Единица безумия - Оксана Николаевна Сергеева

что должна идти к такой-то матери, и ты со мной разводишься, – устало отмахнулась Женя. – Я б сама уже десять раз на развод подала, но что-то не могу найти свой паспорт.

Андрей рассмеялся.

– И не смейся! – возмутилась и добавила, чтоб он не сомневался: – Не думай, что я повод нашла! Я правда не могу найти свой паспорт!

– Так он у меня, – с довольным видом признался муж. – Я его забрал, чтобы ты не пошла развод оформлять. Я вообще не собирался с тобой разводиться, я же не дурак.

Женька удивленно заморгала. Потом удивление сменилось злостью, и эту злость она выместила на пальто – встряхнула что есть силы, прежде чем убрать в шкаф.

– Нет, ты не дурак, ты очень предприимчивый параноик. Какого черта ты мне тогда нервы мотаешь?

– Так надо для тебя.

– Серьезно? Для меня? – делано изумилась и пошла в гостиную.

– Конечно. – Андрей поплелся за ней нетвердой походкой. – Это тебе нужна ссора, чтобы начать выяснять отношения. Мне и так все было ясно.

– Можешь спать здесь! – объявила Женя, бросила на диван тонкий плед и, оставив мужа в гостиной озадаченно созерцать свое не совсем удобное спальное место, вернулась в кровать.

Минуты не прошло, как Андрей появился в дверях спальни. Он стоял, не говоря ни слова, и шумно вздыхал, прислонившись плечом к косяку.

– Что?! – рявкнула она, когда устала слушать его тяжкие вздохи.

– Мне надоело спать без тебя.

– Хорошо, ложись здесь. – Раздраженно откинула одеяло со второй половины кровати. – Только ко мне не лезь.

– Ты же не можешь понять…

– Пожалуйста, – взмолилась Женька, – ляг и спи. Давай оставим все разговоры до утра, ты все равно ничего не соображаешь.

– Я прекрасно соображаю! Это ты ни черта не соображаешь!

– Сколько ты выпил, а? И что праздновал, мне интересно?

– Неважно. Это не мешает мне думать. Я бы сказал – наоборот – мой разум кристально чист, как никогда.

Женя рассмеялась нетрезвой искренности, с которой Андрей изъяснялся.

Пройдя в комнату, он сел на свою половину кровати и начал стаскивать с себя одежду.

– Ты ж без скандала не можешь понять, что я тебя… черт… – умолк, пытаясь расстегнуть пуговицы на рубашке, но они, как назло, выскальзывали из пальцев.

– Ты меня – что? – не выдержала Женя и спросила, повернувшись к нему.

– Что ты мне дорога… – Ему удалось стащить с себя рубашку, но парочка пуговиц все же отлетела.

– Неубедительно, – отозвалась ворчливо, хотя внутри тепло стало от его слов, и злость сразу испарилась. Захотелось помочь ему раздеться, но Женька заставила себя не двигаться.

– Короче! Развода не будет!

– Назови мне хоть одну причину, почему ему не быть. – Она решила воспользоваться состоянием мужа и немного его разговорить. Кажется, сегодня он настроен на откровения.

– Потому что я люблю тебя и не хочу расставаться, – объяснил Андрей, удивляясь ее недогадливости. – Я в душ, – сказал обыденно и, пошатываясь, ушел в ванную.

Женя села выше, удобно подложила подушку под спину и улыбнулась. Андрюша просто невыносимый. Самый бесячий из всех бесячих, кого ей доводилось знать. Но именно он сделал ее по-настоящему счастливой. Было немного тревожно, так как она еще не сказала ему самого главного, но ощущение безнадежности ушло.

– Тебе лучше? – поинтересовалась заботливо, когда муж вернулся в спальню.

– Да, – усевшись на кровать, Андрей взлохматил волосы полотенцем, – мне гораздо лучше и теперь я тоже хочу что-нибудь от тебя услышать.

– Например? – спросила игриво от накатившего внезапно смущения.

– Какое-нибудь тайное признание. Три заветных слова. Например, что ты меня любишь… и все такое.

– О, да. У меня есть для тебя три заветных слова. Ты готов? – Женя помедлила и сказала осторожно: – Ты станешь папой.

– Папой? Я? – озадаченно переспросил он и повернул к ней лохматую голову. – В смысле, ты беременна?

– Да.

– Точно?

– Да.

– Ты уверена?

– Да! Думаешь, я совсем идиотка и не понимаю, беременна я или нет? – крикнула почти со злостью и уже готова была расплакаться, но Андрей подобрался к ней ближе, сгреб в объятия и прижал к себе.

– Дольчегабана, ты, как обычно, говоришь вообще не то, что надо… я не это хотел услышать, – с волнением произнес он, – но, клянусь, это самая прекрасная новость, которую я слышал за последнее время.

В темноте она не видела его лица, но, кажется, он улыбался.

– Я боялась, что ты не захочешь ребенка…

– Почему мне его не хотеть? У меня даже детская площадка во дворе заготовлена. У меня есть все, чтобы рожать детей. У меня есть семья… отец… А ты собралась уйти, когда все наладилось. Ты не можешь уйти, когда все наконец наладилось. Главное, у нас есть дедушка, который очень ждет внуков. Надо его обрадовать. А ты точно знаешь? – Он удобнее улегся рядом, и его руки сползли с ее плеч на ее живот.

– Тест сделала, – накрыла его руку своей рукой. – Две полоски. В больницу не ходила. Собиралась. Но ты же паспорт забрал. Я даже узи сделать не могу без паспорта.

– Сделаем… – прошептал он и замолчал.

Женька тоже молчала, улыбаясь своим мыслям. Говорить не хотелось.

– Кстати, нас на свадьбу пригласили, – уже засыпая, проговорил Андрей.

– Кто?

– Янис.

– А Вера в курсе?

– Не знаю насчет Веры, но Янис точно женится.

– Когда?

– Как только… так мы сразу узнаем.

* * *

На следующий день они приехали домой. К отцу. По дороге Андрей признался, что ничего не говорил ему и не посвящал в подробности разлада. Чтобы не волновать якобы, но Женя подозревала, что мужу попросту совестно.

Виктор Олегович встретил ее прохладно, и Женя расстроилась, почувствовав себя неуютно, как при первой встрече. Они приехали сообщить радостную весть, но свекор был в таком скверном настроении, что открывать рот по этому поводу не хотелось, о чем она, как только выдалась возможность, сразу сообщила мужу. Андрей, как ни странно, согласился и не давил на нее. Женя ощутила, что жизнь действительно пошла по-новому, ведь раньше ее мнение никого особенно не заботило. О чем-то долго беседовали отец и