Вопросительные знаки в «Царском деле» - Юрий Жук

С 1912 по 1915 год Я. М. Свикке работает в Техническом бюро инженера А. И. Банкина в качестве техника по центральному отоплению.

В 1916 году Я. М. Свикке поступает в Московский Народный Университет им. А. Л. Шанявского, где учится на Общественно-юридическом факультете, совмещая свою учёбу с работой старшим бухгалтером Автомобильного отдела Всероссийского Земского Союза.

Впоследствии в своей автобиографии Я. М. Свикке напишет, что 15 декабря 1916 года он был арестован Московским Охранным Отделением за политическую деятельность и выслан в Административном порядке в Иркутскую губернию за принадлежность к СДЛ, а также за активную агитацию против войны и по подозрению в организации предполагаемой к выпуску рабочей газеты антиправительственного содержания.

Так это было или нет, но в Центральном архиве Нижегородской области и по сей день хранится «Дело о крестьянине Курляндской губ., Бауского уезда, Нейгутской волости Яне Мартыновиче Свикке, высланном из Москвы за пропаганду войны».

Во время Февральской смуты Я. М. Свикке возвращается в Ригу, где продолжает заниматься активной политической деятельностью.

В июле 1917 года он избирается членом Президиума Исполнительного Комитета Курляндского Временного Земского Совета, а в августе этого же года назначается на должность Комиссара Рижской Народной Милиции.

Приведённые здесь сведения Я. М. Свикке изложил в своей автобиографии, написанной им в ноябре 1928 года при вступлении в Общество Старых Большевиков. Но вот что интересно. Рассказывая о пройденном им жизненном пути спустя годы, он несколько «корректирует» свою биографию, «обогащая» её новыми эпизодами.

Так, например, он пишет о том, что в 1907 году он, якобы, делегируется на Штутгартский Конгресс II Интернационала, в работе которого принимает самое деятельное участие как представитель СДЛ, и что именно там он впервые встречается с В. И. Лениным! (Скорее всего, это было сделано для того, чтобы лишний раз подчеркнуть свою близость к «вождю мирового пролетариата» с незапамятных времён.)

Ну, а далее (если исходить из фактов, изложенных в упомянутой нами биографии, которая, на взгляд автора, наиболее точна) жизненный путь этого человека складывался следующим образом.

20 мая 1918 года Я. М. Свикке назначается на должность Заведующего Осведомительным Отделом Средне-Сибирского Окружного Комиссариата по Военным делам. Одновременно с этой должностью, начиная с 9 июня 1918 года, Я. М. Свикке назначается на должность Члена Высшей Военной Инспекции, обязанности которого он исполняет до 20 июля 1918 года. Но в то же самое время, начиная с 10 июля 1918 года, Я. М. Свикке совмещает обязанности Члена Высшей Военной инспекции с должностью Комиссара Типографии Штаба Уральского Военного Округа. (Подлинник этого удостоверения хранится в фондах Военного музея Латвии.) Это факты.

А дальше начинаются мифы, созданные спустя годы самим Я. М. Свикке, с целью максимального превознесения собственной роли в истории Октябрьского переворота и Гражданской войны. Большая их часть отражена в его неизданной рукописи «Ясные дали великого пути», а также в ряде других статей.

Так, в частности, Я. М. Свикке пишет, что 17 апреля 1918 года, во время одной из своих служебных поездок в Москву, он был приглашён в Кремль для беседы с Председателем ВЦИК Советов Я. М. Свердловым. В ходе этого разговора он узнаёт, что командируется на Урал во главе Особого отряда латышских стрелков (ранее входивших в состав 6-го Тукумского Латышского стрелкового полка) с целью оказания помощи в организации создаваемых там регулярных частей Красной Армии.

В этот же день Я. М. Свикке, якобы, встречается с В. И. Лениным, который, в свою очередь, напомнив о важности стоящих перед его отрядом задач, вручил ему Удостоверение ЦК РКП(б), заверенное своей личной подписью.

Из статьи Я. М. Свикке «Латышские стрелки – надёжный отряд революции»:

«Он (Я. М. Свердлов. – Ю. Ж.) вызвал меня для беседы относительно ответственных поручений в Средне-Сибирском военном округе и на Урале по борьбе с чехословацкими мятежниками. Яков Михайлович подчеркнуто указывал: под вашим руководством особый отряд латышских товарищей должен быть образцом создаваемой Красной Армии»[149].

А далее Я. М. Свикке в своей статье прямо указывает на тот факт, что В. И. Ленин, вручая ему Удостоверение ЦК РКП(б), сказал:

«…я вручаю его вам как военному комиссару и надеюсь, что направляя вас на чехословацкий фронт с отрядом особого назначения из латышских товарищей, вы сумеете с ним оправдать то доверие, которое латышские товарищи завоевали в роковые октябрьские дни в Питере.

(…) Вы назначены, – говорил Ильич, – военным комиссаром и начальником Осведомительного отдела при командующем 3А, которому поручено вести борьбу на чехословацком фронте при помощи самого надежного отряда латышей в лице 6 полка»[150].

Однако приведённые здесь выдержки из статьи Я. М. Свикке нельзя воспринимать в качестве хоть сколько-нибудь достоверного источника, поскольку, во-первых, нужно учесть тот факт, что Я. М. Свикке писал эту статью по прошествии немногим менее 40 лет с момента описываемых в ней событий. А во-вторых, мы уже знаем о его просто феноменальном желании везде и во всём преувеличивать свою роль. И это, к сожалению, весьма характерно для всех воспоминаний Я. М. Свикке, в которых правда легко уживается с его буйными фантазиями.

Возвращаясь же к приведённым ранее выдержкам о «кремлёвских встречах» нашего героя, следует также обратить внимание вот на что. Я. М. Свикке называет себя «начальником Осведомительного отдела при командующем 3 А, которому поручено вести борьбу…» Однако, как бывший Заведующий Осведомительным отделом при Средне-Сибирском Комиссариате по Военным делам (именно так называлась тогда его должность. – Ю. Ж.) он должен был быть, по меньшей мере, «осведомлён» о том, что на момент означенных встреч 3-й Армии Восточного фронта попросту не существовало, так как она была образована значительно позднее. А совмещение должности начальника и комиссара в одном лице – это вообще что-то новое! (Такое, да и то впоследствии, было разрешено только В. К. Блюхеру.)

А кроме того, у автора есть все основания полагать, что указанная Я. М. Свикке дата 17 мая 1918 года неверна, поскольку она ни по старому, ни по новому стилю не могла соответствовать хронике происходивших событий.

Не лишним было бы также напомнить о том, что так называемый «чехословацкий фронт» (на самом деле он назывался Северо-Урало-Сибирским фронтом. – Ю. Ж.) был образован только лишь 14 июня 1918 года Приказом Наркома по военным делам в связи с вооруженным выступлением чехословаков, начавшимся мятежом 25 мая 1918 года.