Рыжий и черный - Татьяна Лаас

Университета — за его стенами действует закон, и его нарушать нельзя.

Лиз тихо, щекоча дыханием его шею, рассмеялась:

— Я не буду тебя позорить.

— Договорились, Лиз. Спи, моя девочка, спи, я послежу за тобой…

— Хорошо… — пробормотала она, чуть поправляя позу и замечая: — Грег… А я могу руками двигать… Сама!

Он приподнялся на локте, заглядывая ей в лицо:

— Лиз?

Она осторожно сама приподняла руку, кладя ладонь ему на щеку:

— Небеса, Грег, ты такой колючий…

— Побриться? — тут же предложил он.

— Поцелуй! — подсказала она.

Грег пробормотал:

— Это совсем нелогично… — он осторожно склонился в поцелуе, ловя её губы и отдавая через усилившийся родничок все свое тепло и любовь.

Глава 25 День третий. Нежить и мертвый мир

Одли по второму кругу обошел расщепленную нелиду, внимательно ища на подмерзшем к ночи снегу следы, которых не было. Только мелкий лисий нарыск вился вокруг дерева и отпечатки ног констебля Нельсона, обнаружившего новый труп, и все. Вот же гадость! Кто им в этот раз противостоит? Кто настолько ловкий, что не оставляет следов?

Одли подошел к дереву, положил руку на ствол, пытаясь почувствовать чужой эфир. На дереве должны были остаться следы убийцы — это не воздух, в котором все легко растворяется. Ничего. Тишина. Только слышно, как мнется в стороне волнующийся Нельсон, да крадется, шурша низкими ветвями нелиды, лиса. И далеко, совсем далеко на краю восприятия чей-то плач…

Нельсон переступил ногами — лед под его ногами захрустел, сбивая с настроя.

Одли не выдержал:

— Нельсон, отойди подальше!

— Да, серж… Инспектор! — констебль, вздыхая, поплелся обратно, бурча себе под нос, что не отворачивался ни на миг.

— И тише, не слон же! — пробурчал недовольный Одли, снова пытаясь услышать детский плач. Инспектор стащил с себя шерстяные перчатки, прислонил обе ладони к шершавой, темно-коричневой при свете магического светляка коре. — Ну же… Пожалуйста… Ответь…

Кончики пальцев принялся колоть приближающийся с ночью морозец. Где-то тявкнула лиса. Зашевелились, захлопали крыльями вороны, пытаясь сорваться в небеса и устроить грай. Лиса снова тявкнула, и вороны замерли, нахохлившись и забыв о небесах. Снова стало тихо.

— Ну же… Где ты…

Одли сам не знал, кого зовет. Он искал чужой эфир, эфир той твари, что прячет здесь трупы убитых, но в ответ прозвучал лишь детский всхлип.

— Пожалуйста…

По ушам ударил резкий, беспомощный крик: «Не надо, прошу! Я буду молчать! Я ничего не видела! Прошууууу!» Это было… Странно. Он пытался найти отголоски эфира, а услышал убитую девочку, словно она была еще жива. Возможно, она стала призраком, как когда-то Полли. Одли снова сосредоточился, но больше, как не вслушивался, он ничего не смог обнаружить или расслышать. В голень кто-то ткнулся, и мужчина машинально дернул ногой, откидывая в сторону любопытную лисицу. Та обиженно села в стороне, лапкой потерла нос и громко тявкнула, словно подавая команду воронам — те стремглав взлетели в черные, затянутые облаками небеса, и устроили ор, круг за кругом наворачивая над горой.

Одли от неожиданности выругался:

— Твой же дивизион! — Вот-вот должен был приплыть дирижабль с судебным хирургом.

Лиса снова мстительно тявкнула и пошла прочь, перепрыгивая через оставшиеся сугробы. Заметать след она не стала.

Нельсон, стоя на грани света и тьмы, напомнил о себе, разглядывая беснующихся в небе ворон:

— Нескоро успокоятся теперь, — он стоически подавлял в себе желание скрыться под защитой дорожного домика.

Себ с Вальяном, вернувшиеся от катакомб, тоже с опаской посматривали в небеса. Сюрпризов оттуда неслось много, не прицельно, конечно, но все же…

— Чисто, инспектор… — быстро отчитался Себ. — В катакомбах с прошлой ночи никого не было. Только мои и Алистера следы. Ну и лисьи, конечно… Что будем делать?

Одли спешно возводил два щита: один звукопоглощающий от громкого, мешающего сосредоточиться грая, другой — защитный: все мечтают о деньгах, но не до такой же степени — гадила стая дай небеса всем…

— Начнем сами обследование, — решился Одли. — Дирижабль не сможет близко подобраться сюда — явно высадят экспертов поближе к деревне. Раньше начнем — раньше окажемся в теплых постелях.

То, что вернуться в Аквилиту им сегодня не светит, Себ и Вальян уже сами поняли. Придется снова обходить деревни в попытке опознать новый труп.

Нельсон сбегал в дорожную хижину и притащил старый плед:

— Вот, постелить можно заместо мешка… И… — он виновато — помнил еще свой провал с Тома, — посмотрел на Одли: — Вииииин, чем угодно клянусь — не уходил я с поста. Глаз не сводил, а если и сводил на чуток — фиксатор-то не обманешь. Он туточки на дереве висит, усе записывает.

Одли хлопнул его по плечу:

— Расслабься, Нельсон. Сходи, сними фиксатор и поменяй кристалл — я отдам его экспертам на расшифровку. — Он оценивающе посмотрел на худого, невысокого Себа и выбрал плотного, крепко сбитого Вальяна: — подсоби — будем доставать тело из дупла. Все необходимые снимки я уже сделал.

Лиса где-то за пределами защитных плетений злобно зашипела, и вороны как по команде принялись атаковать полицейских, словно пытались пробиться к нелиде — птицы не видят эфир. Одли вспомнил, что и в прошлый раз, когда доставали из дупла тело Игрек-3, рядом крутилась лиса. Надо будет спросить у Вик — значит ли это что-то?

Одли с Вальяном еле достали хрупкое, закоченевшее, легкое тело девочки лет двенадцати, не больше. С него щедро валился мох и древесные щепки. Одежда: теплое шерстяное платье, белоснежный передник, чулки — была мокрой от древесного сока. Ботинки с протертыми до дыр подошвами раскисли. Одли первым делом проверил эфирные каналы трупа — они были выжжены, как и положено. Не нежить, не поднимется.

Себ, помогая уложить тело на плед, не сдержался:

— Слушай, как живая лежит… Словно спит. Лицо вообще не задето трупными изменениями.

Одли сунул пальцы под голову трупа, ощупывая затылок — кости легко ходили под его пальцами:

— Себ, не говори глупостей — мертвее не бывает. Это все холод — он остановил процессы гниения. Только и всего. — А в его голове против его воли снова зазвучал плач девочки. Что за демоново наваждение тут творится?!

Он выпрямился, снова делая снимки тела.

— Так… — Одли посмотрел на явно впечатленного Себа и Вальяна: — Парни, хватит раскисать. Наше дело — найти тварь, убившую её, а не страдать над телом.

Он, сев на корточки, принялся тщательно осматривать труп, надиктовывая на фиксатор:

— Тело Икс-2 в хорошем состоянии, трупное окоченение полное, явных следов насилия нет, одежда не потревожена. На шее… — он приспустил воротничок платья, —