Ущербная для Темных Драконов, или выжить в Академии Магии - Дианелла Кавейк

кстати. Видеть, как ты озаряешь подземелье магией — было захватывающе.

Я фыркнула. Но губы все равно дрогнули в улыбке.

— Все остальные схвачены и посажены за решетку, — сообщил Дэриан, устраиваясь в кресле. — Кроме несовершеннолетних. Они будут под присмотром в пансионе.

— Все же… — он бросил взгляд на меня. — Пускай и под гнетом матери, но они совершали жестокие преступления. С ними надо поработать. А потом — решать, стоит ли выпускать на свободу.

— А почему я отключилась? — спросила я, нахмурившись.

Потому что, будем честны, по ощущениям я была в порядке. Магия — бурлит. Голова — ясная. Даже синяков особо не чувствовалось, а для девушки, которая недавно сбила с ног короля, — это уже победа. Только вот момент с потерей сознания остался... слегка мутным.

Рэйрн и Дэриан переглянулись. Как двое заговорщиков.

— Это… из-за нервов, — начал Дэриан и отвел взгляд. — Ну и, возможно, магическое истощение… и…

Он замялся.

— И?.. — уточнила я, прищурившись. — Не тяни, у меня после всей этой эпопеи с похищением терпения хватит ровно на полсекунды.

— И из-за того, что ты беременна, — спокойно закончил Рэйрн.

Глава 86. Эпилог

Я моргнула.

Потом снова. На всякий случай.

— Что?

— Ты беременна, — повторил герцог.

— Я… — открыла рот. Закрыла. Открыла снова. — Простите, что?!

— Не кричи, — осторожно сказал Дэриан, — тебе нельзя нервничать.

— Мне нельзя нервничать?! — я уже сидела на кровати, распахнув глаза, как сова на кофеине. — А кто, позвольте узнать, сообщил мне об этом вот так?!

— Ты задала вопрос, мы ответили, — пожал плечами Рэйрн. — И мы… оба рады, что ты беременна.

— А кто… — я сглотнула, и этот глупый, нелепый, но абсолютно необходимый вопрос вылетел сам. — Кто отец?

— У тебя… — начал Рэйрн.

— …двойная метка, — подхватил Дэриан.

— Так что по всем магическим законам… — продолжил герцог.

— …детей — тоже двое, — закончил принц.

***

Беременность — это, конечно, не пытка.

Но иногда я сомневалась. Особенно на девятом месяце. Особенно когда двойня. Особенно когда каждый из будущих наследников считал своим долгом бодро толкнуть меня под ребро, проверить, не забыла ли мама, кто тут главный.

— Не забыла, зайчики, — шептала я животу, — мама у вас все еще главная. Даже если в этом положении похожа на кентавра в декрете.

А ведь еще недавно я отбивалась от похищений, переживала магические метки, разбиралась с родословной, и, между прочим, меняла душу тела.

Ну, так, по мелочи. А теперь… теперь я жила. Училась. Ожидала. И ждала самого важного события в своей жизни. В нашей жизни.

Всех врагов — наказали. Всех. Даже тех, кто особо не отсвечивал, но шептал гадости в коридоре.

Вивьен — в изгнании. Король — в темнице. Его маг в капюшоне — выдран за уши Советом и приговорен к бессрочному одиночеству. Скучать никто не обещал.

А вот с Лерианной… не вышло.

Связаться не удалось. Но однажды утром, когда я сидела за чаем и перебирала имена для детей, из портала выпало письмо. Магическое. Запечатанное знаком света. Пахло акацией и отголосками другого мира.

«Спасибо, что выжила, — писала она. — Спасибо, что не сдалась. У меня тут… много всего. Но знай: ты справилась. И если сможешь — постарайся подружиться с отцом. Мне это никогда не удавалось. Но ты — сможешь».

Она больше не вышла на связь. И я не злилась. Не обижалась. Не тосковала. Просто… приняла. Потому что у нее была своя жизнь. А у меня — уже моя.

Я ей была благодарна за то, что со мной произошло. А она мне за то, что смог начать жизнь заново и, скорее всего, в новом теле. Прямо как я.

С отцом мы действительно подружились. Вот прям по-настоящему. Папа, наконец, увидел во мне не угрозу семейной репутации, не наследницу, от которой болит голова, а… дочку.

Сильную. Умную. Беременную. И, судя по его взгляду, крайне нуждающуюся в компоте и одеяле.

Он Вивьен больше не навещал. Ни разу. Но с детьми — пытался наладить отношения. Все же воспитывал их много лет. И пусть они не были ему родными по крови, но в сердце — остались. Несмотря на все то, что они делали для меня. Дети ж не виноваты в том, что мама их настраивала против меня.

Старшие братья быстро пошли на контакт. Даже слишком. Арнес пытался построить из себя охранника: «Пока ты с пузом, я буду следить за входом в Академию, чтобы никто не приставал».

Дерек просто стал… мягче. Не сюсюкал, не бегал, но всегда интересовался: как ты, Лери?

Шерил удивила больше всех — подошла, обняла. Без слов. Без лжи. Мы обе знали, сколько всего было между нами. И все равно… простили. А вот Молли…

Молли отвернулась. Не пришла. И отец не настаивал. Он просто тихо смотрел ей вслед, когда она проходила мимо. Без упреков. Без слов. Насильно мил не будешь. И в этом он стал… похож на меня.

А я? Я училась. Как ни странно — продолжала.

Конечно, без прыг-скоков и дуэлей. Индивидуальные занятия. Пара общих лекций. Магическая диагностика, зельеварение, элементы правового чаропорядка. Меня больше никто не задирал.

Сложно задирать студентку, у которой двойная метка, два влиятельных мужа и живот, разговаривающий локтями. Дети у меня активные и за маму надерут задницу, находясь в животике.

Бывшая ректора — та, что когда-то пыталась мне вставлять палки в колеса — исчезла из расписания. Да и с чего бы ей оставаться? Академии и так хватало меня одной.

Король — сидел. В тюрьме. Без регалий, без власти, без глупой ухмылки. Боялся, что Рэйрн захочет занять его трон. А Рэйрн… пожимал плечами.

Ему трон был неинтересен. Разве что пыль с него смахнуть. Зато Дэриан, с присущей ему наглостью, взялся за управление. Энергично. Я бы сказала — с размахом.

Иногда и герцог вмешивался, особенно если дело касалось законов магии или моей безопасности, но в целом — делами правил младший брат.

А меня тем временем… готовили к родам. Серьезно. Основательно. С участием трех лекарей, двух магов и одного преподавателя из кафедры биомагии, который регулярно приходил с блокнотом и священным выражением лица. Потому что двойня. Мальчики. Наследники. Меточные.

— Ты уверена, что хочешь