Рыжий и черный - Татьяна Лаас

— Доверяю, но хочу помочь, пока могу. Все равно паромобиль пока уехал в инквизицию. Надеюсь, Марк не откажет в помощи и почистит память этого Нила. Паромобиль вернется — я тут же поеду домой. Честное слово, Брок. Я же не враг себе. А пока… Давай проверим, почему след Лео пропадает? Пожалуйста… — Она знала, что жалостливый взгляд у неё никогда не получался, так что даже не пыталась. — Брок, тут всего полплощади пройти. Под вашим с Алистером присмотром. Что может случиться?

Брок встал, поправляя шинель, и мрачно выдавил:

— Например, ты найдешь его след — просто по закону подлости. Найдешь и потребуешь пойти до конца.

Вик тоже поднялась, опираясь на протянутую руку Алистера:

— Так это же замечательно будет! Я найду след и тут же передам его вам. Если найду, конечно.

Мужчины громко выдохнули, словно не верили ей. Вик предпочла промолчать — хорошо, что Эван верил в неё и её благоразумие. Брок и Алистер, кажется, считали, что последнего качества у неё нет. Каждый судит по себе — у Брока благоразумие отсутствовало полностью. Как говорил Одли, он считал себя бессмертным, до полного упадка сил загоняя себя. Вик же знала свои пределы и становиться героем посмертно не собиралась — ей бы только найти следы Лео, раз их не смогли найти Алистер и Брок. Даже следы из «песочницы», разбуженные руной созвучия, не помогли — они исчезали почти там же, где Алистер, по его словам, терял след Лео.

— Парни, пойдемте — час, это не так и много. — На всякий случай она даже добавила: — Я буду очень благоразумна.

Алистер промолчал, не стал напоминать, что предупреждал следить за тем, что творится за спиной. Это было очень благородно с его стороны — Вик сама понимала, как сильно сглупила в бакалейной лавке.

Чувствуя себя почти под конвоем — Алистер шел слева, Брок шествовал справа от Вик, — она дошла до конца притихшей в ночи площади. Где-то тут, у начала Лозовой улицы, последний раз мелькнул Лео, когда они с Алистером мчались ему на помощь.

Алистер прошел по Лозовой, останавливаясь у конца первого, мрачного, трехэтажного дома:

— Вот тут я видел Лео последний раз. Он убегал, опираясь невысокую девушку в темном платье.

Вик нахмурилась, поправляя его:

— Девушек было двое. Вторая была совсем темная, сливаясь с ночью: черные волосы, темная кожа, черная одежда. Карфианка, наверное.

Алистер не стал спорить, лишь присел у светящихся синим призрачным светом следов Лео, зажжённых руной созвучия из «песочницы» — следы заканчивались тут, словно Лео взлетел в небеса или растворился в воздухе.

Брок поспешно вмешался, не давая разгораться возможному спору:

— Вик, Ал, кристаллы из фиксаторов утром сдадите на расшифровку. Может, на записи будет лучше видно девушек. И вообще то, что произошло. На моей памяти никто еще так не исчезал — не дирижабль же его забрал…

Вик прикрыла глаза, отвлекаясь от разговоров и шума ночного города. Она старательно принюхивалась, пытаясь найти след Лео. Перед плотно сжатыми веками ярко вспыхнул кипенный шар. Почему-то вспомнились сказки из библиотеки и то, что называлось то звездным шаром, то бусиной. След Лео вкусно пахнул в воздухе, зовя за собой. На миг показалось, что на четырех лапах, заметая хвостом свои следы, она легко уйдет от надоедливых мужчин, задушивших её своей ненужной заботой.

Новый, яркий мир манил её, обещая раскрыть все свои тайны. Да, тут он невзрачен, мертв и потому зол, но чуть дальше… Стоит только позволить стать самой собой, и он откроется ей, совсем другой. На четырех лапах его легко настигнуть — иной мир, где живо все, где ками ждут её и рады приветствовать.

Вик резко открыла глаза — ей такое ни к чему. Она не хочет стать лисой.

След Лео растаял в воздухе, сворачивая в темный проулок в сторону горы.

Брок спешно поймал Вик за руку, с силой сжимая её пальцы — почему-то в его глазах плескался неприкрытый ужас:

— Знаешь, Вики, мне так страшно стало за тебя. Словно еще чуть-чуть, и ты… — он недоговорил, теряясь в словах.

Алистер веско заметил, не поддерживая Брока и странно меняя тему:

— Лео — сильный парень. Он в состоянии позаботиться о себе этой ночью. Мы найдем его, Виктория. Не стоит… — он тоже неожиданно запутался в словах. Оборотней не бывает. Это сказки. Только эта сказка чуть не стала реальностью — Алистер готов был поклясться, что видел тень от лисьего хвоста на брусчатке. И принадлежал этот хвост Вик.

Она потерла висок, вспоминая предостережение Каеде. Как-то питаться человеческими сердцами или печенью, или даже кровью, как вампир, её не прельщало. Могущество могуществом, но становиться убийцей ради него Вик не собиралась.

— Лео направился туда, в проулок, — сказала она наконец. — Дальше я его след не вижу. И… Пожалуй, мне пора домой.

Брок с облегчением выдохнул:

— Хорошо. Я сейчас тебя провожу до паробуса. Если что-то узнаем, найдем, отыщем Лео — мы телефонируем вам домой. В конце концов комиссар должен быть в курсе происходящего.

— Да, — согласилась с ним Вик.

— Отдыхай, — Брок предложил ей руку.

— Мне еще допрос лоа нужно провести, — призналась Вик, заставляя Брока скрежетать зубами:

— Вики, а ты вообще умеешь болеть?

Она с улыбкой заглянула ему в лицо:

— А ты?

— Я старательно этому учусь.

— Я тоже буду учиться, — постаралась его утешить Вик. Не получилось — это было заметно по сошедшимся на переносице бровям Брока.

Глава 26 День третий. Лоа-ребенок

Вик, вспоминая в какой части города побывала, старательно почистила обувь о декроттуар прежде, чем подниматься по ступенькам крыльца. Дверь тут же открылась — Джон ждал прихода хозяйки. Вик замерла на миг на крыльце, рассматривая мирную, хорошо освещенную улицу и уходящие прочь дома Аквилиты. Ветряные горы темным абрисом вырастали вдалеке — отсюда и не разглядишь мелкие огоньки домов, улиц, фабрик, окружающих их трущоб. Где-то там сейчас Брок и Алистер, где-то там все осы, где-то там напуганный случившимся Лео, где-то там нерисса Идо, готовящая своих воспитанниц к судьбе воровок или стрекоз, где-то там лишившиеся крова, но пока еще не готовые опускаться рабочие и их семьи… Вик обвела взглядом весь город и впервые четко осознала, что это все её земли, это все — её ответственность. Её и Эвана, конечно. И как важно сейчас найти Шутника, и как важно расследовать дело о руке удачи, так и важно помнить, что её обязанности гораздо, гораздо шире, чем служба в полиции. Перед глазами