Под мраморным небом - Джон Шорс

– Скоро он выступает.

Я взбила подушки и вновь села возле отца. Я пыталась думать о том, что необходимо сделать, но никак не могла не думать об Арджуманд и Исе. Где они сейчас? Успели добраться до безопасного места или Аллах оставил меня?

– Надеюсь, ты не собираешься идти вместе с Дарой?

– Нет, – быстро ответила я, пожалуй, слишком поспешно. – В бою от меня мало пользы.

– Что верно... то верно, – пробормотал отец, пытаясь придать суровость своему ослабевшему голосу. – Я хочу, чтобы ты была здесь со мной. Дара и его офицеры справятся без тебя.

Я всегда повиновалась отцу, но сейчас, сидя в его комнате и вдыхая дурно пахнущий воздух, почти все его слова пропускала мимо ушей. Как я могу оставаться здесь, когда судьба империи решается за пределами Агры? Разве мама осталась бы? Ни за что. Да, конечно, она с позволения отца сопровождала его к местам сражений, где присутствие женщин было нежелательно, однако он сам говорил мне, что несколько раз ее советы спасали жизнь солдатам.

В военном деле я не гений, но сегодня утром сообразила, что, если я не позабочусь о том, чтобы битва состоялась, Аурангзеб попросту пойдет сразу на Агру и захватит незащищенный Красный форт. Конечно, Исе я не сказала, что намерена быть на поле боя, иначе он сразу же перекинул бы меня через плечо и увез в Аллахабад.

– Я скоро вернусь, – тихо пообещала я.

– Не уходи далеко. Возможно, мне понадобится твой совет.

– Как тебе будет угодно, отец.

Но я солгала ему, так как, едва взошло солнце, я уже сидела на лучшем жеребце из конюшен отца. В близлежащем дворе я быстро нашла солдатскую одежду. После того как Дара выступил со своей армией из Красного форта, должно быть, сотни воинов покинули свои убежища и пополнили ряды беженцев, двигавшихся на юг. Брошенное оружие и форменная одежда усеивали площадь, словно опавшие листья после бури.

Обычно на этой площади невозможно было протолкнуться, но сегодня только обнаженный по пояс индийский священник бродил здесь под дождем. Спрыгнув с коня, я надела на себя офицерскую желтую тунику. Она была мне велика, больше походила на платье, но это не бросалось в глаза, когда я села на лошадь и собрала тунику у пояса. Как и все воины, я прикрепила к седлу щит, колчан, лук и меч. Разумеется, я не смогла бы воспользоваться этим оружием, но, во всяком случае, спрятав волосы под черный тюрбан, я стала немного похожа на солдата.

За пределами Агры, где улицы были мощеные, дорога, ведущая на север, представляла собой глинистое месиво. Идти по следу сорокатысячной армии и тысячи слонов было тяжело, к тому же не прекращался дождь и видимость была плохая. Меня беспокоил неутихающий ветер. Он внезапно поднялся с юго-восточной стороны, вселив в меня тревогу, так как самые страшные тайфуны зачастую налетали из Бенгалии.

Мой жеребец, крепкий и сильный, быстро нагнал армию Дары. Я учуяла ее прежде, чем увидела: запахи навоза, сена и немытых тел не рассеивала даже буря. Плетясь в арьергарде, глядя, как пешие воины бредут по щиколотку в грязи, я старалась не думать о своих любимых. Мрачно били барабаны. Офицеры кричали на солдат. Слоны тащили пушки или украшенные яркими тканями деревянные платформы, на которых обычно сидел один офицер, вооруженный мушкетом, или даже два.

К счастью, до холма, на котором мы собирались дать отпор армии Аурангзеба, путь был недолгий. Сам холм представлял собой небольшую возвышенность; в длину, наверно, он был такой же, как Красный форт, но не столь высокий. Деревьев на нем почти не было; тут и там лежали скопления валунов и росли редкие кусты. Даже я, человек, ничего не смыслящий в военном деле, видела, что укрытий здесь мало.

Наша армия принялась быстро воздвигать укрепления. Издалека я смотрела, как наши солдаты под проливным дождем спиливают те немногие деревья, что были на холме, и с помощью слонов укладывают их между валунами. Ветками и кустарниками затыкали бреши. Это заграждение, даже в незаконченном виде, защитит некоторых из наших людей. Наши пушки, коих было пятьдесят, установили за деревянной стеной. Таким образом, мы сформировали кольцо из солдат, животных и орудий, опоясывавшее верхнюю часть холма.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы отыскать Дару. В шлеме и кольчуге, раскрашенной по диагонали красно-черными полосами, он был не похож сам на себя. Сидя на величественном слоне, он отдавал распоряжения относительно возведения дополнительных заграждений. Голова животного была защищена броней, его бивни венчали серебряные наконечники с заостренными концами.

Лошадей здесь было мало, так как большая часть нашей конницы скрывалась дальше к северу, поэтому, когда мой конь заржал, Дара повернулся на этот звук, ожидая увидеть кого-нибудь из офицеров. Я сняла тюрбан. Он оцепенел на мгновение, равно как и десятки солдат вокруг. Пришпорив коня, я направила его к боевому слону брата, укрытому пурпурной тканью.

– Во имя Аллаха, почему ты здесь? – спросил Дара.

Я натянула поводья, остановив своего жеребца на расстоянии длины копья от его слона.

– Когда вы ждете появления армии Аурангзеба? – осведомилась я.

– Почему ты здесь? – повторил Дара.

Меня вдруг взбесило, что ко мне относятся, как к ребенку или как к собаке, которую можно пинком отогнать. Выходит, если Аллах сотворил меня женщиной, я ничем не могу помочь?

– Потому что я так хочу! – заявила я.

– Хочешь? А отцу известно об этом твоем желании?

Дара вполне мог бы привязать меня к лошади и с позором отправить в Агру. Поэтому я солгала:

– Я уеду, как только развернется сражение, и сообщу ему, как оно началось.

– У меня для этого гонцы есть!

– У тебя есть лишние люди? – Он хотел кивнуть, но я, не давая ему ответить, наконец-то объяснила настоящую причину своего приезда: – Ты когда-нибудь задумывался над тем, Дара, что может произойти, если Аурангзеб попросту обойдет стороной твой маленький холм и захватит незащищенную Агру? С какой стати ему атаковать тебя здесь, где ты выстроил укрепления, когда он мог бы с легкостью захватить Павлиний трон, а с тобой разделаться позже?

– Честь диктует ему...

– По-твоему, у этой крысы есть честь? – перебила я брата. Женщин учили подавлять свои чувства, но я была слишком рассержена. В каком-то смысле наивность Дары бесила меня больше, чем предательство Аурангзеба. – Неужели твои офицеры с головой увязли в грязи и