Вишенка на торте - Кристофер Дж. Брайс

я, может дрожать?

Я задерживаю дыхание и безмолвно молюсь, чтобы не рухнуть под его пристальным

взглядом. Когда его взгляд останавливается на безошибочном очертании моего твердого

члена, прижимающегося к штанам, они расширяются от удивления и голода.

«Да. Это мой пенис». Это почти непристойно, насколько он заметен, но я не могу

заставить себя смутиться. Не тогда, когда Эллиот хочет поглотить меня целиком. Мой

член подергивается под его горячим взглядом и извергает здоровую порцию спермы.

«Он такой...»

«Большой?» заканчиваю я за него. «Да. Мне рассказывали».

Он подходит ближе и проводит по нему рукой. «Можно?»

«Не знаю. А ты можешь?» отвечаю я.

Эллиот бросает на меня грязный взгляд, и я понимаю, что потом за это поплачусь.

« Можно мне?»

У меня пересохло во рту. Никто еще не прикасался ко мне интимно. Что я почувствую?

Как я отреагирую? Я сразу же наложу в штаны или смогу еще немного потерпеть? Потому

что, святые угодники, мне очень нужно перекусить.

«Да, пожалуйста».

Эллиот берет в руки мою эрекцию, и я стону. Его ловкие пальцы исследуют каждый дюйм

моего члена, от вытекающей головки и чувствительного местечка под стволом до того

места, где ствол соединяется с моими яйцами.

«Насколько он большой?»

Большинство парней склонны врать о своих размерах, чтобы произвести впечатление на

партнерш. Но я знаю, что Эллиот догадается, если я это сделаю. Поэтому, стиснув зубы, я

отвечаю ему честно. «Восемь с половиной дюймов».

Удивленный, Эллиот обхватывает мой член, и наши глаза встречаются. Я дергаю бедрами

в молчаливой мольбе о том, чтобы он использовал больше свои руки, больше своих

пальцев, больше всего.

Он хихикает, явно наслаждаясь тем, что контролирует мои реакции.

«Ты такой отзывчивый. Я едва прикоснулся к тебе, а ты уже течешь как из крана».

Раз уж я уже честно рассказал о своих размерах, то мог бы и о других вещах. «Я всегда

был таким. И всегда был стрелком».

Эллиот хмыкает, довольный. Он крепче сжимает меня и гладит через штаны длинными, медленными движениями. Ткань, теперь влажная и прилипшая к моему пениса, создает

наилучшее трение.

«Мне нужно больше», - почти хнычу я.

«Чего еще, Жерард? Мне нужно, чтобы ты сказал мне, чего ты хочешь. Используй свои

слова».

Я тяжело сглатываю, прежде чем пролепетать: «Прикоснись ко мне, Эллиот. Пожалуйста.

Я хочу чтобы твоя рука лежала на моем члене».

Сначала я боюсь, что он откажется. Но потом он стягивает мои брюки до лодыжек и

освобождает мой ноющий член. Он выскакивает, ударяется о мой живот и оставляет на

майке пятно спермы.

Эллиот смотрит в благоговейном ужасе. «Твою мать. Жерард, ты такой огромный».

Я прихорашиваюсь. Я парень, подайте на меня в суд. Его пальцы обхватывают мой голый

член, и я становлюсь пушинкой в его руках. Я думал, что знаю, как мастурбировать, но, боже мой, то, что делает Эллиот заставляет меня усомниться во всем.

Он выкручивает запястье при каждом движении вверх, и я издаю странное бульканье. Его

большой палец проводит по чувствительной головке, и у меня подгибаются пальцы. Его

пальцы запутались в густых зарослях лобка, и это щекочет, только усиливая удовольствие.

Все, что Эллиот делает со мной, - это абсолютный рай. Я не хочу, чтобы это закончилось.

Я хочу, чтобы он продолжал гладить меня до самой смерти. И все же, слишком скоро, знакомое уплотнение в моих яйцах дает о себе знать.

«У тебя огромные яйца, Жерард», - говорит он, сжимая их в своей маленькой руке, заставляя меня задыхаться.

Я опускаю взгляд и понимаю, что он прав. Я никогда не задумывался о их размерах. Они

всегда были просто там, рядом с моим пенисом.

«Эллиот, - шиплю я, ударяясь головой о дверь. «Я собираюсь...»

«Сделай это, Жерард. Кончи для меня».

Все мое тело напрягается, когда оргазм обрушивается на меня. Гортанный стон, который

звучит скорее по-звериному, чем по-человечески, вырывается из моего горла.

Наслаждение взрывается через каждое нервное окончание, сжигая меня изнутри, пока мой

член пульсирует в крепкой хватке Эллиота.

Эллиот удивленно ахает, когда вырывается первая густая, кремовая струйка и громко

брызгает на деревянный пол. Звук моей струи, падающей на пол, сопровождаемый

влажными звуками, которые издает рука Эллиота, работающая по моему члену, только

усиливает ощущения, будоражащие мое тело.

Струя за струей окрашивает пол в белый цвет, пока мой оргазм длится вечность. Мой член

пульсирует, болезненно гиперчувствительный, но все еще твердый, пока Эллиот

направляет меня, преодолевая толчки.

Я хнычу и содрогаюсь, разрываясь между тем, чтобы отстраниться и вжаться еще больше

погружаясь в его объятия. Это слишком много и недостаточно одновременно.

Вскоре мои ноги становятся как желе, и я с трудом пытаюсь успокоить дыхание. «Вау, Эллиот. Это было... вау».

«Да», - выдыхает он с диким выражением на лице. Я слышал, как Дрю однажды

использовал это слово, и я думаю, что оно подходит для этого случая - разврат.

Я опускаю взгляд на свои ноги и вижу щедрую лужу спермы между ними. Моя

сегодняшняя порция впечатлительная даже по моим меркам.

Но вид Эллиота, слизывающего излишки со своих пальцев, заставляет меня стонать и

закатывать глаза. Я опускаюсь на пол, полностью обессиленный. «Эллиот, ты меня

доконаешь».

Эллиот ухмыляется, очень довольный собой. «Но какой способ уйти, правда?»

____________

Я ДОЛЖЕН СЛУШАТЬ СВОЕГО ПРОФЕССОРА, НО Я НЕ МОГУ

СОСРЕДОТОЧИТЬСЯ. Этим утром Эллиот разбудил меня мастурбацией, и теперь я не

думаю, что смогу проснуться по-другому.

Несмотря на то, что мне нравится то, чем мы занимаемся с Хэллоуина, я не хочу, чтобы

наши отношения определялись только работой руками. Я хочу большего с Эллиотом. Я

хочу пригласить его на свидание и показать, как сильно он мне нравится. Я хочу

держаться за руки, когда мы идем по кампусу, не заботясь о том, кто это заметит. Я хочу

привезти его в Лосиную долину на День благодарения, чтобы он познакомился с моими

родителями и Лили.

Я хочу, чтобы он стал моим парнем.

Да, я сказал это - парнем. Это слово волнует и пугает меня. У меня никогда не было парня, только мальчики-друзья. Это большой шаг, но я готов. Я хочу пройти те этапы отношений

с Эллиотом, которыми, как я видел, наслаждаются другие. Первое свидание, первый

поцелуй -