Гирделион. Безродное дитя - Святослав Игоревич Брызгалов

– Ты всё-таки встал?

– Сорон и мёртвого разбудит, – пожаловался Эллий, натягивая сапоги. Его одежда уже высохла, но он одел запасную, которую носил в заплечном мешке.

Вскоре, они спустились вниз, чтобы позавтракать. Бёрн и Сорон уже сидели за столом, поедая мясо какого-то зверя. Скорее всего, это была дира. Наиболее распространённое животное в Тильмарииле.

– Давайте быстрее, пока не остыло! – крикнул Сорон, махнув рукой, – Это просто божественно!

Аверин попробовал мясо и полностью согласился со здоровяком. А может они просто давно нормально не ели.

Дира действительно была безупречна. Но, как ни крути, этого было мало для того, чтобы полностью насытиться. Тогда Аверин достал из своего рюкзака свёрток с салатом. Сорона чуть не стошнило, когда он увидел его. Здоровяку приходилось есть его изо дня в день с тех пор, как он сошёл с корабля. Им не хватало времени, чтобы отловить более-менее нормальную дичь.

Позавтракав, спутники быстро собрались в путь и вышли. Только сейчас они сумели оценить красоты местного городка и покидали его с огромным сожалением. Каждый из них с удовольствием бы согласился провести здесь не один год своей жизни. Как они раньше не знали о том, что существует такое благодатное место? Может быть потом? Но сейчас следовало сосредоточиться на задаче. Необходимо как можно быстрее добраться до запретного леса и найти этот загадочный цветок Эрия.

В этот раз Эллий вёл всех. Не прошло и получаса, как он остановился и произнёс:

– Вот, мы входим в его владения.

Сорон и Бёрн взглянули на него с удивлением.

– В чьи владения? – всё же спросил здоровяк, не сдержав любопытство.

– Дагогена, – невозмутимо ответил лучник.

– А-а, – коротко протянул Сорон, и бросил вопросительный взгляд Бёрну, тот лишь пожал плечами.

Впрочем, Эллию можно было и не объявлять приход в пустошь. Здесь, где они стояли, лес обрывался, а дальше… А вот дальше были только камни. Они образовывали невысокие каменные гряды, словно это была миниатюрная версия горной цепи. Камни мелкие, которыми обычно усеяно речное дно. Правда, воды здесь не было ни на грамм. Зато Этис припекал чрезмерно, раскаляя эти самые камни. Бёрн был зачарован увиденным. Аверин вспомнил, что ему больше нравятся горы, нежели леса, ведь его родной город располагался в горном массиве.

– Ну, что-ж! Давайте поскорее пройдëм через них!!! Ха-ха-ха!! – нарочито смеясь Сорон двинулся вперёд. Все последовали за ним.

Что-то явно было не так, но Аверин не мог понять что. А потом его осенило. Эллий больше не вёл группу. Впереди шёл Сорон, за ним Бёрн, затем Аверин, а Эллий завершал шествие, как будто опасаясь того, что кто-нибудь нападёт сзади.

Они прошли километра два, прежде чем Аверин почувствовал усталость, проникающую все глубже и глубже. Можно сказать, завладевающую телом. Но с ней ещё можно было бороться. Это показалось ему странным, ведь раньше он преодолевал куда большие расстояния с меньшими усилиями. Неужели он слишком мало отдохнул? Нет, нужно идти вперёд. И группа безостановочно двигалась дальше.

– Долго ещё? – Сорону, видимо, уже наскучила однообразная местность.

– Скоро достигнем центра, – известил всех Эллий.

Тут не выдержал Бёрн:

– Нужно было идти в обход. Солнце жарит невыносимо! Камни режут ноги в кровь!

– Путь в обход занимает больше суток, – прервал его тираду лучник.

Ещё километр товарищи прошли молча. Аверина посетило чувство, словно его тело обволакивает молочной плёнкой.

– Эллий…

– Мы приближаемся к центру, – прошептал он на ухо юноше, – Не забывай о том, зачем ты здесь, Аверин.

Чувство обволакивания всё более усиливалось, и Аверин ничего не мог с этим поделать. В итоге он решил не обращать на это особого внимания, хотя, признаться, было довольно трудно.

Юноша шёл, склоня от усталости голову и смотря на камни…одни и те же камни. Как будто он не двигался, а стоял на месте. И эта тишина вокруг…она говорила о том же. Это было пугающе.

Аверин поднял голову и оцепенел, его буквально парализовало от увиденного. Он резко обернулся, но и там то же самое. Его спутников не было рядом. Он не знал, что делать…не знал, что думать. Надо было прислушаться к Эллию, довериться ему. Может тогда Эллий объяснил бы что здесь за опасности. Что происходит? Где все?

– Сорон!! – от отчаяния он закричал, что есть сил. Ему никто не ответил, а его голос ещё минут пять раздавался эхом. Стало ещё страшнее. Тогда он принял решение двигаться дальше, несмотря на то, что друзья бесследно исчезли.

Двигаться было трудно, он ощущал нечто такое, странное чувство, словно с каждым своим шагом он терял частичку самого себя. Он сам не понимал, как это объяснить. Как будто воспоминания исчезают, как будто что-то или кто-то заставляет его забыть всю свою жизнь. В какой-то момент он понял, что не может вспомнить имя своего наставника, хотя точно помнил, что он существует.

– Что это за проклятое место!?!? – закричал Аверин, что есть мочи. Он понимал, что кричать бесполезно, но уже не мог держать это внутри себя. Впрочем, он чувствовал, что его душа становится все меньше и меньше и вскоре от неё совсем ничего не останется, но продолжал движение. Минут через пять поток мыслей оборвался, вместе с ним прекратилось и движение. Юноша встал как вкопанный и пустыми глазами смотрел на камень, лежащий на земле у его ног. Создавалось впечатление, словно кто-то извне вытягивает из головы мысли ещё в самом зародыше. Одну за другой. Наконец, силы оставили его…он упал навзничь, ударившись о камни. Не было сил, но также не было и усталости, отчаяния. Ни боли, ни радости… Ничего. Аверин лежал на земле, как один из камней на этом хребте. Неживой предмет. Без мыслей, без чувств…без будущего…

Внезапно, из самых глубин души в его сознании возник образ Араны. Она, такая прекрасная, предстала перед его внутренним взором, её полузакрытые глаза передавали улыбку. Вдруг что-то черное обволокло её образ и полностью поглотило. Девушка словно утонула в чёрной воде, без шанса на спасение. В оставшемся клочке души зародился страх. За него-то Аверин и уцепился. Он всеми силами старался удержать страх при себе, хотя его старательно пытались вытянуть из недр души. А страх разрастался. Он вспомнил слова: «Страх – это часть тебя. И ты либо борешься с ним, растрачивая свои силы попусту, либо движешься с ним к своей цели» Но чьи это слова? Он упорно не мог вспомнить. Юноша изо всех сил старался не забыть каково это – бояться потерять кого-то близкого. Он