Золотая клетка - Юй Сы

вам-то это должно быть хорошо известно: – бросил Ян Лэй, а потом повернулся к императрице. – Ваше Величество, если мои слова показались вам правдивыми, прошу вас, откройте дело наследного принца и восстановите для него справедливость! Накажите истинного преступника!

– Уповаем на мудрость Вашего Величества! – Матушка Шуан и Хуа Фэй тоже опустились на колени, простираясь вперед. Цзи Хэ и Ши Гуань сделали то же самое.

– Ваше Величество, откройте дело наследного принца! – неожиданный возглас сбоку заставил чиновников обернуться. Министр Цао опустился на колени, простираясь в поклоне. Чиновники его Министерства сделали то же самое. Шан Цзянь с диким взглядом бухнулся на колени и сложил руки перед собой.

– Накажите преступника, Ваше Величество! – воскликнул он низким клокочущим голосом. Его сын приподнял брови, глядя на отца.

– Ваше Величество, откройте дело наследного принца, – наконец сказал Шан Юй, глядя на фигуру императрицы на троне. Он медленно опустился на колени, склоняясь в поклоне. Его сторонники один за другим последовали за ним, повторяя те же самые слова. Наконец, кроме последователей Вэй Шаопу, все остальные просили за наследника. Шан Юй, глядя в пол перед собой, стиснул зубы: эта девушка столь многое скрывала от него, развернула целую подпольную войну по свержению дяди, но ни разу не попросила о помощи…

– Ха-ха-ха-ха! – раздался громогласный смех. Чиновники изумленно подняли глаза – Вэй Шаопу, запрокинув голову назад, хохотал – громко и истерично. – Ваше Величество! Тысяча лет императрице! Славься мудрость императрицы! – Он, казалось, потерял над собой контроль, продолжая смеяться.

– Стража, – послышался тихий оклик императрицы. Чжоу Су повысил голос, повторяя ее слова. – Увести министра Вэя. Он будет дожидаться суда в императорской темнице, пока Мы не проверим все доказательства.

– Да здравствует императрица! Да здравствует империя! – кричал министр Вэй, пока его волокли под руки прочь из зала собраний. – Шан Юй, не думай, что ты устоишь! Мин Сянь, это еще не конец!

Столь грубое нарушение этикета заставило многих в страхе вздрогнуть. Они смотрели, как могущественного правого министра, заправлявшего двором, утаскивают под локти, как какого-то преступника. Все придворные в страхе воззрились на фигуру на троне – никогда еще Мин Сянь не внушала людям такого трепета, как сегодня. Та вцепилась в подлокотники, глядя на людей внизу, которые попадали на колени, склоняясь перед ней. Она должна была чувствовать облегчение и радость – наконец-то она добилась справедливости для братьев. Столько лет она жила с грузом вины, столько лет она плела эту сеть, выискивая сторонников во вражеском стане.

Но она не чувствовала ничего, кроме огромного чувства вины и усталости. И боли где-то в районе сердца.

Глава 34

Первые лучи солнца после грозы

Невероятный скандал потряс столицу. Чиновники, расходясь с утреннего собрания, разносили весть о свержении правого министра, как крысы – заразу. Вся столица бурлила, переваривая новости, и вместе с ней все громче звучали голоса:

– Какое гнусное преступление! Замыслить убийство двух принцев! Еще ни один чиновник никогда не был столь недостоин своего места!

– Верно-верно, Вэй Шаопу – гнусный, подлый изменник. И этот человек заведовал казной – представьте, сколько он украл за эти годы?

– Министр Вэй, конечно, пошел против законов Неба, но ведь он делал это ради того, чтобы посадить собственную племянницу на трон! Императрица наверняка тоже в этом замешана.

– Как знать, мы никогда не узнаем правды – все скрыто за стенами дворца. Может быть, императрица решила избавиться от дяди, потому что тот стал слишком мешать. В конце концов, она столько лет жила под его контролем.

– Да без помощи министра Вэя она бы никогда и не села на трон!

– Тоже верно…

– Императорская семья – поистине осиное гнездо… А вы слышали, что ход делу дал Второй принц империи Ци?

– Точно, ему всего тринадцать лет, а он уже такой смышленый. И смелый – приехать в чужую страну, чтобы добиться справедливости ради своих дядей! А наша императрица так бы и сидела под гнетом министра Вэя, не делая попыток вырваться на свободу и взять власть в свои руки!

– Верно-верно, но хотя бы при министре Вэе все было стабильно. Теперь, когда его нет, кто знает, как императрица будет управлять страной…

– Ох-х, хорошо хоть Чжао Тая, этого старого мерзавца, наконец-то сместили. Новый верховный цензор – именно тот, кто раскрыл все это дело. В одиночку! Представляете?

– Невероятный талант. Теперь чиновники не посмеют своевольничать – с таким-то Цензоратом!

– Может быть, изменения эти и к лучшему…

– Кто знает, кто знает…

* * *

Мин Сянь сидела в темной камере напротив Вэй Шаопу. Между ними находился столик, на котором стояли кувшин с вином и одна чаша. Вэй Шаопу улыбнулся.

– Никогда не думал, что Ваше Величество однажды так вырастет, – сказал он.

– Вашими заботами, дядюшка, – равнодушно отозвалась она. Ее лицо было спокойным, а фигура расслабленной.

– Но вы здесь не для того, чтобы обмениваться со мной любезностями, – сказал бывший министр. Даже в темнице он все еще выглядел так, словно держит всю ситуацию под контролем. В его злой усмешке было что-то, что заставляло сердце Мин Сянь ускорять свой ход.

– Не за этим, – согласилась она, сохраняя внешне беззаботный вид. Она настолько привыкла к этой маске, что теперь вряд ли когда-нибудь избавится от нее.

– Вы раскрыли дело. Нашли доказательства и даже сделали так, чтобы ваш дядюшка ни о чем не узнал. Я впечатлен. – Министр Вэй склонился в насмешливом поклоне.

– Не стоит, не стоит, Мы учились у лучших, – вернула ему насмешку императрица, холодно растягивая губы.

– Что вы собираетесь делать с вдовствующей императрицей? – спросил Вэй Шаопу.

– Думаю, матушке пора отдохнуть от столицы. Мы отправим ее в храм при императорской усыпальнице, чтобы она могла поразмыслить над своими ошибками, – сказала Мин Сянь. Она никогда не думала строго наказывать мать или лишать ее титула – это бы полностью уничтожило женщину. Но осадить ее следовало – все-таки по вине своего брата и собственных заносчивости и честолюбия она оказалась во всем этом замешана.

– Императрица воистину милосердна, – усмехнулся Вэй Шаопу. – Позвольте дать вам совет: никогда не проявляйте милосердия к врагам. Потому что они не будут милосердны к вам.

– Безжалостный совет от брата Нашей матушки, – произнесла Мин Сянь. Ее это не удивляло – министр Вэй был безжалостным, иначе он бы не взлетел так высоко. Но чем выше оказываешься, тем больнее падать. – Что вы хотели нам рассказать?

– О, – улыбнулся Вэй Шаопу, словно предвкушая что-то приятное. – Этот осужденный министр хотел признаться еще в одном преступлении.

Мин Сянь приподняла брови:

– Неужели списка ваших злодеяний недостаточно для смертной казни?

– О, я лишь хотел облегчить душу перед смертью. – Улыбка стала еще неприятнее. Императрица почувствовала, как сильнее забилось сердце. – Я хотел признаться в том, как вынудил покойную императрицу Чжэнь и великого наставника подписать признания. Однако… – он сделал паузу, – я действовал не своими руками.