Золотая клетка - Юй Сы

застонал он, с трудом поднимая руку, чтобы приложить ее к голове. – Эй… – слабо сказал он. Прочистив горло, он позвал чуть громче: – Эй! – Он приподнялся на локтях и осмотрелся – он и вправду лежал на сиденье в небольшой повозке.

Полог спереди отодвинулся в сторону, и на него уставились два человека.

– О, ты наконец-то очнулся. – В голосе девушки слышалось облегчение.

Шан Юй со стоном попытался сесть.

– Ну, осторожнее! – недовольно произнесла Мин Сянь. – Чжоу Су, подожди, затормози. Ну вот, я так и знала, что он не будет лежать спокойно, когда очнется. А нам еще час ехать до города.

– Ваше Величество! – выдохнул Шан Юй, хватая ее за руку, когда Мин Сянь забралась внутрь и уселась рядом с ним за неимением другого места. – Что? Что происходит?.. Почему я жив? Ваше Величество…

Мин Сянь весело посмотрела на него.

– Чжоу Су, ты выиграл спор, – крикнула она, оборачиваясь ко входу в повозку. Она приподнялась, подкладывая под спину мужчины подушку, чтобы тот мог полусидеть. Полог отодвинулся в сторону, и Шан Юй увидел старого евнуха.

– Добро пожаловать обратно в мир живых, – кивнул ему евнух Чжоу и отпустил полог. В повозке снова остались они вдвоем: ничего не понимающий Шан Юй и Мин Сянь, которая загадочно улыбалась.

– Что происходит, Ваше Величество? – спросил Шан Юй, во все глаза глядя на императрицу. Первый шок прошел, и он стал замечать, что императрица не в своих обычных золотых одеждах, а в скромном светло-голубом халате, ее волосы наполовину забраны в простую петлю, а остальные черные пряди рассыпались по плечам. Она выглядела свежее, как будто моложе и намного более расслабленной.

– Во-первых, – поморщилась Мин Сянь, – ты можешь звать меня Ваше Высочество, если хочешь, но я предпочту Мин Сянь. Или Цюйцинь. Или… – Шан Юй с изумлением увидел, как лицо девушки заливает краска, – нет, про это забудь. Мин Сянь будет достаточно. Во-вторых, я больше не императрица. Я отреклась от трона. Теперь я гунчжу Тэцзинь[76]. Так что тебе нет нужды столь блюсти этикет со мной.

– Что… Что?!. – Шан Юй потерял дар речи. Он продолжал держать Мин Сянь за руку, словно опасаясь, что если отпустит, все это окажется просто прекрасным сном и он очнется на Мосту беспомощности[77]. Мин Сянь рассмеялась – и это поразило великого советника больше всего того, что было сказано ранее. Уже столько лет он не видел, как смеется Цюйцинь – даже улыбка была редкостью.

– Это так забавно, – губы девушки изогнулись в улыбке.

– Я умер? – глупо спросил Шан Юй. – И Ваше Величест… Ваше Высочество тоже умерли?

– Нет, мы живы. Но ты вот точно «умер», – весело сказала Мин Сянь. Она взяла мех с водой и протянула Шан Юю, придерживая, пока тот пил. Тот был еще слаб, только его железная хватка на запястье Мин Сянь напоминала о его реальной силе. Новоиспеченная старшая принцесса спрятала улыбку и, решив больше не мучить его, рассказала все по порядку.

С тех пор как Шан Юй «умер», прошло чуть больше недели. Его тело из-за совершенного преступления не было передано его отцу, а официально сожжено, и прах развеян. Настоящее же тело было тайно перемещено в императорский дворец до окончания расследования. Как только все дела были завершены, Цюйцинь с Чжоу Су вывезли его из столицы.

– То, что ты выпил, было не ядом. – Мин Сянь сглотнула, вспоминая ту сцену – вид «умирающего» Шан Юя все еще снился ей в кошмарах, хотя это и не было правдой и она знала это. Но знать – одно, а видеть своими глазами, как человек в ее объятиях закатывает глаза и перестает двигаться, – совсем другое. – Это «Суп Мэнпо», особый порошок, изготавливаемый только в империи Ци. Он позволяет человеку стать мертвецом на десять дней – даже сердцебиения не слышно. Ни один лекарь не сможет опознать, что человек жив. «Суп Мэнпо» потому так и называется, что человек буквально воскресает из мертвых и получает новую жизнь…

– Почему же ты… дала его мне?

– Что за глупый вопрос! – разозлилась Мин Сянь, вызволив ладонь и ударив по тянущейся к ней руке. – Чжоу Су, останавливайся, давай выкинем этого идиота из повозки, он задает ужасно дурацкие вопросы!

Послышался смех евнуха, приглушенный пологом, но повозка не остановилась. Шан Юй посмотрел в красное лицо девушки и улыбнулся. Действительно, глупый вопрос.

– То есть официально я умер? Тогда что насчет отречения от трона? Зачем ты это сделала? Кто теперь правит империей? – У воскресшего великого советника было множество вопросов.

– Я должна была дать империи утешение и заверение, что все наладится. Ты был слишком… страшной фигурой при дворе. Как и Вэй Шаопу. Теперь вас обоих нет, и больше некому угрожать чиновникам при дворе. У них все наладится. В знак стыда перед Поднебесной за трон, полученный нечестным путем, я отреклась от власти в пользу Цзи Хэ, который отказался от циского подданства и был официально назначен моим преемником и включен в генеалогию династии Мин. Мы давно к этому готовились, поэтому все прошло гладко, как по шелку.

– Мы? – Шан Юй поднял брови.

– Да, я, старшая сестра и матушка Шуан. Думаешь, я смогла бы провернуть все это в одиночку? – спросила Мин Сянь.

Она медленно и последовательно рассказала все Шан Юю: о том, что с момента казни наследного принца она долгое время пребывала в ужасном унынии, но затем поняла, что вечно так продолжаться не может и она должна отомстить. Она хотела восстановить справедливость и найти истинных преступников, но не могла, поскольку тогда была совершенно бесполезна и никому не могла доверять (Шан Юй на этих словах вцепился в ее руку, как утопающий), к тому же у нее не было верных людей. Ее окружали только люди министра Вэя. Она связалась с бывшей наложницей Шуан, и они вдвоем разработали план. Но им нужны были люди. Одна монахиня и одна марионетка мало что могли раскопать. Они располагали только догадками, кто истинный виновник, но не имели доказательств. Поэтому она написала сестре – единственному человеку, которому могла доверять, и попросила помощи. В конце концов, пусть их отношения и никогда не были тесными, но она верила ей больше, чем матушке, дорвавшейся до власти. Сначала Мин Сюнь не хотела помогать, поскольку ее действия могли навредить клану Вэй, но Мин Сянь предложила ей то, от чего императрица Ци не могла отказаться: она сказала, что передаст трон ее второму сыну, которому точно не светило место императора в империи Ци. Сестра согласилась.

Спустя несколько лет переписки они начали подготовку. Мин Сюнь выделила ей отряд невидимок – особую боевую единицу империи Ци, которые стали ее ушами и глазами, а