Список жертв - Джулия Гарвуд

— У моей истории был счастливый конец, — напомнила Софи.

— Я плакса, — смущенно прошептала Риган, промокая глаза салфеткой.

— Так ее и звали в школе, — сообщила Софи Алеку.

— А я опять плакала, когда услышала это прозвище. Но то было давно. Я переросла свой недостаток. Ну, почти.

— Ой, да по тебе все всегда видно: что ты думаешь и что чувствуешь, — отмахнулась Софи.

Алек подумал, что это святая правда, и это качество Риган Мэдисон представлялось ему совершенно восхитительным. Оно отличало ее от всех женщин, с которыми он встречался прежде. Бьюкенену казалось, что невозможно заскучать, даже если просто сидеть рядом и наблюдать, как меняется выражение лица Риган. Да уж, ей нельзя садиться играть в карты, думал он. И что еще казалось ему невероятным в девушке из богатой и знатной семьи — абсолютное отсутствие эгоизма и эгоцентричности. И преданность друзьям. «Это качество нравится мне больше всего, — сказал себе Алек. — Впрочем, кого я обманываю? У нее лицо, которое сделало бы честь любой журнальной обложке, и совершенное тело, и глупо притворяться, что это ничего для меня не значит». Каждый раз, как взгляд его падал на губы Риган или нежную кожу точеной шейки, Алек вынужден был усилием воли возвращать себя к реальности и повторять: «Я на работе, это служба… черт бы ее, эту службу, побрал».

Софи извинилась и отправилась на поиски своего кавалера. Алек сел и в очередной раз отказался от вина, которое с завидной регулярностью предлагали официанты. Он задумчиво взглянул на бокал Риган. Девушка пила перье.

— Как эта шипучка на вкус? — спросил он.

Вместо ответа она протянула ему бокал. Алек осушил его одним глотком и поставил на стол. Риган рассмеялась.

— Предполагалось, что ты отопьешь глоток.

— Я никогда не отпиваю. Если уж я собираюсь что-то выпить, так нет смысла тянуть и отпивать. Кстати, это вполне можно считать моим кредо. Отражает жизненную философию.

— Не отпивать, но пить? — Риган улыбалась. — Должно быть, в колледже ты принадлежал к студенческому братству.

— Конечно. И в то время я съел немало картофельных чипсов. — Он помахал официанту, попросил еще два перье, потом сказал Риган: — Внимание, сесть по стойке «смирно»!

— Не поняла!

— Эйден уже здесь.

Риган обернулась и теперь наблюдала, как ее брат входит в зал. Он был без дамы и не заметил Риган, которую Алек запрятал едва ли не в самый дальний угол. Эйден Мэдисон шел к сцене, где его уже ждал Дэниел О'Доннел, администратор больницы «Паркдейл».

Софи тоже заметила Эйдена. Она поспешила ему навстречу, сказала что-то — к удивлению Алека, Эйден улыбнулся ей искренне, — приподнялась на цыпочки и поцеловала брата Риган в щеку.

В зале появился Спенсер. Рядом с ним шла Корди, что-то щебетала, и он улыбался ей. Риган ревниво разглядывала брата. Он выглядит вполне счастливым. Немного утомленный, но веселый. Должно быть, долгий перелет и разница часовых поясов скажутся позже.

— Мужчина рядом с Софи… — начала она.

— Это Спенсер.

— Ты угадал.

— Фамильное сходство, — сказал Алек. — Кроме того, Генри показывал мне фотографии вашей семьи. Ты вместе с братьями на открытии чего-то там. Генри сказал, что вставит снимок в рамочку и повесит на стену, потому что это чуть ли не единственная фотография, когда вы все вместе.

— Ты прав. Фактически мы собираемся вместе только в случае кризиса или… похорон.

Алек покачал головой, раздумывая над тем, что это довольно неудовлетворительные поводы для семейных сборищ.

— Пожалуй, мне нужно пойти поздороваться с братом, — сказала Риган.

— Ты забыла, что их здесь уже двое.

— Все я помню. Но я хочу поприветствовать только одного. Второй не в фаворе.

— Вот говорит настоящая сестра своих братьев!

Она встала, и палантин, на который Риган последние несколько минут не обращала должного внимания, соскользнул с плеч и упал на пол. Алек не помнил, как оказался на ногах. Ему не понравилось, как платье обрисовывает фигуру девушки. Нет, не так! Ему очень нравились и фигура, и платье — он просто не хотел, чтобы кто-то, кроме него, мог лицезреть это совершенство.

Бьюкенен уже собирался сказать, что палантин необходимо вернуть на место, но тут Риган повернулась — она стояла совсем близко — и подняла к нему лицо… Если бы он не твердил про себя: «Я на работе, на работе», — то не удержался бы… так близко оказались ее губы. Она прекрасна. И кто он такой, чтобы указывать ей, что носить и что нет? Попробуй он указать своей сестре, его сначала высмеяли бы, а потом устроили такое… мало бы не показалось, это точно.

«Но Риган мне не сестра. Она моя работа, мой объект… а это еще хуже».

— Алек, ты что-то сказал?

— Не выходи из зала, — проворчал он. — Я буду присматривать за тобой, но зал покидать не надо.

— Конечно.

Корди, Спенсер и Риган встретились посреди зала. Сестра и брат обнялись и поздоровались. Алек, внимательно наблюдая за сценой семейной идиллии и одновременно присматривая за окружающими Риган гостями, достал мобильник. Уинкотт ответил почти сразу, словно ждал звонка.

— Проверь-ка ты братьев. — Алек не стал тратить время на приветствия.

— Неужели бал такой скучный, что тебе больше нечем заняться?

— Я серьезно. Сделай это.

— Уже. Хоть это и не твоя забота и я не обязан тебе этого говорить. Ты не участвуешь в расследовании, помнишь?

Бьюкенен промолчал. Если лейтенант Льюис дознается, что они с Уинкоттом обсуждают расследование, он сможет навредить Джону. Алек уважал Уинкотта и не хотел ставить под угрозу его карьеру; так что крыть ему было нечем.

— Ну, у тебя что, свежие мысли появились? — спросил Джон.

— Я подумал, что парень может иметь претензии ко всему семейству. Тогда он вполне мог использовать Риган, чтобы заставить их собраться в Чикаго. Я знаю, что ты проверил семью, но попробуй копнуть глубже.

— Ладно, я посмотрю, что можно сделать.

— Слушай, я тут подумал… У тебя не хватает ни людей, ни времени — как всегда в нашей конторе. Давай я позвоню Гилу и попрошу его кое-что проверить.

— Ах вот как: ты не ведешь расследование, но собираешься раздавать поручения?

— Я пытаюсь помочь.

— Да я разве против… Если Гил не будет возражать…

— Есть что-нибудь новое на Риган?

— С того момента как сегодня утром ты уже задавал мне этот вопрос, ровным счетом ничего не изменилось. Единственные люди, имеющие к ней претензии, — получатели грантов, которым отказали в возобновлении выплат. Мы нашли в списке пару психов — ну, вроде тех, что считают себя великими изобретателями, но они прошли проверку. То есть они, конечно, психи, но с нашим делом никак не связаны. Мы по-прежнему занимаемся Питером Моррисом. Да, кстати, подружек ее мы тоже проверили. Думаю, ты уже выяснил, кто такая Софи Роуз?