Зеркало иллюзий - black__tiger

Где первый раз, там и второй, и мало–помалу Снейп зачастил к Эвансам. Лили была рада его видеть. Миссис Эванс тоже радовалась тому, что дочь не будет одна среди незнакомых ребят в этой их странной, немного пугающей школе, а Северус, хоть и ровесник, казалось, знал, что к чему и мог послужить ей опорой… хотя бы первое время. Петунья поначалу пыталась примазаться к компании, но только все портила и после вмешательства матери стала уходить к школьной подружке.

Вдвоем с Севом было спокойнее. И уютнее. И все же это было неправильно. Потому что раньше «вдвоем» значило – «вместе с Туньей», даже если они ругались, а теперь – без нее.

…Садик Эвансов пестрел цветами, изнемогавшими от жары. Петунии обессиленно свешивались из заоконных ящиков, пластом лежали на клумбах, едва приподнимая фиолетовые венчики. Между них вспыхивали жаркие фейерверки тигровых лилий. Петуний было больше, и они дольше цвели, лилии были симпатичнее, но быстрей отцветали.

— Тунья, – задумчиво сказала Лили, – стала какая‑то странная.

Вот уж до кого Севу дела было…

Они зашли в комнату Петуньи, потому что оттуда был виден сад и гнездо дрозда на старой рябине. Снизу его не разглядеть, а окно Петуньи – почти напротив.

Снейп притворился, что ему интересно. Но смотрел не на гнездо, а на лилии. А петунии сами в глаза лезли!

— Она просто боится тебя. И завидует.

Северус отошел от окна, плюхнулся за письменный стол и потянул к себе книжку.

Лили остановила его:

— Не трогай. Это Туньи.

— А это? – он взялся за альбом. – И это?

Лили покачала головой.

— А это – тоже не твое?

Сев показал на краешек желтоватого конверта, торчавший из‑под книжек.

— Смотри, это же твое письмо! Что оно тут делает?

— Какое письмо?

— Да из Хогвартса же! – Сев потянул за уголок. – Пергамент! У маглов таких не бывает.

— Мое – у меня, – удивленно сказала Лили. – А здесь Туньины вещи.

— Но оно все равно из Хогвартса!

Письмо выскользнуло из книжной стопки и легло на стол запечатанной стороной кверху. Пурпурный воск, украшенный знакомыми уже изображениями льва, орла, барсука и змеи.

— Убедилась?

И буква «Х» в центре, похожая на крест – крест на всей прежней жизни. На отношениях с сестрой – уж точно. Герб волшебной школы был виден очень отчетливо.

— Она стащила его у тебя и спрятала!

Лили схватила конверт и перевернула вверх адресом.

На конверте изумрудно–зеленым значилось имя адресата. Лили видела только его. Не город, не улицу, не номер дома, даже не приписку в конце: «собственная комната». Все это было неважно. Самое главное…

— Это Тунье, – повторила Лили, зачарованно глядя на конверт. – Здесь ее имя.

— Не может быть! Твоя сестра не волшебница! Это ошибка!

— Но тут же написано: «Петунье Эванс».

— Слушай, – рассердился Северус, – сколько можно повторять: волшебные письма приходят только волшебникам! В твоей семье волшебница – ты. Никто другой не может получить письма оттуда. Волшебники не пишут маглам! Я знаю, что говорю. Между нами нет ничего общего, они даже не знают о нас!

— Ну Тунья‑то знает.

— А кто из магов знает о ней? Кто стал бы писать ей? Это все равно как если бы из Хогвартса написали моему папаше!

— Но я же все равно не Петунья! А тут написано…

— А вдруг там просто имена перепутали?

— А вдруг она – тоже волшебница?

Нет!

Северус чуть не сказал это вслух.

Это было бы – как если бы две параллельные прямые взяли да и пересеклись на глазах у Евклида после того, как тот объявил, что они не пересекаются.

Не может быть!

— Это очень просто проверить, Лил. Просто посмотри, что там. Открой и посмотри. Его даже распечатывать не надо.

Рука сама тянулась к письму. Лили уступила.

— Я только гляну на первую строчку. Если оно не мне, я читать не буду.

— Конечно, давай!

Лили не знала, на что надеялась, разворачивая хрусткий пергамент. И, конечно, должна была закрыть его, как только прочла Очень Вежливое Обращение к Петунии Эванс – какие сомнения могли оставаться после этого?

— Сев… – Лили запнулась и упавшим голосом закончила: – Это и правда письмо Петуньи. Альбусу Дамблдору.

— А не наоборот?:

— Ну то есть да. ОТ Дамблдора. Ей. Что это значит, Сев?

— Ты у меня спрашиваешь? Читай!

Две головы стукнулись друг о друга над листом пергамента. Дочитав до конца, оба, не сговариваясь, вернулись к первым строчкам и перечли еще раз. Это был корректный, но недвусмысленный отказ. А это значило…

Они сообразили одновременно, но только Северус отважился произнести вслух:

— Э–э–э… Это ответ. Это значит, что твоя сестра ему писала. Первой. Она что – всерьез думает, что маглу примут в школу волшебства?

— Сев!

— Или что волшебству можно научиться?

— Сев…

— Или…

Лили стукнула кулачком по столу.

— Мы нехорошо поступили, Сев! Некрасиво читать чужие письма.

Северус испугался. Если Лили признается, миссис Эванс, чего доброго, запретит им видеться. А если дойдет до отца… Снейпа–старшего не смутило бы чтение чужих писем, но он ухватился бы за любой предлог, чтобы поучить сына уму–разуму. А о том, какой из него учитель, лучше не вспоминать.

— Ты же не побежишь ей докладывать, – сказал он с нажимом. – Не побежишь, ведь правда?

Лили молчала, и Северус попробовал по–другому:

— Ты ведь сама хотела узнать, что в нем!

— Я бы не стала! Я бы его даже не заметила! Я… – она запнулась, не находя слов. А Северус нашел.

— Оно не чужое, – неожиданно сказал он.

— Как – не чужое?

— А так. Это же ваш общий дом?

Лили кивнула, не понимая, к чему он клонит.

— И твое письмо, которое ты получила, все читали?

— Ну… да. – Кажется, она начинала понимать. – Мама читала. Вслух. Папе. И… Тунье.

— Вот! Видишь? Они читали твое, почему же ты не можешь прочитать ее письмо? – Доказывать это было все равно, что ходить в вывернутой наизнанку мантии и утверждать, будто так и надо. Попробовал бы кто прикоснуться к вещам самого Северуса, хоть к учебникам, ссылаясь на то, что они «общие»! Но ради Лили Сев бы не только мантию, он бы и сам наизнанку вывернулся.

Лили чувствовала себя сбитой с толку, хотя в словах Северуса, безусловно, что‑то было.

— И потом, – поторопился закрепить успех Северус, – если бы она не хотела, чтобы кто‑нибудь нашел это письмо, она бы его спрятала!

— Она и спрятала! – запротестовала Лили. Северус отмахнулся.

— Так не прячут. Убрала бы в ящик – туда бы мы не полезли.

— Мы и сюда не должны были заходить…

Снейп тоже разозлился.

— Положи на место, – приказал он. – И пойдем отсюда.

— Я не помню, где оно лежало! И как.

— Кажется, оно торчало вот тут. – Снейп приподнял верхние книжки. – Пихай!