Когда встречаются мосты - Юлия Владимировна Климова

на это нужно иметь право… а оно так просто не дается…» – зазвенели слова, сказанные когда-то Дашей.

Глеб вышел из кухни, спустился на первый этаж и, надеясь на щедрое эхо пустого помещения, сжал кулаки и яростно крикнул в потолок:

– Черт! Черт! Черт! – И закрыв глаза, приготовился к испепеляющей боли.

Но впервые за это слово не последовало наказания.

Зачем? Душа всегда будет болеть сильнее тела.

Эпилог

Англия

Первая половина XIX века

Хью придвинул к себе чашку, наполненную горячим чаем, уселся поудобнее, боком к столу, положил ногу на ногу и взял свежую газету «Монинг Пост». Эмми так и не объявилась. И сегодня, когда у нее был день рождения, это особенно раздражало.

Хью бы пожелал Эмми подохнуть в канаве, но общество, усыпленное словами: «Наша дорогая девочка гостит в поместье у дальней родственницы», однажды захочет увидеть внучку Шарлотты Эддингтон. Любопытных престарелых дур много, и каждой рот не заткнешь.

Брезгливо поморщившись, Хью развернул газету.

Да и всегда есть отличный шанс продать Эмми подороже, не стоит его упускать…

«И где только эту дрянь носит!»

Еще хотелось отомстить за то, что посмела ослушаться.

«А может, Эмми уже и подохла, если учесть, что у нее не могло быть много денег, да и обратиться за помощью ей не к кому…»

Первые две статьи Хью пропустил, изобретения и политические дрязги его не интересовали. Пафосная статья о новом закрытом мужском клубе привлекла внимание, но оказалась слишком длинной, чтобы дочитать ее до конца. Сделав большой глоток чая, Хью перешел к светской хронике.

«…неожиданный поворот в деле, связанном с наследством семьи Эддингтонов… мы первыми публикуем текст завещания Шарлотты Эддингтон, предоставленный нам наследницами… тайна, которая только сейчас будет раскрыта…»

Хью подскочил и сжал газету так, что та мгновенно помялась. Но он тут же бросил ее на стол, разгладил и принялся торопливо читать.

Эмилия Эддингтон.

Габриэлла Пилчер.

Опубликовали завещание, а также документ о признании Шарлоттой Эддингтон незаконнорожденной внучки.

– Что это значит… – пробормотал Хью, чувствуя, как выступают на лбу капельки холодного пота. Он уже понимал, что Эмми и Габи намерено придали огласке свои права, желая отрезать путь назад и чтобы никто их теперь не смел даже пальцем тронуть. «Это же ложь… Откуда взялось завещание? Они подделали документы или…» – Мама! – заорал Хью так, что стекла в буфете задребезжали. – Мама!

Выскочив из столовой в гостиную, он увидел мать, спускающуюся по лестнице. На лице Маргарет Эддингтон застыл вопрос. Она смотрела на сына с недоумением и не понимала, отчего он сотрясает дом криком. Острый нос раздраженно поморщился, губы скривились.

– Что случилось?

– Эмми нашлась! – выпалил Хью, нелепо и нервно размахивая газетой, точно флагом. – И она вместе со своей гадкой незаконнорожденной сестричкой лишила нас всего!

– О чем ты говоришь?..

Маргарет Эддингтон быстро приблизилась и вырвала у сына газету. Теперь уже ее нетерпеливый и жадный взгляд побежал по строчкам.

– Нет… Этого не может быть… Нам остаются крохи и загородный дом… Нет… нет… Вранье! Наглое вранье! Мы оспорим любые бумажки! Это подделки!

Услышав за спиной шорох, Маргарет Эддингтон обернулась и увидела дворецкого, явно желающего что-то сообщить. От нетерпения Хью отстранил мать в сторону, рванул пуговицы на своем канареечном жилете и рявкнул изо всех сил:

– Говори!

– К вам граф Алексей Дмитриевич Болдырев. Он прибыл без приглашения. Позволить ему войти или отказать? – чувствуя неладное, неуверенно произнес дворецкий и втянул голову в плечи.

– Болдырев… – еле слышно произнесла Маргарет Эддингтон, вспоминая тот далекий вечер, когда к ней приходил другой Болдырев… Она не была глупой женщиной и смогла довольно быстро сложить все разноцветные кусочки мозаики. – Старуха перехитрила нас, – прошипела Маргарет Эддингтон, сжимая кулаки. – Перехитрила! – Ее голубые глаза вспыхнули гневом. – Зови графа! – крикнула она дворецкому. Тот дернулся и, не ожидая ничего хорошего, исчез.

– Какого черта… Что происходит? – Хью смотрел на мать, желая узнать почему та сделала такой вывод. Речь явно шла о Шарлотте Эддингтон…

Но Маргарет Эддингтон не удостоила сына ответа. Она стояла неподвижно, ожидая того, кто, безусловно, причастен к происходящему и кто долгие годы хранил секрет двух наследниц.

Когда появился Алексей, она уже шумно дышала, стараясь справиться с кипящей злостью.

– Доброе утро, – произнес он легко с улыбкой. – Хотя для вас оно вряд ли доброе. Позвольте представиться. Алексей Дмитриевич Болдырев. Я муж Эмилии, вашей племянницы, и с удовольствием представляю ее интересы и интересы ее сестры Габриэллы Пилчер. – И не дожидаясь предложения, которое все равно никогда бы не последовало, Алексей подошел к овальному столу, развернул стул, бесцеремонно сел, нарушая этикет, и добавил: – Готов ответить на все ваши вопросы.

Примечания

1

Об этом можно прочитать в романе Ю. Климовой «В ее сердце акварель».

2

Об этом можно прочитать в романе Ю. Климовой «Ветер подскажет имя».