Разрушенный рыцарь - Милена Янг

несколько часов. Я пыталась подставить ему свой рюкзак, но Марсу страшно прыгать. — Она подняла на Рафаэля заплаканные глаза. — Ему там очень холодно…

— А родители твои где?

— Они работают на скорой, им не до Марса. — Девочка вытерла слезы рукой, с надеждой глядя на Рафаэля. — Вы мне поможете?

«С каких пор я заделался спасателем?» — подумал Рафаэль, но посмотрел на расстроенного ребенка, и все язвительные фразы будто сами собой исчезли.

— Нужно раздобыть лестницу.

Спустя полчаса дело было сделано. Черный (по крайней мере, Рафаэлю он показался именно таким) котенок отчаянно пищал, вцепившись в куртку Рафаэля. Парень торжественно передал питомца девочке, и та посмотрела на него с таким восхищением, что он смутился.

— Спасибо, спасибо, спасибо! — поблагодарила малышка, улыбаясь так широко, что Рафаэль улыбнулся ей в ответ.

Аллергия дала о себе знать, когда он начал чихать. Глаза заслезились от ветра и раздражения при контакте с шерстью. Состояние не из самых приятных. Но он не жалел.

Тернер уже подходил к стоянке, где был припаркован ожидавший его автомобиль, когда телефон завибрировал.

— Младшая сестренка, — поприветствовал он Агнес, зная, как та шутливо негодует из-за этого прозвища.

— Привет, зануда, — весело ответила ему в тон сестра. — Включи камеру.

— Минутку.

Рафаэль открыл дверь машины, поздоровался со своим водителем, сел на заднее сиденье, закрывшись непроницаемой панелью, и наконец подключил видеозвонок. Автомобиль тронулся. Агнес сидела на песке, поджав под себя ноги, позади нее лазурной теплой бесконечностью простирался Индийский океан.

— А дразниться нехорошо, вредина, — упрекнул ее Рафаэль.

— Люблю Мальдивы, — мечтательно протянула Агнес.

Легкий ветерок трепал ее волосы, улыбка была такой счастливой, что на сердце у Рафаэля стало легко. Агнес сияла. Была такой радостной и довольной… Кто бы мог подумать, что муж, полная противоположность ей, мрачный, агрессивный и безжалостный, был единственным, кто смог осчастливить ее?

— Привет, неудачник! — Марк помахал ему, заслонив жену.

Помяни черта…

— И тебе здоровья, придурок, — подмигнул ему Рафаэль.

— Ой! — послышался возглас Агнес, когда Марк бесцеремонно посадил ее себе на колени.

— Не смейте целоваться, иначе мне придется выколоть себе глаза.

— Не завидуй чужому счастью, — ухмыльнулся Марк, обнимая жену.

— А где Дэни? — встрепенулась Агнес, повернувшись к нему.

— А разве он не с тобой? — напрягся Марк. Паника читалась на его красивом лице.

— Ты издеваешься?!

Они начали спорить. Звонок прервался.

«Лучшие родители», — фыркнул от смеха Рафаэль.

Не прошло и минуты, как они перезвонили.

— Ложная тревога. — Стаймест выглядел потрепанным. Очевидно, за эти пару секунд он успел умереть и воскреснуть.

— Нашли? — полюбопытствовал Рафаэль.

— Он был в слинге на спине у Марка. — Агнес примирительно погладила мужа по щеке.

— Повезло, — с облегчением выдохнул тот, прикрыв глаза от ласки.

— Дэни спит? — прервал их нежности Рафаэль.

— Слава Иисусу, да, — простонал Марк и навел камеру на люльку, куда они переместили малыша.

Крошечному человечку шел третий месяц от роду, и он был самым прекрасным ребенком, которого только доводилось видеть Рафаэлю. Он уже полюбил племянника всем своим холодным сердцем.

— Дэни только издалека ангел, — проворчал Марк, но в его голосе сквозила отцовская гордость. — Знал бы ты, какой он хулиган.

— Шумный. Капризный. Непоседливый, — поддержала мужа Агнес, любуясь невинным лицом спящего сына.

Рафаэля затопило волной тепла. Он так сильно хотел быть рядом с ними! Взять на руки племянника. Услышать его смех. Плач. Что угодно. Но он жил в Данверсе. Проклятом городе, который словно высасывал все его силы. В последнее время Рафаэль постепенно отходил от дел. Он сосредоточился на будущем. Никому ничего не говоря, он начал переоформление мотоклуба на одного из своих партнеров. Также он понемногу начал продавать недвижимость, подобрав выгодного клиента. Дело было нескорым, но Рафаэль уже сделал половину намеченного. Он не собирался всю жизнь жить в Данверсе. Нет. Оставалось лишь выследить Рика, отомстить за Ви, и ничего его здесь держать не будет.

Он уедет. Наверное, куда-то поближе к Агнес и Марку. Построит (точнее, уговорит знаменитого архитектора Стайместа построить) центр помощи. Будет оказывать психологическую и финансовую помощь детям и взрослым, которые пережили насилие. Рафаэль раньше заботился только о себе. Но теперь ему хотелось помогать другим. Всем, кому он только сможет. Tea, маленькая Tea с ее неиссякаемой добротой все-таки заразила его.

— Брат мой, ты еще с нами?

— Не мешай, он мечтает, как маленькая принцесса, — съязвил Марк.

— Заткнись, Стаймест, — прищурился Рафаэль. — Что, солнышко? — обратился он к Агнес.

— Оу, какие мы ласковые, — подмигнул ему с ухмылкой Марк.

— Прекрати его дразнить! — рассмеялась Агнес и повернулась к камере. — Мы говорили, что купили тебе билет на середину января. Так что теперь все твои оговорки не прокатят, Рафаэль.

— Серьезно?

— Да. Ты обещал мне еще летом!

— Ага, разве ты не хочешь познакомиться со своим племянником? — подозрительно мило улыбнулся Марк.

— Что вы задумали?

— Ну, если честно, то нам нужна няня. Поэтому торжественно доверяем нашего сына тебе на месяц, — низко рассмеялся Марк и опрокинул Агнес на спину.

— Люблю, когда ты такой игривый, — проворковала та, обнимая мужа.

— Маленькая, с такими темпами у нас на подходе скоро будет второй, — самодовольно усмехнулся Марк.

Рафаэль вздохнул и поспешил отключить вызов. «Спасибо, мне не нужны ласки моей сестры с этим ненасытным неандертальцем». Улыбка растаяла на лице, когда он заметил сообщение.

Мэри. Три года эта женщина пишет ему. Звонит. И три года он ее игнорирует. Помещает в черный список, но она упорно продолжает искать контакта с ним. Несколько раз она приезжала к нему, но Рафаэль выставлял ее за дверь, даже не выслушав. Не нужно ему это. «Где ты была, когда я в тебе так сильно нуждался, мама?»

Она отказалась от него, своего первенца, выбрала жизнь получше. С мужчиной побогаче его отца. И пускай женщина пыталась оправдаться, это не снимало с нее ответственности за его поганую жизнь. Рафаэль не мог ее простить. Просто не мог.

Незнакомый номер: «Надеюсь, ты в порядке, Рафаэль. Пожалуйста, ответь мне хотя бы на одно из сообщений, сын. Я скучаю по тебе».

Не было и дня, чтобы она не писала ему. Триста шестьдесят пять сообщений за год. Иногда больше, когда она писала несколько раз в день. Рафаэль устал ее блокировать.

Впрочем, часть его — глупая, идиотская часть — с замиранием сердца ждала этих сообщений. Где-то в глубине его души сохранился образ сломленного маленького мальчика, которым он был. Он больше не плакал, обхватив себя руками. Он надеялся. Но боялся обжечься. Просто читал сообщения. Как проклятый мазохист.

Мама. У него была настоящая мама. Та, которая читала на ночь сказки о звездах,