Список жертв - Джулия Гарвуд

— Я пытаюсь помочь.

— Да я разве против… Если Гил не будет возражать…

— Есть что-нибудь новое на Риган?

— С того момента как сегодня утром ты уже задавал мне этот вопрос, ровным счетом ничего не изменилось. Единственные люди, имеющие к ней претензии, — получатели грантов, которым отказали в возобновлении выплат. Мы нашли в списке пару психов — ну, вроде тех, что считают себя великими изобретателями, но они прошли проверку. То есть они, конечно, психи, но с нашим делом никак не связаны. Мы по-прежнему занимаемся Питером Моррисом. Да, кстати, подружек ее мы тоже проверили. Думаю, ты уже выяснил, кто такая Софи Роуз?

— Спасибо, что вовремя поставил меня в известность, — саркастически заметил Алек.

— Я чуть со стула не свалился, когда узнал, — хмыкнул Джон. — Самое удивительное, что это ничего не значит для Риган и ее братьев. Они считают, что грехи отца не имеют отношения к дочери.

— Наверное, так и должно быть.

— Так что Бобби Роуз тоже отпадает — уж мы проверяли, проверяли… Стой, мне тут звонят. — И Уинкотт отключился.

Алек убрал телефон и продолжал наблюдать за гостями.

Эйден присоединился к брату и сестре и что-то говорил, но слушала его только Корди. Причем она не просто слушала — она внимала. Риган, напротив, хмурилась. В какой-то момент она покачала головой, повернулась и пошла к своему столику. По дороге с ней пытались заговорить несколько человек, она каждого одарила улыбкой, но не остановилась.

Алек отодвинул стул, но Риган продолжала стоять, глядя в сторону дверей.

Корди вернулась следом за подругой, улыбкой поблагодарила Алека, который отодвинул ей стул, положила на колени салфетку и спросила:

— Что там такое? — Бросив взгляд в ту сторону, куда смотрела Риган, она пробормотала: — Ах, понятно.

— Что понятно? — живо спросил Алек.

— Папик и его киска, — пояснила Корди.

Бьюкенен промолчал, но, наблюдая за гостями, он внимательно посматривал на живописную парочку. Лицо Эмерсона порядком раскраснелось, должно быть, от выпитого. Синди то и дело поправляла волосы и бретельки предельно откровенного платья. «Забавная парочка, — подумал Алек. — Интересно, что Уинкотт о них разузнал?»

Софи и Джефф вернулись к столу, и Софи также одарила Эмерсона и Синди долгим взглядом. Потом повернулась к Риган и промурлыкала:

— Я смотрю, сегодня все семейство в сборе. Как это мило!

— Не то слово.

— Уокера не хватает, — сказала Корди.

— Не важно, я просто хотела сказать что-нибудь саркастическое, — пояснила Софи. Она заставила всех сесть за стол, а потом заявила: — Эйден не имел права приглашать Эмерсона. Он прекрасно знает, что Риган его терпеть не может. Он поступил непорядочно по отношению к родной сестре. Я ему так и сказала!

— Откуда ты знаешь, что это именно он пригласил Эмерсона? — Корди немедленно бросилась защищать Эйдена.

— А вот и знаю! — торжествующе воскликнула подруга и, прежде чем Корди успела возразить, добавила: — Он сам признался.

— И что он сказал, когда ты назвала его непорядочным? — поинтересовалась Корди.

— Сказал, что это дешевле, чем оспаривать его иск в суде. А потом велел мне хорошенько поразвлечься сегодня. Вообще он обращается со мной так, словно мне все еще десять лет!

В это время подоспел официант с первой переменой блюд, и разговор перешел на более нейтральные темы. Риган была рада поговорить о пустяках. Джефф развлекал публику рассказами о теннисном турнире, в котором он имел неосторожность принять участие. Все смеялись, и Риган тоже, изо всех сил делая вид, что ей ужасно интересно. Есть она не могла: появление Эмерсона напрочь отбило аппетит. Она просто ковыряла вилкой в тарелке. Но никто, похоже, не замечал этого.

По завершении обеда, но до начала танцевальной программы на сцену вышел Дэниел О'Доннел. Он слегка поклонился и постучал по микрофону, чтобы привлечь внимание присутствующих.

— Ой, надеюсь, сегодня будет не очень много скучных речей, — сказала Корди.

— Всего одна, — отозвалась Риган.

— Учитывая, что мы платим по тысяче долларов за право присутствовать на этом вечере, со стороны организаторов нечестно мучить нас чересчур долго, — сказала Софи.

— Тсс. — Корди поднесла палец к губам. — Люди услышат.

Администратор поприветствовал собравшихся и поблагодарил их за участие в благотворительном вечере, а затем представил Риган.

— Ах вот как! — засмеялась Софи.

— Не затягивай речь, подружка, — напутствовала ее Корди.

— Да уж поняла, что зануду вы можете и помидорами забросать, — отозвалась Риган.

Она намеренно оставила карточки с речью в сумочке, а сумочку — на стуле. Алек поднялся вместе с Риган, но не пошел за ней. Он остался на месте, внимательно наблюдая за гостями. И даже менее внимательный человек, чем детектив Бьюкенен, заметил бы, что все до одного мужчины провожали взглядами Риган, когда она шла к сцене.

Ее речь была короткой, но уже с первых фраз девушке удалось в полной мере овладеть вниманием публики. Она подчеркнула, что больница расположена в месте, где сходятся несколько жилых кварталов, поэтому ее нужно расширять и требуются деньги на ремонт и установку дополнительных коек.

— Именно поэтому мы сегодня здесь собрались.

Алек с удивлением слушал, как Риган объясняет собравшимся в зале весьма небедным людям, почему им необходимо сегодня вечером расстаться с частью своих денег. Все слушали ее внимательно, и к тому моменту как решительный и страстный голос Риган умолк, Алек почувствовал готовность расстаться с большей частью своих накоплений. Она просто находка для любого фонда, думал он. Прежде он не имел возможности оценить таланты Риган на поприще сбора средств и теперь понял, что она великолепна и в этом качестве. Просто наваждение какое-то — с каждым днем эта женщина все больше привлекает его, являя новые грани своей личности.

Речь Риган Мэдисон гости вознаградили овацией; люди вставали, приветствуя такую хрупкую, но удивительно решительную девушку. Как только она шагнула со сцены, толпа окружила ее. Алек, которому это весьма не понравилось, быстро оказался рядом, обнял Риган и поставил ее так, чтобы ее лопатки упирались ему в грудь. Через пару минут он заметил Эмерсона, который пробирался к ним. В руке тот держал бокал, а на лице его застыло злобно-вызывающее выражение.

— Давай-ка потанцуем, — сказал Алек.

— Но музыки еще нет.

— Я могу что-нибудь напеть.

Он крепче прижал к себе Риган — она почувствовала себя чем-то вроде футбольного трофея — и легко проложил путь к танцполу. Как только они ступили на площадку, зазвучала музыка, и Алек вздохнул с облегчением.