Соблазнение - Лорейн Хит

осознавая, насколько напряженной она была. Боялась ли она встретиться с ними, узнать их мнение о ней? Если они не примут ее, он не сможет принять их. Ему нужно было проложить путь, чтобы ей не было трудно. Он также знал, что ничто из прошлого не имело бы значения, если бы его родители не принадлежали к аристократии. Возможно, больше всего на свете Тея стремилась заставить его понять именно это. Сейчас гораздо больше имело значение.

Он провел пальцами по ее обнаженному плечу.

— Я не знаю, как это сделать, Тея. Как быть лордом.

Она слегка улыбнулась ему.

— Во-первых, тебе придется стать намного более высокомерным.

Он ответил ей такой же улыбкой.

— Я все еще буду тебе нравиться, если я буду высокомерным?

— Я буду любить тебя любым.

Тем не менее, у него осталось отчетливое впечатление, что между ними что-то изменилось, и не обязательно к лучшему.

Глава 26

Сидя в библиотеке, налив себе шерри и слушая, как тикают каминные часы, Алтея взглянула на них и увидела, что с тех пор, как она смотрела в последний раз, прошла всего минута. Время приближалось к десяти, а Бенедикт еще не вернулся с тех пор, как ушел утром.

Возможно, он и не знал, как быть лордом, но определенно знал, как одеваться как лорд. Она не знала, где он приобрел такую красивую одежду — не вечерний костюм, который он надевал на Рождество, — но почти такие же шикарные пиджак, брюки и жилет. Возможно, то, что он надевал на встречи с торговцами или в любое время, когда представлял свой судоходный бизнес. Но он, безусловно, производил впечатление человека, чувствующего себя комфортно в собственной шкуре, человека, который знает, что он делает. Человек, на плечах которого могло бы надежно покоиться герцогство.

Она была уверена, что его родители были довольны его внешностью, знанием того, что их сын проявил такую уверенность. Адвокат не усомнился в его месте среди аристократии.

В то время как Алтея провела большую часть своего дня, задаваясь вопросом о своем месте в его жизни. Она поняла, кем она будет с Бенедиктом Тревлавом, что она принадлежит ему, будет его женой. Но какова была ее роль в жизни Бенедикта Кэмпбелла? Была ли у нее вообще роль на сцене, которая стала теперь его жизнью?

Она задавалась вопросом, проснется ли она когда-нибудь однажды утром с уверенностью, что все будет так же, как и накануне. Казалось, каждый раз, когда она начинала понимать, кто она такая, судьба смеялась над ее уверенностью, ставя на ее пути препятствие.

Пустой стул напротив нее заскрипел, когда его заняли.

— Я не думаю, что он задержится надолго, — тихо сказала Джуэл.

Она задавалась вопросом, проведет ли она когда-нибудь еще одну ночь с ним в этой библиотеке.

— Им нужно многое наверстать.

Он рассказал Джуэл о перемене обстоятельств, но еще не сказал Эстер и Лотти. Она не думала, что он рассказал об этом своей семье. Что почувствует миссис Тревлав после всех этих лет, видя его с парой, ответственной за его существование? Будет ли она счастлива за него? Или она почувствует оттенок грусти из-за того, что он больше не принадлежал ей полностью, что другие любили его, стремились сделать его счастливым?

— Я тут подумала, что мне нужно будет найти занятие, и я хотел бы арендовать здесь комнату.

— Он не оставит тебя, Алтея.

Возможно, он не хотел этого, но в конце концов ему придется принять реальность такой, какой она была — он больше не мог жениться на ней, они больше не принадлежали к одному миру, больше не… подходили друг другу так легко, как раньше.

— На горьких уроках я усвоила, что всегда разумно иметь наготове альтернативные планы на случай, если они понадобятся.

Джуэл кивнула, без сомнения, потому, что она также поняла преимущество наличия выбора.

— Если ты ищешь работу, ты могла бы помочь мне управлять пансионом. Твое присутствие придало бы ему немного лоска, и, возможно, у нас были бы более приличные обитатели.

— Это очень любезно с твоей стороны, но я не нуждаюсь в благотворительности.

— Это не благотворительность. Зверь — она быстро выдохнула, — полагаю, теперь мне следует называть его графом. Во всяком случае, он многому научил меня в бизнесе. Я узнаю актив, когда вижу его.

Кто бы мог подумать, что одна из ее самых близких подруг окажется бывшей проституткой?

— Я ценю возможность доказать свою состоятельность.

— Шикарно.

Джуэл хлопнула ладонью по воздуху, как будто внезапно появилась надоедливая муха.

— Тебе нечего мне доказывать.

— Вы только посмотрите на время. — сказала Эстер. — Мы все теряем его из виду, когда Зверя нет рядом, чтобы напомнить нам.

Алтея взглянула на часы. Было всего пять минут одиннадцатого, и все же эти минуты казались важными. Она отчетливо слышала, как они кричали:

— Он не вернется домой.

Но если бы он это сделал, она хотела, нуждалась в ночи, которую они оба запомнят надолго.

Господи, как он устал. Кто бы мог подумать, что быть лордом может быть так чертовски утомительно? Встреча с адвокатами, секретарем Оружейной коллегии, ответы на вопросы, заполнение документов—

Казалось, все это продолжалось, продолжалось и продолжалось.

Потом ужин с его родителями. Больше вопросов, больше расспросов. Просьба.

— Зови нас матерью и отцом или мамой и папой.

Только он не мог, пока не мог. Это все еще казалось нереальным. Он делал все так, как будто это было на самом деле, но продолжал ожидать, что обнаружит, что находится во сне. Который ему не совсем нравится, потому что он держал его вдали от Теи в течение длительного времени.

Войдя в резиденцию, он посмотрел на часы. Чуть больше одиннадцати.

Возле лестницы он повесил шляпу и пальто на ожидавшую его пустую вешалку. Он все еще не привык к тому, что в этот час в гостиной не было мужчин, что он не слышал гортанного смеха Джуэл и не вдыхал аромат ее сигар. Но перемены были хорошими. Еще пара недель, и они откроются для постояльцев. Не они. Джуэл откроет заведение для постояльцев. Его здесь не будет.

Когда он поднимался по лестнице, на него снизошла легкость. Тея была рядом. Надеюсь, она не спит и ждет его.

Он должен был извиниться и уйти раньше, но после ужина отец начал брать его с собой в путешествие по истории его предков, и он был очарован. Каждый из них был запечатлен маслом, портреты висели по всему поместью, и в каждом из них он