Соблазнение - Лорейн Хит

его к себе, обнял за плечи и похлопал по спине, все, что он мог сделать, это сморгнуть слезы, внезапно обжегшие его глаза.

— Добро пожаловать обратно в семью, парень. И я приношу свои извинения, потому что не помню, чтобы я должным образом представился, когда мы встретились. Я был ошеломлен, увидев тебя, увидев себя в тебе. Я герцог Глэсфорд.

Его отец был чертовым герцогом. Означало ли это, что его наследство включало в себя герцогство? Господи, в его жилах текла благородная кровь.

Он узнал Мэйфейр, когда карета с герцогским гербом, в которой он ехал, въехала в этот район. С тех пор, как они с герцогом сели в экипаж, они не произнесли ни слова, как будто все эмоции, охватившие их при рукопожатии и объятиях, были просто слишком велики и грандиозны. Тем не менее, в тишине они оценивали друг друга. Ему казалось, что он движется во сне, состоящем из густой патоки, из-за которой каждое действие было медленным и трудным для навигации. В любой момент он мог проснуться и обнаружить, что все это было просто дурной и тщательно продуманной шуткой, жестоко разыгранной.

Затем карета свернула за угол и проехала через кованые железные ворота, и он выглянул в окно, чтобы увидеть огромное поместье, в котором он мечтал жить, когда был мальчиком, лежа в тесной постели со своими братьями. Такой дом, который он мог себе позволить, но он не хотел ходить по нему в одиночку. Теперь у него есть Тея.

— Ты должен знать, что носишь один из моих титулов, — тихо сказал его отец.

— Ты граф Тьюксбери.

Чертов граф. Чертов лорд. Что он знал о том, чтобы быть лордом?

— Это кажется нереальным.

— Еще какое-то время тебе будет так казаться. Мне самому трудно в это поверить. Мы искали тебя годами.

Каждый раз, когда герцог что-то рассказывал, его грудь сжималась все сильнее. Быть разыскиваемым до такой степени, что они искали его годами. Часть его хотела просто сказать "нет" всему этому, выпрыгнуть из кареты и вернуться к Тее. Он ушел, не поговорив с ней, ничего ей не сказав. Шок от всего этого, предположил он. Или, возможно, ему просто нужно было больше подтверждений того, что это правда, прежде чем он скажет ей. Какими словами он мог бы объяснить все это?

— Я полагаю, у тебя есть герцогское поместье.

— Да. Прекрасное место, но тамошний особняк делает этот похожим на кукольный домик.

Он не мог себе этого представить. Не заслужил этого, не был уверен, что хочет чего-то из этого. Титул, поместье, быть наследником герцогства. Разве он не должен был сделать что-то, чтобы быть достойным этого, кроме того, чтобы родиться и выжить?

Карета остановилась, и тут же появился лакей, чтобы открыть дверцу. Герцог с легкостью выпрыгнул из машины, и Зверь представил, как он скачет верхом и шагает по своим землям, поддерживая себя в форме. Он последовал за ним и поднялся по ступенькам. Снова открылась дверь. На этот раз дворецким, который слегка поклонился.

— Ваша светлость.

— Бентли, герцогиня в саду?

— Да, сэр.

— Сюда, парень.

Они прошли по длинному коридору, стены которого были увешаны портретами. Так много портретов, и Зверю казалось, что он видит себя во многих лицах. Он хотел остановиться и изучить каждого из них, узнать их имена и историю.

— Сколько герцогов было?

— Ты будешь девятым.

Он почувствовал это как удар под дых. Эти слова были сказаны без малейшего сомнения, просто с абсолютной убежденностью. И все же он не мог представить себя герцогом, лордом королевства. Человека, которого приветствовали и уважали просто из-за его рождения. Он провел всю свою жизнь, защищая свое незаконнорожденное происхождение — и теперь он был законнорожденным. Его кожа внезапно показалась слишком натянутой, как будто он больше не принадлежал ей, как будто он больше не знал, кто он такой.

Что не изменилось, так это его желание, его потребность защищать женщин.

— Сейчас слишком холодно, чтобы находиться на улице.

— Да, но для нее это не имеет ни малейшего значения. Она провела годы, не чувствуя солнца на своем лице или ветерка, треплющего ее волосы. В тот день, когда я женился на ней, мы провели ту ночь, лежа под звездами. Она приходит в дом, когда должна, но предпочла бы быть снаружи.

— Я даже не знаю ее имени.

Он подумал, что герцог, возможно, упоминал об этом раньше, но он не запомнил.

— Мара. Она была Стюарт, прежде чем стала Кэмпбелл.

Путешествие по дому было похоже на пробирание через норы в трущобах, где легко заблудиться, если не обращать внимания. Он прожил свою жизнь, обращая внимание на мельчайшие детали. Он мог бы вернуться к входу и дальше, если бы ему пришлось. Он никогда не считал себя трусом, но в тот момент его сердце колотилось так сильно, что он не удивился бы, узнав, что герцог его слышит.

Что эта женщина подумает о нем, о мужчине, которым он стал? Что он о ней подумает? Его мать, женщина, которая привела его в этот мир, а затем отдала его? Он всю жизнь верил, что она его не любила. Это было приспособление к осознанию того, что все, что он когда-то принимал за факт, было неправильным. Что она любила его так сильно, что честно пожертвовала собой ради него.

Наконец они вышли через дверной проем на террасу, и он был поражен тем, как ему вдруг стало холодно. Как неуместно, как…

Они остановились на краю черного мрамора, и именно тогда он увидел женщину, сидящую в кресле, кресле на колесиках.

— Они сломали ее тело, — сказал герцог, — но не ее дух. Она всегда была сильнее, чем кто-либо когда-либо думал о ней. Это только одна из причин, по которой я люблю ее.

Зверь едва осознавал тот факт, что он двигался вперед, к ней. Она оказалась моложе, чем он ожидал. За исключением широкой седой пряди, которая начиналась в центре лба и была убрана назад в пучок, ее волосы были черными. Но именно ее глаза, насыщенного оттенка какао, привлекли его. И ее радостная улыбка, от которой у него сжалось в груди.

Не находя слов, он опустился перед ней на колени.

Неожиданно теплой рукой она потянулась и погладила его по щеке.

— Посмотри на себя, мой дорогой мальчик, совсем взрослый. А меня не было рядом, чтобы увидеть, как ты превращаешься из ребенка в мужчину.

Положив свою руку поверх ее, он повернул свое лицо и запечатлел поцелуй на ее ладони.

— Я