Пробуждение древних сил - Хайдарали Мирзоевич Усманов

просто артефакт. Это остаточная духовная проекция существа, что смогло вложить свою волю в объект. Его не применить как оружие. Но можно слушать. Изучать. И искать.

В ту же ночь Цзяолин не могла уснуть. Она дрожала, хотя и старалась не показывать Андрею своего состояния. Горы были слишком тихими. А в воздухе чувствовался запах железа и старой крови. Андрей чувствовал, как земля под его ногами еле ощутимо вибрирует. Ни один зверь не рычал. Ни одна птица не пела. Цзяолин шептала, будто видя сон:

“Кто-то дышит под землёй. Это не духовный зверь, вроде Нефритового паука. И не один из тех, кого ты знаешь. Это… кто-то из времён, когда не было Солнца.”

На рассвете, когда тени начали скользить обратно в расщелины, небо за дальними хребтами вспыхнуло тёмно-золотым отблеском, словно кто-то очень далеко открыл глаз. И Андрей понял – поиски только начались. Свитки укажут путь… Но он уже догадывался как можно сражаться с врагом, который не показывается тебе на глаза…

…………

Глубоко в каменном зале, скрытом в сердце одной из расколовшихся гор, где даже дыхание ветра замирало от магической плотности, Андрей стоял перед кольцом пространственных сигилл, что медленно вращались в воздухе, переливаясь глухим тусклым светом – будто смотрели на мир сквозь заиндевелое стекло. Здесь, в изолированном кармане реальности, он собирался завершить свой самый дерзкий эксперимент – ловушку для существа, чья природа сама по себе нарушала границы мира. Хао-Цзу, девятихвостого лиса из Запретного списка.

Он посвятил огромное количество времени изучению возможностей и сил такого противника. Свитки… Фолианты… Пыльные книги, забытые даже хранителями сект… И даже уцелевшие обрывки древних свитков, которые вроде бы не несли в себе никакой осмысленной информации. Но он внимательно изучал всё. И выискивал, что хотя бы приблизительно касалось не только Хао-Цзу, но и междумирных узоров – концепций пространств, которые не просто простираются, а сворачиваются внутрь себя, подобно телу змеи, кусающей собственный хвост.

Именно там, в тексте, что был добыт из библиотеки секты Дворца Девяти Небесных Фениксов, он впервые увидел схему, которая ему очень сильно напомнила рисунок Ленты Мёбиуса, соединённой с зеркальной тканью иллюзорного измерения. Это была не просто абстракция. Это был полноценный план.

Хао-Цзу черпал силу из того, что всегда мог быть вне. Вне логики… Вне времени… Вне формы… Он был зеркалом, способным ходить сквозь сны и иллюзии. Но что, если его заключить внутрь такого пространства, что отзеркаливает само себя? Что если каждое его движение будет приводить обратно к началу? Что если каждый поворот приведёт его к отражению самого себя?

Как следует всё осмыслив и всё же решившись, Андрей построил конструкцию на базе пространственной печати восьмого порядка, в основе которой лежал кольцевой резонатор из слоёв пустоты и временного искажения. Эта структура, активированная через сплетение узлов Иллюзорной Плети, создаёт изолированную петлю. Внутри такого пространства заключен не мир, а представление о мире, созданное самим Хао-Цзу. Он не сможет отличить её от реальности. Вот если бы он видел чёткие границы подобной клетки… Тогда этот монстр точно постарался бы вырваться. И всё же смог бы это сделать. Со временем. Но здесь все границы будут отражаться, отодвигаясь всё дальше. Как в том самом зеркальном коридоре, который можно сделать, используя всего два зеркала. Тут же зеркал было куда больше. Ведь им предстояло удерживать в этом пространстве монстра, что был сильнее даже некоторых Богов.

Чтобы приманить Хао-Цзу внутрь такой ловушки, нужна была проекция, которая резонирует с его интересом. Девятихвостый был падок на души высокого уровня – особенно тех, кто балансирует на границе сна и пробуждения. Поэтому Андрей создал идеальный образ культиватора уровня Доу Хуан, а, по сути, отражение самого себя, тщательно проработанное с помощью магии памяти, следов души и частиц эфирного резонанса.

Эта проекция дышала, сражалась, и самостоятельно думала. Она даже имела отголоски в потоке судьбы – словно была настоящей. Она находилась в центре ловушки, которую парень расположил поблизости от территории, где Хао-Цзу уже проявил своё присутствие, окружённая иллюзией туманных гор, в которых будто бы спрятано древнее наследие.

Словно ткач, Андрей сплёл первую спираль. Узел, на котором время начинало возвращаться к себе. Потом – вторую. Это уже был зеркальный цикл, отражающий действия противника не наружу, а внутрь. Затем – ключевой узел, закручивающий пространственную структуру по принципу Ленты Мёбиуса.

И когда последний символ встал на своё место, воздух перед ним лопнул тишиной – без звука, без всплеска, без света. Только ощущение, будто что-то исчезло. Или – начало замыкаться.

– Ты будешь видеть свою добычу… снова и снова… пока сам не станешь ей. – Тихо прошептал парень, только представив себе то, как это существо, что явно захочет захватить под свой контроль такой весьма “многообещающий сосуд”.

Внутри ловушки, если бы кто-то мог заглянуть туда, всё выглядело прекрасно реально. Идущий по склону культиватор, будто бы уставший и потерявший путь, нес в себе тот аромат, от которого не откажется ни одно древнее существо. Горечь утраты… Силу устремлений к возвышению… И… Почти прорвавшуюся истину…

Естественно, что Хао-Цзу, сразу же почувствовав его присутствие, не мог устоять. Он скользнул внутрь ловушки, мягко, без единого признака сопротивления – как лис, что запрыгивает в открытое окно, следуя за запахом крови. И в тот момент, когда он протянул свою сущность к добыче, мир вокруг него, на данный момент всего лишь похожего на дуновение ветерка, резко сжался… Он оказался в ловушке. И теперь, чтобы он не делал, всё возвращалось к нему.

Каждый шаг он повторял… Каждый жест возвращался… Он менял облик – но пространство зеркалило его… Он нападал, и тут же чувствовал собственную рану. Он кричал… Но слышит только эхо своего собственного страха… Снова… И снова… И снова… Это была пространственная лента событий. Замкнутая. Бесконечная. Не имеющая ни конца ни края.

А снаружи Андрей смотрел в сферу проекции с выжидающим лицом.

– Ты либо истощишь себя, либо замрёшь в забытьи. Но ты не выйдешь отсюда. Никогда… – Прошептал он, вспоминая всё то, что нашёл в той самой деревне, чьё население, в полном составе, стало первыми жертвами этого монстра.

Теперь оставалось только подождать. Ловушка была сплетена из зеркал и замкнутых решений. Здесь Хао-Цзу – не враг Андрея. Он – враг самому себе. И с каждым циклом эта петля всё крепче сжимала горло иллюзии.

Тень Лиса и Песня Леса

Солнце ещё не коснулось горных вершин, когда Андрей вместе с Соль Хва