась:

– Все, пора спать.

– Давай проведем ночь вместе. Ты мне очень нравишься.

– Ну давай, – обреченно согласилась Рита, больше платить ей было нечем.

Утром сквозь сон она услышала голоса. Открыла глаза и не сразу сообразила, где она. Потом поняла: у Льва в спальне на раскладушке. Дверь приоткрылась, заглянул Лев.

– Ты проснулась?

– Как видишь.

Он вошел.

– Скажи Виктору, что ты просто моя квартирантка, – попросил он

– Хорошо.

Виктора Рита помнила по рождественскому вечеру. Он был музыкантом. Бухарский еврей, как пояснил Лев. Они жили в одном доме. Лев рассказывал, что родители его продали за деньги богатой невесте. Он покорился воле родителей и женился. Жена оказалось женщиной властной и постоянно напоминала ему, что он купленный раб. У них было двое детей. Вот этот Виктор и пришел в гости с утра пораньше. Рита встала, натянула джинсы и футболку, прошмыгнула в туалет. Там она подкрасилась и вышла к мужчинам. Виктор принес с собой кофе и булочки из «Донкин Донатса». Принес на троих. «Значит, знал, что я тут», – подумала Рита. Сели в чистой кухне пить кофе и разговаривать. Узнав, что Рита учитель, он сказал, что он тоже учитель математики.

– Почему ты не работаешь учителем здесь? – поинтересовалась Рита.

– Я работал в государственной школе пару лет, но потом ушел. Опасно это.

– Опасно работать в школе? – изумилась