Виват, Романовы! Часть IV - Анна Литаврина

их удивлённым взглядом. Суёт руку в карман пижамы. Извлекает записку. Читает.

Текст записки:

«Отмени крепостное право».

Дверь детской приоткрывается. Заглядывает гувернантка. Саша Николаевич прячет записку.

Гувернантка. О, Ваше Высочество! Всё ли в порядке у вас?

Саша Николаевич (улыбаясь). Ага!

Сцена 65

Курляндская губерния. Митава. Гросс-Экау.

Поместье графа Палена. Заросший, заброшенный сад. Старый граф Пален сидит в кресле-качалке. На маленьком столике разложена шахматная доска. Расставлены шахматы. Граф смотрит в звёздное небо. Тихо вздыхает. Закрывает глаза.

Открывает глаза. Напротив него сидит Павел.

Пален (с улыбкой). А… Павел Петрович… Давно я не видел вас… давно…

Павел (с улыбкой). Пётр Алексеевич! Как поживаете?

Пален. Одиноко… Сами же видите.

Павел. Сыграем, голубчик?

Пален. Отчего не сыграть? Я каждый день ставлю их… ожидаю. Может, придёте…

Играют в шахматы.

Павел. Пётр Алексеевич, я всегда хотел вас спросить… Вот вы не побоялись взять такой грех на душу. Из-за меня. Должно быть, причина была великая.

Пален. Великая, Павел Петрович. Я перед вами виноват. Я это знаю. Но действовал я не из чувства личной неприязни. Не по корысти. Напротив даже, как человек вы всегда мне нравились. Но нужно было думать о России… спасать её!

Павел. Да… Россия! Понимаю. Понимаю и оттого прощаю вас. Ведь и я действовал в интересах России. Как их понимал. Видите, голубчик, как мы с вами похожи? Благими намерениями движимы…

Пален. И правда. Я ошибался лишь в том, что Александр Павлович оказался так же негоден для сей роли великой – быть государем. Он не оправдал ожиданий.

Павел (задумчиво). Пётр Алексеевич, знаете, в чём наш с вами грех? За что перед Богом в ответе?

Пален. За что?

Павел. За гордыню. Мой грех – что я себя всегда правым считал по одной лишь данной Богом мне власти. А вы себя возомнили спасителем государства. Освободителем от тирана. Как будто и вам на то кто-то дал право. Вы, как и я, увязли в гордыне. И оттого вам так плохо, что в этом вы не раскаялись. Хоть у меня и просили прощения.

Пален (тихо). Что же мне делать?

Павел. Покайтесь, голубчик. Раскайтесь в гордыне. Признайте, что в этом вы были неправы. (Шёпотом.) Отдайте корону.

Пален долго молчит. Смотрит на шахматную доску.

Пален. Я не могу… ведь я не из личной корысти… Я для общего блага… Никак по-другому нельзя было… Простите.

Павел вздыхает. Передвигает фигуру.

Павел (встаёт). Вам мат. Прощайте, Пётр Алексеевич. Не увидимся больше… Это последняя партия.

Исчезает. Пален сидит в кресле. Смотрит в небо широко раскрытыми застывшими глазами.

Перекрутка.

Павловск.

Сад. Утро. Марьфёдорна сидит в кресле в саду. Сад утопает в цветочках. На маленьком столике лежит плетёная корзиночка. По саду бегают маленькие Саша Николаевич, Маша Николаевна, Оля Николаевна и Маша Михайловна.

Саша Николаевич подходит к Марьфёдорне. Садится рядом на стульчик.

Саша Николаевич (хитро). Бабушка! А у меня секрет есть! Хотите, я вам расскажу?

Марьфёдорна (улыбается). Конечно, дружок, расскажи свой секрет…

Саша Николаевич (шёпотом). Ко мне приходил дядя-царь! Он прилетел на белой лошадке. И дедушку я видел… Он на чёрной лошадке летел. Только вы никому не говорите! Я только вам рассказал!

Обнимает её. Марьфёдорна улыбается. Гладит его по голове. Даёт ему корзиночку.

Саша Николаевич убегает. Подходит Елена Павловна.

Елена Павловна. Maman, все вас ждут пить чай.

Марьфёдорна. Спасибо, дитя моё, но я не хочу.

Елена Павловна. Быть может, принести вам чай сюда?

Марьфёдорна. Благодарю, не стоит. Я посижу немного здесь. Устала.

Елена Павловна меняется в лице. Бежит в сторону дворца.

Перекрутка.

Сад.

К Марьфёдорне спешат Елена Павловна, Александра Фёдоровна, Михаил и Николай.

Елена Павловна (встревоженно). Она сказала, что устала… она никогда такого о себе не говорила!

Николай. Срочно пошлите за доктором!

Подходят к Марьфёдорне. Встают вокруг. Николай встаёт на одно колено. Взгляд Марьфёдорны направлен в глубь сада. На лице – спокойствие.

Николай берёт её руку.

Николай. Матушка! Вы меня слышите?

Марьфёдорна медленно поворачивается к нему. Удивлённо смотрит на всех.

Марьфёдорна. О… как я счастлива… дети мои… вы все здесь?

Михаил (испуганно). Матушка, что с вами?

Марьфёдорна. Ничего… Со мной всё хорошо.

Николай (гладит её руку). Матушка… вы устали?

Марьфёдорна (тихо). Теперь… пора…

Перекрутка.

Монбельяр. Этюп.

Закат. Сад. Юная Марьфёдорна в белом платье идёт по саду. В центре сада, увитая белыми колокольчиками, стоит беседка. В беседке, спиной к ней, сидит молодой человек в парике.

Марьфёдорна подходит к беседке. Молодой человек поворачивается к ней лицом. Улыбается. Снимает парик.

Марьфёдорна. Пауль…

Павел (протягивая ей руку). Мари!

Берутся за руки. Садятся рядом. Смотрят друга на друга. Улыбаются.

Марьфёдорна. Ты видишь! Я сдержала слово… Помнишь, я тебе обещала… И я любила… и всегда была тебе преданна! Даже если я не всегда была права… Ты ведь меня простил?

Павел. Я простил, ангел мой… и я знаю! И ты сама знаешь, как я тебя любил и как был привязан. Смотри… (Показывает на следы от верёвок на запястьях.) Вот, даже следы остались!

Марьфёдорна (сокрушённо). Ой, кажется, слишком сильно затянуто было… Прости!

Павел. Не страшно! Мари! Я ведь всё равно бы к кому-то должен был привязаться. И я счастлив, что привязался к тебе! К такой хорошей, как ты…

Обнимаются.

Марьфёдорна. Ты помнишь этот сад? Он был виден из окна моей комнаты в родительском доме.

Павел. Конечно, я помню. Мы были так счастливы там… Ты, я и пироги твоей матушки… Я даже хотел там остаться.

Марьфёдорна. Ах, не плачь! (Вытирает ему слёзы.) Всё хорошо! Мы снова здесь! Мы снова вместе!

Павел. Да… такое счастье! Давай останемся тут!

Марьфёдорна. Да. Теперь можно. Мы ТАМ больше не нужны.

Павел обнимает её за талию. Притягивает к себе. Касается губами щеки.

Марьфёдорна (шёпотом). Ах, Пауль… скажи что-нибудь загадочное… Я так люблю, когда ты говоришь… А я ничего не понимаю…

Павел задумывается, говорит на старославянском.

Марьфёдорна (в восторге). Ах! А что ты сказал?

Павел (берёт её лицо в ладони). Машенька… Твои глаза… они такие голубые и ясные, как весеннее небо…

Целует её.

Перекрутка.

Павловск.

Сад. Николай встаёт. Отпускает руку Марьфёдорны. Все смотрят на Николая.

Николай (сдавленно). Матушки больше нет…

Перекрутка.

Санкт-Петербург. Грузино.

Дом графа