Нокаут чемпиону. Часть 2 - Галина Маркус

– Не перепутал… И лучше бы ты сразу мне рассказал. А то я ещё терпел эту гниду в своем доме.

– Да может, не он это! – запереживал совестливый Миша. – Как я могу на человека наговаривать? Кажется, он две ставки сделал – и за тебя, и против. Наверное, решил судьбу испытать – что тут такого? Обидно, конечно, друг всё-таки.

– Да не только в этом дело. В мой адрес анонимки приходили до боя. Думаю, их Серый писал…

Потрясенный, Михаил молчал.

– Угрозы, конечно, пустые… Так, на психику давил – бабки свои хотел отбить.

– А ты Лене-то рассказал? Она так за тебя болела на выступлении! Может, она бы его бросила сразу?

– Поэтому и не рассказал. Выбрала Белозерцева – дело хозяйское. Уговаривать не собираюсь. Тебе мат, Миш.

– Гордый ты слишком, Игорь. Я вот не такой… Всё готов терпеть, лишь бы не потерять Мариночку, – вздохнул зять, вглядываясь в позицию на доске. – Эх, ловко ты меня подловил… Давай-ка ещё партейку. Отыграюсь хоть.

– Не везёт мне что-то в последнее время, – заметил Мелихов, заново расставляя фигуры, – разве что в шахматы… Только, чур, не поддавайся. Я пока ещё могу за себя постоять.

***

Серый не звонил. Ленка не думала, что будет испытывать сожаление, но… Друга ей сейчас реально не хватало. В словах парня была доля правды – если человек готов тебе помогать, к этому быстро привыкаешь и начинаешь пользоваться. Они вышли тогда из кафе вместе. Остыв, Белозерцев увёл девушку на улицу, хотел довезти до дома, но Ленка, памятуя его упрек, наотрез отказалась. Осознав, что обидел её, он совсем потух, но девушка прервала новый поток объяснений. Цветы она взяла, а подарок, разумеется, нет, и уехала, оставив своего лучшего друга одиноким и расстроенным.

В больницу предстояло лечь в понедельник – на другой день после боя Мелихова. Маня «успокоила» девушку, объяснив, что время на анализы постараются сократить, чтобы уже в четверг или в пятницу прооперировать, и дело с концом. Вот только с каким? Ленка старалась не думать об этом. Сначала предстояло пережить бой Игоря с Консалесом, дата которого неумолимо приближалась.

Казалось, впереди ещё столько времени, но вот уже в субботу по телевизору показывают взвешивание. Вечерние новости смотрели, как обычно, всей семьёй. Когда на экране появился Мелихов, отец только косо глянул в Ленкину сторону, но не переключил. Девушке было всё равно – ей надо было увидеть Игоря, понять его настрой, что с ним сейчас происходит. Несколько кадров из пресс-конференции боксёров только усилили её тревогу. Противник выглядел великолепно, но не в этом дело. В Мелихове не чувствовалось ни уверенности в своих силах, ни спортивного азарта. В глазах Дракона Ленка прочла пустоту и злость. Да, именно так – то ли пустую злость, то ли злую пустоту. Девушка не могла сейчас ненавидеть Игоря – ей было слишком его жаль.

Спортивный комментатор перешёл на футбол, а она сбежала к себе в комнату. Ленку давно мучили дурные предчувствия. Они не походили на то беспокойство, которое она испытывала перед первым боем. Сейчас она ждала чего-то страшного, ей казалось, что с Мелиховым должна случиться какая-то беда. Страхи подогревали сны, и уже непонятно было, навеяны ли они дневными переживаниями или вызваны интуицией.

Например, сегодня девушке приснилось, что Игорь лежит поверженный в ринге. Во сне она знала – Мелихов не дышит. Все чествуют Консалеса, и никто ничего не замечает, не обращает внимания на проигравшего. Ленка пытается прорваться в ринг, но её не пускают. А ведь его ещё можно спасти! Вызвать скорую, сделать искусственное дыхание! Девушка видит Серого, кричит ему что-то, но тот только смеётся: «Ничего с твоим Гошей не будет… Отлежится!»

Другой сон, особенно мучительный и часто повторяющийся в разных вариантах, был и того хуже. В нём Ленка как будто уже знала, что Игоря нет в живых. Этакий «юридический» сюжет… Она обивала пороги учреждений, пытаясь добиться установления опеки над Настей. Но у девочки имелись родные – бабушка, сестра, мать, которые по собственной воле отправляли её в обычный городской интернат. Ленка бегала между Валентиной Михайловной и Мариной, умоляя их забрать ребёнка и отдать ей, но всё тщетно – её не пускали даже на порог.

Про собственную предстоящую операцию девушке почему-то ничего не снилось, даже старый детский «больничный» сон. Наверное, всё происходило слишком быстро, и Ленка не успевала ничего осознать. И ещё – перед ней стоял неразрешимый вопрос. Как увидеться с Настей до больницы? Если всё будет хорошо, предстоит долгое восстановление, значит, навестить девочку, как обещала, в середине ноября, уже не получится.

По телефону, конечно, они разговаривали каждый день. Ленка даже решила нарушить все договоренности и приехать к Насте до выходных, но Алевтина Ильинична отнеслась к этому отрицательно. Во-первых, Мелихов мог взбеситься и вообще запретить встречи. Во-вторых, он сам собирался провести с дочерью несколько дней накануне боя, а какие, никто не знал. Пришлось объясняться с малышкой по телефону. Ленка откровенно рассказала ей, что должна лечь в больницу и не знает, когда они теперь увидятся. «Ты же обещала…» – заплакала Настя. Ленка принялась давить ей на жалость, рассказывать про свою больную ножку, и, конечно же, девочка поверила ей и смирилась. За последнее время она привыкла к разочарованиям.

После разговора остался тяжёлый осадок – Ленка чувствовала себя подлой обманщицей. «Интересно, а если всё кончится плохо, – подумала вдруг она, – кто-нибудь сообщит об этом Настёне? Или она будет ждать и ждать свою „маму“ до бесконечности?» Да что за мрачные мысли! Сдержав новое желание порыдать и пожалеть себя, девушка попыталась рассердиться. Никто не будет её резать, не уточнив диагноз! Самое плохое, что может случиться – это если доктор откажется от операции.

И вот наступил вечер воскресенья. Ленка заранее решила – дома смотреть этот бой не станет, и напросилась в гости к Юльке. Подруга обрадовалась, она предвкушала развлечение и удивилась, увидев зелёное лицо девушки:

– Ну ты что, все ещё сохнешь по нему? Ничего, сейчас врежут ему за тебя, будет знать!

Но, заметив Ленкину реакцию, тут же поправилась:

– Шучу, я шучу… Он же чемпион! Иди, сейчас начнётся.

Время было уже позднее – бой назначили в самый прайм-тайм. На экране, действительно, появилась заставка, и раздался голос комментатора, приветствующего телезрителей. Вот и пустой пока ринг, вокруг колышется публика. Едва живая, девушка вжалась в кресло. Сейчас она снова увидит Игоря…

***

Утром Мишка залпом осушил чашку кофе, снова по-братски обнял Игоря, пожелал удачи и умчался на срочную встречу с подмосковными поставщиками. Проводив гостя, Мелихов собрал сумку, а потом так и провалялся в своей комнате, глядя в потолок. Он вспоминал прошлый матч – суету вокруг себя, испуганные глаза Ленки, поддержку Марка. И даже не пытался бороться с настроением – оно было на нуле.