Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

преступление совершено кем-то другим. Знал ли этот другой о ссоре, которая только что произошла? Может быть, ссора и на самом деле ускорила убийство? Вы меня понимаете? Кто-то задумал избавиться от капитана Тревильяна и хватается за эту возможность, рассчитывая, что подозрение обязательно падет на молодого человека.

Эмили посмотрела на события под этим углом зрения.

— В таком случае… — медленно начала она.

Мистер Рикрофт закончил за нее фразу.

— В таком случае, — живо сказал он, — убийца должен быть обязательно тесно связан с капитаном Тревильяном. Он должен проживать в Экземптоне. По всей вероятности, он должен был быть в доме либо во время ссоры, либо сразу после нее. И так как мы не в зале суда и можем свободно называть имена, имя слуги Эванса возникает перед нами как имя человека, отвечающего нашим условиям. Человека, который, вероятно, мог быть в доме, слышать ссору и ухватиться за представившуюся возможность. Наша следующая задача — узнать, выигрывает ли что-либо Эванс от смерти своего хозяина.

— По-моему, он получает кое-что по завещанию, — сказала Эмили.

— Это и может и не может быть достаточным мотивом. Нам придется выяснить, была ли у Эванса острая необходимость в деньгах. Нам следует также учесть и миссис Эванс. Я слышал, что недавно появилась миссис Эванс. Если бы вы, мисс Трефусис, изучали криминологию, вам был бы известен странный эффект браков между кровными родственниками, особенно в сельской местности. В Бродмуре[311] есть по меньшей мере четыре молодые женщины с приятными манерами, но обладающие одной странностью характера — жизнь человека для них почти ничего не значит. Нет, нам нельзя не учитывать миссис Эванс.

— А что вы думаете, мистер Рикрофт, по поводу этой истории со столоверчением?

— Да-а, удивительная история. Чрезвычайно удивительная. Признаюсь, мисс Трефусис, я просто потрясен ею. А ведь я — возможно, вы уже слышали об этом, — я допускаю существование таинственных проявлений психики. До некоторой степени я верю и в спиритизм. Я уже написал подробный отчет и послал его в Общество психических исследований. Вполне достоверный и поразительнейший случай. Присутствует пять человек, и никому из них и в голову не могло прийти, что капитан Тревильян убит.

— А вы не думаете, что?.. — И Эмили запнулась. Не так-то легко было сказать ему, что, возможно, кто-то из этих пятерых причастен к преступлению, заранее знал о нем: ведь мистер Рикрофт сам был в числе их. И не то чтобы она заподозрила, что мистер Рикрофт каким-либо образом связан с трагедией, нет, просто она почувствовала, что прямо сказать об этом было бы не совсем тактично. И она избрала окольный путь: — Все это меня очень заинтересовало, мистер Рикрофт, это действительно, как вы сказали, поразительное явление. А вы не думаете, что кто-то из присутствовавших, исключая, конечно, вас, был своего рода медиумом?

— Моя милая юная леди, я-то уж не медиум[312]. Я не обладаю для этого необходимой силой. Я всего лишь заинтересованный наблюдатель.

— А как насчет этого мистера Гарфилда?

— Неплохой малый, — сказал мистер Рикрофт. — Но не представляет собой ничего особенного.

— Хорошо обеспечен, наверное? — осведомилась Эмили.

— Мне кажется, полностью разорен, — сказал мистер Рикрофт. — Надеюсь, я правильно применяю это выражение. Приезжает сюда вытанцовывать перед своей тетей, на которую, как я выражаюсь, возлагает большие надежды. Мисс Персехаус — весьма проницательная леди и, видимо, понимает, чему обязана таким вниманием. А поскольку ей присущ особый сардонический юмор, она и заставляет его плясать под свою дудку.

— Мне бы хотелось познакомиться с ней.

— Да, вам придется познакомиться с ней. Она, несомненно, пожелает встретиться с вами. Увы, любопытство, дорогая мисс Трефусис, любопытство!

— Расскажите мне об этих дамах Уиллет, — попросила Эмили.

— Очарование, — сказал мистер Рикрофт. — Совершенное очарование. Разумеется, колониальное. Нет должной уравновешенности, надеюсь, вы меня понимаете. Несколько чрезмерно и их гостеприимство, всякие потуги на роскошество. Ну а мисс Виолетта — очаровательная девушка.

— Странно. Поселиться в таком месте на зиму… — сказала Эмили.

— Да, есть в этом что-то необычное. Но, с другой стороны, это даже логично. Мы, живущие здесь, часто тоскуем по солнцу, жаркому климату, нас манят качающиеся ветви пальм. Так и живущих в Австралии или в Южной Африке влечет наше старомодное Рождество со снегом и морозами.

«Интересно, — подумала про себя Эмили, — которая же из них сказала ему это?» Она-то считала, что нет никакой необходимости хоронить себя в деревне среди болот, для того чтобы встретить старомодное Рождество со снегом и морозами. Несомненно, мистер Рикрофт не видит ничего подозрительного в выборе дамами такого зимнего курорта. «Однако, — продолжала размышлять она, — это вполне естественно для орнитолога, занимающегося еще к тому же криминологией. По-видимому, Ситтафорд — идеальное место для мистера Рикрофта, и он не может и допустить, что оно для кого-нибудь может быть неподходящим».

Они медленно спустились по склону холма и шли уже по дороге.

— Кто живет в этом коттедже? — вдруг спросила Эмили.

— Капитан Вайатт. Инвалид. Боюсь, не слишком общителен.

— Он был приятелем капитана Тревильяна?

— Во всяком случае, не близким другом. Тревильян просто время от времени наносил ему визиты. Да Вайатт и не очень-то привечает посетителей. Угрюмый человек.

Эмили молчала. Надо было изыскать возможность посетить угрюмого капитана. Она не собиралась оставить без внимания чей-либо угол зрения.

Тут она вспомнила еще об одном участнике спиритического сеанса.

— А что вы скажете о мистере Дюке? — спросила она.

— О мистере Дюке?

— Ну да. Кто он такой?

— М-м-м… — замялся мистер Рикрофт. — Этого-то никто и не знает.

— Вот удивительно, — сказала Эмили.

— Собственно, в сущности, это не так, — сказал мистер Рикрофт. — Видите ли, Дюк вовсе не какая-нибудь загадочная личность. Я бы сказал, загадка только его социальное происхождение. Не поймите меня превратно. Вообще-то он исключительно хороший человек, — поспешил добавить он.

Эмили молчала.

— А вот и мой коттедж, — сказал мистер Рикрофт и после некоторой паузы предложил: — Не окажете ли честь зайти, засвидетельствовать?

Они поднялись по тропинке и зашли в дом. Интерьер был необыкновенен: все стены заставлены книжными полками. Эмили переходила от одной к другой, с любопытством читая названия книг. Тут были и оккультные науки, и новейшая детективная литература, но более всего трудов по криминологии и описаний всемирно известных судебных процессов. Книги по орнитологии занимали сравнительно небольшое место.

— Все это восхитительно, — сказала Эмили, — но мне пора возвращаться. Наверное, мистер Эндерби уже поднялся и ждет меня. Собственно, я еще и не завтракала. Мы договорились с миссис Куртис на половину десятого, а сейчас почти десять. Я страшно опаздываю, и все из-за того, что с вами