Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

— Слушай, это конечно не мое дело, — начал он, как будто стесняясь собственных слов. — Но раз уж мы договорились о честности, могу я узнать, что тебя с Севером связывает?

— А что меня может связывать с ним? — спросила я, не поднимая от парты лица.

— Ну-у-у, — повел он плечом, — разное болтают.

— И ты поверил?

— Посуди сама. Ты уезжаешь неизвестно куда, потом возвращаешься как ни в чем ни бывало, при том, что я точно знаю в лечебнице тебя не было. Где ты находилась все это время?

Я нахмурилась.

— Паш, ну какая теперь разница?

— Ты была с ним?

— Нет. То есть да, то есть… — Пашка смотрел на меня так пристально, что казалось между глаз сейчас дыру прожжет. — Я была с Виктором.

— С Виктором, значит, — брезгливо произнес он, сделав упор на его имени.

Нагнувшись как можно ниже, я недовольно прошептала:

— У него дома. Я находилась у него дома.

Он вскинул руку, задев учебник, и тот с грохотом свалился на пол.

— Простите, — пискнула я, неловко улыбнувшись лектору, и полезла под стол.

— Ты могла отказаться, — наклонившись вниз, шикнул Пашка.

— Ага, а то он меня трижды спросил, — шепотом из-под парты проорала я в ответ. — У меня точно также как и у тебя вообще не было выбора!

— В каком смысле вообще? Он что, с тобой…

Я со всей силы стукнула его кулаком.

— Думай, что мелешь! Конечно же нет!

— Значит, все вранье?

— Ну разумеется!

Не сдержавшись, я еще ущипнула его за плечо, для верности.

— Ай, — дернулся Пашка.

— Чтобы не болтал зря!

— Ладно, прости, прости. Просто он меня бесит. И сильнее всего, потому что с самого твоего появления здесь, может поманить, когда ему вздумается, а ты бежишь. Тут же.

— Бежала, — поправила я. — К тому же, не по своей воле, — добавила, вдруг задумавшись. После всего случившегося между нами, я впервые задалась вопросом, а могла ли не подчиниться?

Или просто сама этого хотела?

Вслух же ответила:

— Я просто была ему должна.

— И он тебе совершенно не нравится?

Казалось, я покраснела до кончиков ушей.

— Совершенно...

Он нахмурился, все ещё не веря.

— Паш, да будь моя воля, я бы с ним никогда в жизни не связалась, ты же знаешь. Я делала это лишь потому что мне приходилось.

— Ладно, — успокоился он. — Просто эти сплетни добивают.

— Не тебя одного, — покачала я головой.

Прозвучал сигнал окончания пары.

— Идем?

— Идем, — улыбнулся он, подхватывая мой рюкзак следом.

После занятий, я провела одну из самых удачных тренировок за последние пару недель. Заслужила похвалу от тренера и, улыбаясь, поспешила домой. До встречи с Виктором оставалось три часа. Он еще не знал, что я все-таки сфотографировала его, пока он вчера зевал, чтобы поставить на заставку смартфона. Я улыбнулась, представляя, как этим «выбешу» его сегодня.

Но стоило открыть дверь, сразу поняла, что-то не так.

Потому что впервые за семь дней конверта не было.

Глава 45. Я без тебя не справлюсь

Северов не появлялся.

Карточки от него тоже.

То и дело я ненароком бросала взгляд на экран телефона, несмотря на то, что он ни разу мне не писал и не звонил. Но ведь для него не составит труда узнать номер, ведь так?

Сначала я убедила себя, что он просто занят. Выпускной год. Диплом. Может, руководитель проекта одолел, и нужно до завтра закончить сто страниц исследовательской части. Или отец вынудил идти на очередную скучную встречу. Но прошел день, а порог моей комнаты так и оставался пуст.

Я дважды выходила наружу, проверить, не сбился ли коврик, может он не давал письму попасть внутрь, но серый плетеный мерзавец лежал на месте. Глядел на меня своим мерзким «Добро пожаловать» и тихо смеялся.

Так прошел еще день.

Я ходила на пары, готовилась к зимней сессии. Севера видела лишь однажды и издалека. Сначала хотела его окликнуть, подбежать и спросить, как все прошло с советом директоров, но натолкнулась на взгляд холодный, как январское небо. И только когда Макс вдруг пошутил на лекции «Да ладно, Лапуль, ты больше не обязана со мной общаться» поняла, он слышал наш с Пашкой разговор.

А значит, Север знает…

Я шла по коридору, обнимая себя руками. В старом каменном здании всегда было холодно. Открыв шкафчик, убрала туда книги, и вдруг замерла, осознав, меня никто не донимал больше. Не шипел в спину «шлюха», не оставлял гадких посланий, не шептался за углами и не замолкал, стоило мне войти в комнату. Я даже не заметила, куда исчезла орда ненавистниц. За одну неделю все закончилось.

И наша дружба тоже.

Мне хотелось извиниться. Только я не представляла, как.

Один раз даже попыталась найти его, но не смогла. Или он не захотел, чтобы его находили.

Он посчитал, что я общалась с ним лишь потому, что была вынуждена. И дал мне свободу. Которая теперь мне была совершенно не нужна.

Я продолжала глупо надеяться, что Север вызовет на разговор. Но дни шли, а ничего не менялось…

— С тебя тысяча рублей, — заявила Старостина, усаживаясь рядом со мной за парту. — Собираемся в двести двадцатой комнате. У них на три кровати она, а значит, места больше. — Эй, ты меня слышала?

— В этот раз без меня, поеду на праздники домой, — ответила я, укладывая подбородок на собственные руки.

— Солнце, ну кто на Новый год уезжает в деревню вместо того, чтобы веселиться с друзьями?

— Я.

Леся нахмурилась.

— Только тридцать первое, Диан, а потом поезжай домой хоть на все каникулы, — принялась упрашивать она. — Ну как я без тебя? Да там и поговорить толком не с кем.

Она смотрела так умоляюще, что я просто