Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

своему полку. Ускоренное формирование резервных частей не дала возможности сделать из них полноценный военный материал. Проблема дисциплины стала главной проблемой среди мобилизованных, у которых слишком требовательные командиры вызывали дружную ненависть. Даже через три десятилетия после окончания войны эти проблемы сохранялись. Секретный меморандум, подготовленный ЦРУ во время операций против партизан Че Гевары, очень критически отзывался о состоянии боливийских вооруженных сил. Даже кадровые солдаты постоянно демонстрировали свою неумелость, агрессивно вели себя по отношению к гражданскому населению, терроризировали горожан, приставали к женщинам и в целом производили очень неблагоприятное впечатление.

Г.Кундт, приложивший немало усилий для укрепления дисциплины, не мог скрыть изумления и разочарования поведением кадровых солдат, искренне любивших его: «Марш продемонстрировал полное отсутствие твердой дисциплины; несмотря на лично прилагаемые мной усилия, я не мог прекратить вылазок своих людей за водой или за тем, что им приходило в голову», – докладывал своему командиру один из немецких офицеров. Действуя драконовскими методами, военной полиции удалось навести в войсках некоторый, но далеко не полный порядок. В 1933 году офицер, посылавший своего солдата по какой-то надобности снабжал его уведомлением. Всякий отставший от своего полка, не имеющий такой бумаги, немедленно арестовывался полицией и подлежал отправке в стрелковую цепь. Однако, при малейшей панике порядок рассыпался и требовались энергичные меры для его восстановления.

Анализируя своих подчиненных, немецкий генерал считал их идеально подходящими для достижения цели: исполнительными, неприхотливыми, храбрыми и выносливыми. Вместе с тем, им не хватало главного качества немецкого солдата – инициативы на поле боя. Этой же болезнью страдал и офицерский корпус. Очень существенным недостатком боливийской армии было противопоставление офицеров-креолов рекрутам-индейцам, что сильно снижало боевой дух. Оно усугублялось на языковом уровне: многие новобранцы не знали испанского, а офицеры считали знание языков кечуа и аймара, которые были родными для многих солдат, ниже своего достоинства. Впоследствии это сказалось на боевом духе войск и привело к ошибкам и поражениям. Если индейца можно было призвать в армию и гнать в бой из-под палки, то чоло старались всячески увильнуть от военной службы. Отчёт боливийского Генерального Штаба приводит следующие данные. За время войны от мобилизации уклонились 21576 человек «по болезни», ещё 15000 человек скрылись за границей, а 9000 дезертировали. Ещё одним недостатком, сильно отразившемся на качестве боливийских пополнений, был очень низкий образовательный уровень призывников, который усугублялся военной безграмотностью значительной части офицерского корпуса. Кроме этого не на высоте оказался и унтер-офицерский корпус. Подготовка младших командиров осуществлялась в школе сержантов и окружных учебных командах, куда отбирались чоло со средним образованием и лучшие солдаты за отличное знание службы. Поскольку последние составляли цвет армии, их направляли в сержантскую школу в Ла-Пасе. Кроме того, было установлено производство достойных солдат в унтер-офицеры за боевые отличия.

В 1932 году в стране действовали два учебных заведения подготовки офицеров: Военный колледж, где обучались 140 кадетов, и курсы офицеров запаса. Боливийский командир выходил из военной школы совершенно неподготовленным к какой-либо работе со своим взводом. Он еще мог в мирное время обучать своих солдат строевым и ружейным приемам, движению в колонне и развертыванию в густую цепь. Однако в боевых условиях этого было явно недостаточно. Для пополнения офицерского корпуса во время войны были установлены следующие требования. От кандидата требовалось:

– общеобразовательный ценз;

– обязательное предварительное пребывание в строю (от 3 месяцев до года).

Независимо от рода войск кандидаты, удовлетворявшие этим условиям, направлялись на курсы подготовки офицеров В Ла-Пасе. На них облегчался доступ заслуженным сержантам, но для них устанавливался более продолжительный срок обучения в отношении общего образования. Длительность пребывания на этих курсах колебалась от 6 недель до трех месяцев для пехоты и от 3 до 10 месяцев для остальных родов войск. Она зависела не только от уровня знаний кадетов, но и срока их пребывания в армии. В последний год войны характерным признаком обучения в школе было преобладание практики над теорией. По окончании обучения кадеты выпускались в чине альфереса на должности командира взвода. Для дальнейшего роста офицеры ускоренных выпусков должны были командироваться в Военную Школу на краткосрочные курсы усовершенствования офицерского состава.

Политизация офицеров сильно сказывалась на всех уровнях командования. Она порождала патронаж– протекционизм и имела чрезвычайно негативные последствия в области управления войсками (например, «раздувание» штабов различного уровня). Вследствие этого офицерский корпус превратился в замкнутую корпорацию, отличавшуюся политическим ретроградством и жестким консерватизмом. Наименее политизированной и наиболее образованной его частью были артиллеристы. Это объяснялось тем, что этот род войск оказался за бортом политики, поскольку роске было важно количество штыков и сабель, находящихся в распоряжении ее сторонников. Высокий профессиональный уровень привел к тому, что многие из артиллеристских офицеров во время конфликтов быстро росли в должности, перескакивая с командования батареей на общевойсковые соединения. Вследствие этого они не успевали передать свой опыт преемникам. Такой отбор кадров породил ряд специфических черт, которые негативно отразились на слаженности военной машины.

Классическими недостатками офицерского корпуса Боливии были:

– порожденные образом жизни креольской элиты пассивность и неспособность к длительному напряжению воли, беспечность и небрежность, сильно развитая способность к критике и излишняя болтливость;

– отсутствие гражданской дисциплины, подмененной корпоративностью;

– отсутствие солидарности и взаимное недоверие, вызванное интригами в офицерской среде;

– нервозность на поле боя, вызванное военной безграмотностью.

Несмотря на личную храбрость, многие офицеры терялись в сложных обстоятельствах и быстро падали духом. Часто старшие начальники старались избежать ответственности и риска. Эти изъяны их характера были незаметны в мирное время, но рано или поздно проявились на фронте. Решительность, самоуверенность и предприимчивость в бою были присущи только небольшой группе офицеров, ставших героями войны. (Б.Риоха, Д.Торо, Г.Буш).

Неплохое состояние боливийского бюджета позволяло стимулировать офицерский корпус. Денежное довольствие командиров строилось по немецкому образцу, где оклад назначался за выслугу и занимаемую должность. В соответствии с этим правилом любой военнослужащий получал основной оклад и доплату за командование. Кроме того, существовали доплаты за семейное положение и выслугу лет, ранения и пребывание в зоне боевых действий. Это позволяло поднять заработок офицера еще в полтора раза, что обеспечивало достаточно высокий для боливийского общества жизненный стандарт. Чтобы заручиться поддержкой армии Э.Силес накануне Великого кризиса установил следующие ставки месячного оклада офицеров (в золотых боливиано): у альфереса – 150, младшего лейтенанта – 200, лейтенанта – 230, капитана – 280, майора – 330, подполковника – 430, полковника – 500, а генерала – 600. Несмотря на то, что жалование было в два раза ниже европейского, оно было чрезвычайно высоко для Латинской Америки. Выплаты солдатам и сержантам