Пари (сборник) - Лиля Брынза

Вы наверняка уже поняли, что пернатый знакомый феечки служил тем самым Аистом, ответственным за раздачу малышей. И, казалось бы, что тут сложного? Принимай заказ, насыпай в корзинку разных младенцев и разноси по указанным городам, деревням. А там мамы и папы примут ребеночка, попрыгают минутку-другую на радостях, распишутся в специальной квитанции, что претензий нет, и дело сделано!

Только ведь Аист – всего лишь птица, и весьма, кстати, пожилая… Задумается в пути, бывает, или где углядит жирного червячка – и всё! Ищи-свищи потом документы. Хорошо еще, что младенцы крепко-накрепко к длинной шее привязаны, а то бы и их растерял! Растяпа! Если бы вместо Аиста на доставке детишек работала, к примеру, овчарка – таких неприятностей не случалось бы. Или, скажем, кот – тоже во всех отношениях серьезный господин.

Но так уж вышло, что испокон веков младенцев по домам носили аисты. И менять что-нибудь сейчас уже поздно. Вот и получается время от времени, что вроде и мамы с папами уже колясочку купили, и девочки с мальчиками сопят в плетенке, а адрес пропал… Ужасно! И как же всё-таки здорово, что есть феи! Для таких случаев они как раз подходят.

Чтобы вы совсем поняли, о чем речь, объясняю. Феечки, даже самые крошечные, даже самые-самые ленивые и неряшливые (к сожалению, бывают и такие), умеют слушать материнские сердца. И если где-нибудь какая-нибудь мамочка сидит у окошка и ждет не дождется своего малыша, а Аист заблудился, феечка обязательно услышит.

– Видите, вон, где свет горит? – Аня подлетела поближе к высокому зданию и показала пальчиком на уставленный геранями балкон. Между горшками туда-сюда сновала крупная белая крыса. Птичьи ноги в красных чулках коснулись желтого кафеля, и Аист приземлился, точнее сказать, прибалконился.

– Наконец-то! – Крыса облегченно вздохнула. – Уже три дня встречаю, а вас всё нет и нет… В доме сплошной бардак. Хозяева с ума сходят. Выкладывайте скорее!

Аист, слепо щурясь, осторожно выцепил клювом агукающий кулек.

– Расписываться вы будете? Принимайте!

– Да нет же! Нет! Другая… Рыженькая… Разве не видите? – Аня присела на табуреточку. Крыса кивнула, здороваясь, и внимательно оглядела пухленькую малышку.

– Угу. Это наша, – и, подмахнув хвостом квиток, ехидно добавила: – Слава богу, крысятами не вы занимаетесь. Спасибо, дражайшая фея.

Аня даже покраснела, но сделала аккуратный реверанс. Аист неуклюже топтался, покашливая многозначительно. Напрашивался на благодарность, но, увы, так и не получил ничего, кроме презрительного «фи».

– Давайте поспешим, Аист, – затрепетали крылышки-радуги. – Надо торопиться. А я пока слышу только три сердца. Боюсь, с последним ребёнком придется лететь куда-то очень далеко. Хорошо бы успеть к ужину.

Корзинка стала чуть легче, и до следующего дома им удалось домчаться всего лишь за час. И вовремя! Бедный папа рвал на себе волосы, бабушки и дедушки пили валерьянку вместо чая, метался по двору взволнованный брат. Про мамочку и говорить нечего! Сердце ее плакало так сильно, что у феечки даже заболел живот.

– Скорее! Скорее! – шептала она. – Здесь очень нужна девочка. Ее ждут давным-давно. Как нехорошо получилось! Уф! Успели…

Спрятавшись за трубой, белокурая крылатая кроха и большущая птица с чуть глуповатым выражением лица смотрели, как счастливая мама прижимает к груди дочку.

– Так. Теперь быстренько на север. Потом на юго-восток, а потом… – Феечка замерла, прислушалась… Нахмурилась. – Не бормочите под нос, Аист. Я не слышу… Ладно. Посмотрим. Когда же вы станете собранным! Из-за вашей рассеянности и происходят подобные неприятности.

Аист понурился, но крыльями продолжал размахивать равномерно, стараясь не потревожить спящую под его пузом троицу.

В далеком северном городе была ночь. Оцарапав плечико о звезду, Аня даже не пискнула – она была очень отважной феечкой. По зову сердца, как по золотой ниточке, добрались друзья к родителям лопоухой и кудрявой плаксы. Уткнулась темноглазая кудряшка в мамино плечо и засмеялась беззубо и весело. А вместе с ней смеялась и наша феечка, словно бубенчики хрустальные звенели. На юго-востоке оказались уже ближе к вечеру. И, уложив еще одну кроху на кружевные пеленки, друзья переглянулись…

– Куда теперь? – Аист тяжело дышал. Все-таки таскаться вот так из конца в конец – задача не из легких.

Аня тоже замучилась, но виду не подавала. Ее гораздо больше огорчало другое. Как ни прикладывала феечка ушко к облакам (а известно, что так сердца слышно лучше всего), как ни всматривалась в глаза спешащих по улицам женщин, не слышала она ни одного знакомого стука, не видела ни одного по-особенному теплого взгляда.

– Не знаю! Не знаю! – Аня даже топнула ногой и чуть было не перевернулась вверх тормашками – забыла, что не стоит на земле, как положено девочкам, а висит в воздухе. – Давайте еще немножко поищем, а потом… Потом как обычно – к нам, в волшебный домик. Ну какой же вы рассеянный, господин Аист. Просто невозможно!

Они искали день, и еще день, и еще неделю. Млечный Путь совсем запылился, ведь, кроме Ани, некому было его подмести. Хорошо еще Анины подружки удосужились нарвать одуванчиков для солнечных зайцев. И разумеется, никто, ну абсолютно никто не перекрасил крышу. А в следующий понедельник Аня вздохнула и приняла решение возвращаться домой…

– Конечно, очень печально, что это мальчик. Но, как мы смогли убедиться, весьма послушный и совсем не капризный. Надо сообщить нянечке, чтобы приготовила в спальне для мальчиков еще одну кроватку. Одним чародеем станет больше…

К сожалению, так бывает. Очень редко, но бывает. И адрес пропал, и сердца не слыхать. А знаете, почему? Потому что порой мамино сердечко так устает звать малыша, что у него, у сердца, срывается голос. И уже просто не получается кричать изо всех сил, громко-громко. Шепчет, бедное, хрипит, а феечка не слышит… Феечка ведь тоже человек. Даже не просто человек, а маленькая девочка. И если вы хорошенько подумаете, то догадаетесь, что когда-то и она спала в корзине забывчивого Аиста. Впрочем, вы, наверное, уже и сами догадались.

– Извините, – Аист втянул голову в плечи, – бывает. Я ведь довольно пожилая птица. А тут столько работы…

– Ничего страшного, – Аня поудобнее перехватила очень послушного мальчика и направилась к крыльцу. Крылышки грустно свисали вдоль спины.

Прошел год, и другой, и еще полгода… Крышу пришлось перекрасить уже раза четыре. Млечный Путь сиял чистотой, словно серебряный самовар, скакали по лужайке сытые зайцы, где-то примеряла свадебное платье Спящая Красавица.

В одно из воскресений Чудесный Домик, как обычно, гудел перед обедом. По залу важно прогуливались чародеи, феи играли в резиночку… Аня сосредоточенно ковыряла носком туфли паркетину, размышляя о способах получения живой воды из апельсинового сока.