Пост-Москва - Олег Петухов

— Эй, ты! — он показывает на гаста стволом автомата. — Телефон есть?

Тот быстро-быстро кивает головой.

— Покажи.

Гаст вытаскивает из кармана сотовый и показывает.

Старший говорит в трубку:

— Телефон у него есть.

— Телефон отобрать и вместе с гастом срочно доставить в штаб. Срочно! Как поняли?

— Есть доставить в штаб!

Он отключается и говорит своим бойцам:

— Мне приказано притащить это уебище в штаб. Продолжайте зачистку без меня.

Зондер-команда бесшумно скрывается в предрассветных сумерках. Старший подходит к гасту и отбирает телефон. Потом сильно бьет пленного в солнечное сплетение. Ему меньше всего нужно, чтобы у того оставалась даже малейшая надежда на сопротивление.

Фидель с Ксенией входят в центр управления, их встречают аплодисментами. Ксения исполняет книксен, Фидель неожиданно для самого себя краснеет — ему казалось, что он давным-давно разучился это делать. Ведьмочка по очереди обнимается с каждым. Все ее поздравляют со вторым рождением.

— Присоединяюсь, — говорит Фидель. — А крестным у нее был Николай. Но, народ, нам нужно чего-нибудь пожрать, вам не кажется?

Утенок-Николай говорит, что видел продуктовый магазин недалеко от квартиры Офелии.

— Гастерский наверняка, — замечает Брэд.

— Нам сейчас любой сойдет, — отвечает Николай. — И воскресшая нуждается в еде! Вы понимаете, что такое еда?

— Я уже с трудом, — неожиданно подает голос Кузя. — И трава давно закончилась…

— Проблемы индейцев шерифа не волнуют, — отвечает Фидель. — Но еды добыть надо. Пусть Уте… Николай с Иваном сгоняют за бухлом. То есть, я хотел сказать, за жратвой. Бухло вы, вроде бы, уже привезли. И самое время отметить выписку нашей именинницы!

— Ну вот, а я за рулем, мне нельзя, — деланно огорчается Иван.

— Сегодня нам всем можно все, — успокаивает его Фидель. — В рамках разумного революционного насилия.

— Какой папочка умный у тебя, — говорит Ксения Даше, хлопая ресницами. Тушь делает их огромными, как крылья ночной бабочки.

— Фидель, я проебал свою кредитку, не одолжишь? — Николай пожимает плечами, извиняясь.

— Зачем тебе кредитка, сынок? — не понимает его Фидель.

— Ну, на что мы еды-то купим. И бухла.

— Кстати, о бухле, — Фиделя осеняет. — Что это мы не наливаем?

Утенок приносит мензурки, они разливают водку, чокаются и выпивают за здоровье новорожденной.

— Эх, хорошо пошла без закуски! — выдыхает Ксения. — Но жрать охота — пиздец.

Фидель берет калаш, передергивает затвор, ставит на предохранитель и протягивает Утенку:

— Сегодня у нас Революция, Коля. На тебе твою кредитку. А на словах скажи, что Фидель за все заплатит.

Ситуация в городе застыла в неустойчивом, почти патовом положении. Из некоторых районов происходит массовый исход жителей, а их места занимают сплоченные и хорошо организованные банды гастов. Другие, напротив, успешно зачищают зондер-команды, устанавливая на своей территории относительный порядок. Главные опорные пункты отрядов гражданской самообороны разблокированы, но не более того. Миротворцы под знаком смакдональдсовской «М» успешно отбили атака на рестораны, кроме трех или четырех, сожженных еще вечером. Полицейские и федералы заняли позицию вооруженного нейтралитета, заняв глухую оборону в отделениях полиции и на блок-постах. Что происходит в Кремле — неясно. Президент молчит, Высший Совет собрался на бессрочное заседание, но никак не может выработать согласованное решение.

Утро приходит в город, где, кажется, каждый саниметр тротуаров, улиц и площадей находится под прицелом. Стены домов испещрены следами от пуль и осколков. Тут и там мусоровозы проезжают по улицам, собирая трупы гастов. Людей увозят машины скорой помощи, но многих, очень многих, везут прямо в морг.

Тут и там на стенах и заборах появилось граффити — символ Революции — косой крест, в центр которого вписана спираль. Естественно, улитки тут совершенно не при чем. Спираль — это же символ бесконечного развития, не правда ли? И крест — пока что! — не стал свастикой, хотя кто может быть против солярного знака и одного из известнейших христианских символов?

Восходит солнце и утренний прохладный воздух пропитан запахом Революции, он бодрящ и свеж, как слово правды, брошенное в затхлый смрад лжи и лицемерия недрогнувшей рукой героя.

Глава 16

Перед зданием лаборатории стала собираться толпа гастов. Они стояли и чего-то ждали. Фиделю показалось, что выглядели они как-то потерянно.

— Господа, у нас осталось одно нерешенное дело, — он показал на дисплей с толпой, достигшей к тому времени внушительного размера — не меньше нескольких тысяч гастов. — Времени разбираться с ними у нас просто нет. Поэтому…

Он задумался. Потом, как бы споря с собой, сказал вслух:

— Другого пути я не вижу. Ваня, идешь со мной. Ксения, ты останешься, я не могу тобой рисковать.

— Нет, Фидель, я иду с тобой.

Фидель пожал плечами, соглашаясь.

Они вышли на площадь. Иван сел в бронемашину. Его задача была прикрывать остальных, если что-то пойдет не так. Фидель залез на нее и обратился к толпе с речью.

— Во имя милостивого и милосердного. Вот я говорю вам, что вы будете, как люди. Откуда человек пришел, туда он и уйдет. Круг замкнется, но дела ваши будут свидетельствовать за вас. Я говорил пророку, и он исполнил свое назначение, и теперь все вы не будете, как глухие, но будете слышать. Я не говорю вам, что вы люди, но вы будете, как люди. Терпите вашу участь на земле, пока есть время показать терпение, потом время кончится, недолго осталось ждать, придет беспощадная и сожжет вас к хуям огнем и обратит в пепел. Это мой первый ангел для вас, ангел огня и монстров. Но вы соблюдайте мои слова, но не пытайтесь их понять. Так сможете стать человеками, и каждый из вас будет, как человек. И так не прервется счет поколениям. Я уйду сейчас, чтобы свергнуть власть своего врага, но вскоре вернусь, не замедлив, и покажу вам дорогу в землю, где солнце никогда не заходит, и где текут в реках вино и молоко. И если есть кто из вас не верящий мне, пусть выйдет и покажет свое лицо.

Из толпы вышло несколько человек, остальные зароптали.

Фидель дал знак рукой Ведьмочке. Все произошло так быстро, как будто маленький смерч пронесся по площади. Гасты, вышедшие из рядов, не верящие в нового мессию, лежали на земле, буквально разобранные на органы.

— Это второй мой ангел, — обратился Фидель к толпе. — Это ангел наказания за непослушание. Итак, запомните мои слова и передайте другим. Я не Милостивый, но я пришел во имя него. А теперь я говорю вам наберитесь терпения и ждите.