Бродяга. Копьё Света - Айон91

домашним постоем. То есть сдает комнаты за некую сумму. Комнаты от низкого до высокого класса удобства. Но раненым воинам высокий уровень не нужен. Лишь место, где отсидеться, да кровать, чтобы отлежаться и прийти в себя. Регенерация, при определенных условиях, нужные зелья и чары, помогут раненым восстановиться.

— Милорд! Генерал! — поприветствовали нас с Айоном воины Волка, как только мы оказались в выделенном им крыле. Вышли из своих комнат и подчиненные Дриза, а следом и маги Винтера. Все они были потрепанные и уставшие, видно, что не щадили себя и отдавались бою со всей душой и сердцем. Время вылечит, раны затянутся, шрамы сойдут, нужен только отдых.

— Благодарю всех за бой, — сказал, прикрыв глаза и чуть склонив голову в знак благодарности за проявленную силу и мастерство. — Воины света потерпели поражение и остались лежать хладными трупами в наших землях только благодаря вам.

— Во имя Севера! Во славу Князя! — разом ответили воины трех отрядов, приложив правую руку к груди, к сердцу. Я только улыбнулся и отправил воинов отдыхать и восстанавливаться дальше.

Сам же, с помощью теней Айона, перешел к главным воротам города. Ведь время назначенной дуэли уже близко. Осталось всего полчаса или около того. Этиор уже там, как и зрители в лице братьев Ситир, Жрицы и почтенного Тинтра. Не явился только Святейшество. Но оно к лучшему. Он тут лишний.

По договоренности с полуифритом очертили защитный круг. Свою дополнительную защиту поставила и жрица, оградив поля нашего боя святым барьером. Айон тоже хотел, но я его попросил не вмешиваться, а наблюдать за периметром. Мало ли кто Этиору по доброте душевной решит помочь. Шаншэ только кивнул и улыбнулся, все такой же улыбкой, полной детской непосредственности. От улыбки мальчика, а также от провалов черных глаз, бедного гнома передернуло. Чувствовал, как он дрожит от страха каждой клеточкой тела. Понял это и Айон, сказав только ему одному:

— Почтенный, я вас не трону, — поясняя: — вы нужны моему господину. Он вас ценит, уважает. Как и я. Особенно после того боя на турнире с мастером молотов.

После этих слов и пояснений, гнома отпустило. Он не вздрагивал от каждого слова и движения шаншэ, но все равно был в легком напряжении. Оно и понятно. Перед ним не просто демон теней, управляющий ими, использующий в личных целях, а тень собственной персоной, к тому же плотоядная. Ведь шаншэ — это тварь изнанки, или, проще говоря, порождение Бездны.

— Благодарю за похвалу, — сказал гном и посмотрел на Этиора, о чем-то беседующего со Жрицей. Она была хмурой и в своих мыслях, но отвечала полуифриту, однозначно, коротко и по существу. Что говорила она, гном не разобрал, а вот что хотел сделать Этиор — да. Этим он со мной поделился: — милорд, я хочу вас предупредить, — начал гном, — Арион попросил у леди Сиринии благословения, а еще святую энергию, — чем это грозило обычным темным, ниже уровнем, и так понятно. Ожогами и травмами средней степени тяжести. Мне же ничем. Так, легким жжением.

— Учту, почтенный, — сказал и покинул их с шаншэ.

Мне предстоит бой. А еще более глубокое пробуждение одной огненной личности, бегающей от наследия. Нужно подтолкнуть Этиора к использованию родового пламени, но без призыва феникса. Птица в этом случае перетянет часть пламени на себя, тем самым ослабив связь Этиора с предками и изначальным источником. А мне этого не надо. Поэтому предлагаю полуифриту:

— Без фамильяров. Только Лед и Огонь.

— Принимаю! — согласился Этиор и бросился на меня в лобовую с кулаками, окутанными пламенем.

То, что против меня использовал в данный момент Этиор, называется «Огненный кулак» — это заклинание среднего порядка. Тратится на него всего сотня-две единиц энергии. Главное поддерживать огонь и не давать ему сойти на нет. Но для пробуждения наследия «Кулаков» будет мало. Именно поэтому, пока Этиор сокращал между нами расстояние, я призвал самое простое из ледяных заклинаний в моем арсенале: «Ледяные оковы» — способные блокировать поток магии и развеивать уже призванные заклинания.

— Оковы? — рыкнул Этиор, смотря на мощные ледяные наручи, сковывающие его запястья. — И это все? — воскликнул он и воспылал гневом, выплескивая энергию куда сильнее прежней.

Следующим заклинанием стали «Шары огня», формирующиеся из призванного пламени, окружающего тело мага алым столпом энергии. Заклинание дальнего боя, заставляющее противника бегать и искать способ сблизиться. Шары — это почти высшее заклинание. Контролируются или ментально, то есть силой мысли, или физически — руками и взглядом. Заставить меня побегать — хорошая тактика. Пламени и энергии используется гораздо больше, чем в Кулаке. Но все равно не то. Мне нужно, чтобы он не просто воспылал, а взорвался, как вулкан. Поэтому:

— Печать Вечного Льда!

Под ногами тут же сформировался магический круг бледно-голубого цвета, с вплетенными символами льда и мороза. Энергия, которую я вложил в заклинание, питала печать, наполняя ее стужей и северным холодом. По моему желанию она распространилась на весь периметр защитного барьера, установленного Жрицей, погружая и обращая в лед все вокруг. Призванная мной магия поднялась столпом, замораживая не только Огненные шары заклинания, но и само пламя, окутывающее его и защищающее.

— Ах ты! — взревел от злости полуифрит, меняясь на глазах.

От гнева и вскипевшей пламенем рода крови, и так алые волосы Ариона обратились жгучим огнем, устремившись вверх. Глаза сверкали золотом, зрачок вытянулся, став вертикальным, а за спиной, во вновь призванном огне, проявилась черно-алая фигура с шестью руками. В каждой по горящему шару. Вот она! Его истинная ипостась и облик. Достаточно лишь обратиться к огню рода.

— Спалю! — рыкнул Этиор и пусть не осознавая до конца что произошло, все-таки призвал самое мощное в его распоряжении заклинание, использовав родовой огонь. в приступе гнева он забыл о благословении Жрицы и ее святой энергии, дарованный для моего очищения.

Мощный поток магии огня, обжигающего даже меня, берущего свое начало от первого ифрита рода Энтирион, в мгновения ока растопил Вечный Лед, завладев всем полем боя. Вот оно! Пламя рода Энтириот! Обращающее в пепел все, чего коснется. Трава, деревья и кусты стали золой. Как и верхняя рубашка полуифрита. Уцелели только штаны и обувь. От лицезрения обнаженного торса Этиора, Жрица смутилась и отвела взгляд. А Этиор, поддавшись-таки зову древнего огня, принимал облик той самой пламенной фигуры, с шестью руками.

Алые волосы, объятые багровым огнем, устремились вверх, кожа потемнела, отливала бронзой. На груди, плечах, на руках от запястий до локтей, под глазами — проявились метки песчаного народа, характеризующие его, как чистокровного жителя южных земель. До