Гирделион. Безродное дитя - Святослав Игоревич Брызгалов

пока не понимал, что здесь делает, но твёрдо знал, что нужно бороться. Где-то вдалеке прозвучал чей-то голос. Аверин обернулся, но никого не увидел. Ему послышалось? Голос сказал: «Не трогай кинжал». «Какой кинжал?» Аверин машинально потянулся к своей ноге, нащупав рукоять с вкраплёнными разноцветными камнями. Кинжал! Он достал его из чехла и стал разглядывать. Морган…Ак-Сат?! Образы постепенно возвращались к нему, вместе с кусочками памяти. Аверина прошиб пот, он боролся за свои воспоминания, за свои цели, за свои желания…за свою жизнь. Это была проверка воли. И он чувствовал, как к нему возвращаются силы. Он поднялся, но не стал двигаться. Движение бессмысленно. Здесь таилось что-то другое. В этот момент позади раздался подозрительный звук. Звук воды. Откуда здесь вода? Аверин обернулся и обнаружил себя стоящим на каменистом берегу океана. Сделав шаг назад, он очутился в воде. Нет, теперь это был не берег. Всего лишь маленький каменистый островок в центре огромного океана, конца и края которому не было видно. Аверина охватил ужас. Он впал в панику, которая нарастала с каждой секундой. Сознание начало мутить. Он закрыл глаза и начал глубоко дышать, как его учил Ак-Сат, чтобы успокоиться. «Это не может быть правдой» – повторял он, – «Это всё в моей голове». И тут до него дошло. Действительно! Это всё происходит внутри его собственного разума. Сначала что-то пыталось поглотить все его мысли, а когда не получилось, решило захлестнуть ужасом, заставив потерять рассудок. И у него почти вышло. Но нет, так просто Аверин не сдастся. Это его разум, и никто не смеет выгонять его из его собственного дома. Аверин сел на островке, скрестив под собой ноги. Закрыв глаза, он приступил к медитации. Мысли постепенно приходили в норму, сердце успокаивалось. Аверин слушал его, слушал стук собственного сердца, отбивающего свой привычный мерный ритм. Всё растворялось в нём, оставляя место лишь гармоничному стуку. «Ты победил!» – чужой голос заставил юношу вздрогнуть. Он открыл глаза и увидел перед собой лицо Бёрна.

– Очнулся! Слава Этису, очнулся! Я уж думал, что убил тебя, ублюдок ты!!! – кричал он, то ли от радости, то ли в ярости.

Аверин лежал на камнях, Бёрн склонился над ним, а Сорон и Эллий стояли неподалёку в тени деревьев. Деревьев? Аверин подскочил, как ошпаренный. Как они тут оказались? Вся компания находилась на границе пустоши. Бёрн подошёл к Аверину и протянул ему его же кинжал.

– Вот, на. И не надо больше размахивать им, как сумасшедший, хорошо?

– Что это было вообще?! – взревел Сорон, – Ты чуть не убил нас!

– Не надо, – остановил громилу Эллий, – Он был не в себе и ничего не помнит.

– Зашибись! Вот так можно оправдание любому маньяку найти! – Сорон поднял свою сумку и направился дальше, сквозь деревья.

– Не обращай на него внимания, – ободряюще сказал Бёрн, положив руку на плечо парня, – Он просто беспокоится за тебя.

– Что вообще произошло? – спросил, наконец, юноша.

– На середине пути ты вдруг упал, – объяснил наёмник, – Мы не могли тебя разбудить. Хотели уже тащить на себе, но потом ты сам очнулся. Глаза у тебя были как остекленевшие, а ты вскочил и побежал дальше. Мы еле тебя догнали, но затем ты вдруг обернулся и напал на нас! Хотя движения были очень неуклюжими, но никто не ожидал такого. Сорон еле увернулся от первого удара, просто потому что не понял, что происходит. Я выбил кинжал из твоих рук, Сорон обхватил, зажав в тиски. Я кричал, чтобы ты не брал кинжал, а ты прямо норовил вырваться и снова схватиться за оружие. Пришлось тебя вырубить. Здорово же ты напугал нас, парень.

– Я ничего не помню, – признался Аверин. Рассказывать о том, что происходило в его голове не входило в его планы.

– Ничего страшного, – Бёрн посмотрел на юношу серьёзным взглядом, – Надеюсь, такого не повторится?

– Я тоже на это надеюсь, – ответил Аверин, – Раньше такого никогда не случалось.

Похоже, это немного успокоило Бёрна, хоть и не до конца. Компания вновь могла продолжить свой путь. Когда Бёрн и Сорон отошли чуть подальше, Эллий подошёл к Аверину и тихо произнёс:

– Нет никакого культа, да? – и чуть погодя, продолжил, – У всех есть свои тайны. Я просто рад, что ты сумел справиться с этим.

Когда товарищи достигли Гаркала, то почувствовали себя обманутыми. Их посетило глубокое чувство отвращения. Гаркал являлся полной противоположностью Вельварта. Разрушенная временем дорога, обветшалые домишки, покосившиеся двери и створки на окнах. Много сожжённых домов, загнившие растения и пни, оставленные после рубки деревьев. Буквально всё отталкивало взгляд. Чтобы найти таверну для небольшого отдыха перед последним броском не требовалось много усилий. Единственная более-менее целая дорога шла через весь город и упиралась прямо в местный дом для бродяг. А назвать его иначе язык не поворачивался. Многие окна выбиты, входная дверь и вовсе отсутствовала, табличка с надписью на Тильмаре висела над входом на одной цепочке. Сам дом красили, похоже, лет сто назад. Но выбирать не из чего.

Когда друзья вошли внутрь, все взгляды сидевших внутри людей обратились в их сторону, и повисла тишина, словно они оказались в гробнице. Кажущиеся во тьме помещения пустыми глазницы смотрелись зловеще. В голове пронеслось: «Живыми бы выйти». Но через пару секунд молчания тишину нарушил звук глотка, и обыватели потеряли интерес к новым постояльцам. Спутники прошли к барной стойке, и какое-то время ждали хозяина, пока какой-то изрядно подвыпивший мужчина не встал со скамьи, ближе всего расположенной к стойке, и не подошёл к ним.

– Что, йик! Н-надо?! – грубо спросил он, то и дело икая и с трудом выговаривая слова.

– А тебе какое дело?! – хотел было вступить в перепалку Бёрн, но Эллий его остановил, схватив за руку.

– Я – х…хозяин этого, ик! З-заведения! – продолжил пьяница.

– Ха-ха-ха, тогда я…

– Постой! – теперь прервал Сорона Бёрн, – Похоже, он не врёт.

Бёрн кивнул в сторону пьянчуги и Сорон разглядел на его шее медальон с выгравированной на нём Дирой. Точно такой же носил рыжеволосый владелец «Места ночлега». Такие медальоны выдавали в Тильмарииле владельцам постоялых дворов, как знак отличия за благое дело, которое совершали эти люди, предоставляя другим кров и пищу.

– Яхг его за ногу, – только и сказал Сорон.

– Нам нужно несколько комнат, чтобы передохнуть, – как можно более вежливо обратился к пьянчуге Бёрн. Сорон сделал вид, будто его тошнит от этого.

– Деньги с-сюда! – указал хозяин таверны на стойку, постучав по ней пальцем, – Две к-комнаты, ик! Наверху две!…комнаты, – добавил он, и шатаясь пошёл обратно за стол.

– Какие именно