Единица безумия - Оксана Николаевна Сергеева

что он врет? – спросил Даниил, разливая алкоголь по узким рюмкам.

– Эники-беники ели вареники, вышел на палубу пьяный матрос… у меня водочка… – Янис щелкнул пальцами, влил в себя водку и отставил пустую рюмку в сторону. – Знаю, потому что я там был. Не домой отец шел, а из дома. Он уже вернулся домой и вышел снова. Я его на пороге встретил и стал просить мороженое. За мороженым мы пошли. Если б Лава отца расстрелял, он бы знал, что там был мальчик.

– Ты не знал? – спросил Андрей, увидев, как удивился Даня.

– Нет, – растерянно сказал он. – Я у бабушки был. Не помню, зачем нас тогда разделили. Почему ты никогда не рассказывал об этом?

Брат указал на длинный ряд рюмок:

– Не отставай. Что это изменит? Я не помню ничего. Помню, что слышал выстрелы… звал отца… потом меня забрали. Как хочешь… эники-беники ели вареники… виски…

– Эники-беники ели вареники… – медленно считал Даня, – у меня абсент…

– Скоро к тебе придет зеленый матрос…

– Уже в пути…

– Ты так и не сказал. Если б все оказалось правдой, что бы сделал? – напомнил Андрей.

– У меня на эти темы фантазия бурно развита, но я старался об этом не думать, – признался Янис, – лучше давай о другом.

– Ага, бухло, бабы… все, как раньше. Кстати, ты не забудь меня на свадьбу пригласить. Все-таки это моя заслуга, что ты с Верой познакомился. А то у меня свадьбы не было, хоть на твоей повеселюсь.

– Считай, что ты уже приглашен, – ухмыльнулся Янис.

Даниил недовольно хмыкнул:

– Невеста пусть сначала разведется.

– В чем проблема?

– В ней проблема! – разъярился Даня.

– Заткнись, – покривился Янис. – Это не твоего ума дело. Мне похрен, с какими бабами ты спишь, вот и ты ко мне не лезь.

– А-а, черная кошка, пробежавшая между братьями, ходила где-то недалеко, и звали ее Вера, – улыбнулся Рысь. – Давай это… эники-беники… Севку тоже в ангар… и… ох епт, опять виски…

Янис иронично улыбнулся:

– Что ты, друг. Как мы можем? Мы же деловые люди. У нас репутация.

– Да, точно, забыл, – посмеялся Рысь. – Мы в блудняке не участвуем. Кстати, его серьезные люди ищут. Даже у меня интересовались. По ходу Сева серьезно попал. Если найдут, ему кранты. Эники-беники…

– Не найдут.

– Он у тебя, что ли?

– Эники-беники… о, абсент… – Янис выпил рюмку и выдохнул. – На всякий случай. Всегда же надо думать наперед, вот и думаю… то ли грохнуть дебила, то ли отпустить, чтобы грохнули.

– Не, это как-то негуманно. Надо искать третий вариант. А Вера знает?

– Нет.

– Понял. Информация не для прессы. Я тоже ничего не знаю. Не слышал.

– Вот скажи мне, что это за любовь такая, – Янис потянул к себе рюмку с виски.

– У кого?

– У Веры к гондону этому…

– Не знаю я ничего про ее любовь… что там за любовь… но они давно женаты… еще со студенчества… эники-беники… и у меня абсент… – Андрей потянул к себе рюмку с зеленой жидкостью.

– Скоро к тебе придет зеленый матрос…

– Уже пришел…

* * *

Предрассветный туман стоял за окном. Мимо плыли фонари. Мягко под колеса ложился асфальт. Плыли и дома, а потом вдруг перестали.

– Ты сказал, что отвезешь меня домой, – проворчал Андрей.

– Я тебя домой и привез.

– Мы сейчас немного не в ладах… – упорствуя, нахохлился Рысь.

– Не дуркуй, иди к жене, – на правах старого друга настаивал Янис.

– Я немного не в том состоянии… – Андрей сидел, нахмурившись, и не двигался. Тело отяжелело. Сколько же сил потребуется, чтобы выбраться из машины и дойти до подъезда.

– Какая разница, в каком ты состоянии, если это твоя жена. Вали давай! – Потянувшись к ручке со стороны Андрея, Янис открыл дверцу и вытолкнул друга из салона.

Рысь вывалился на улицу, но на ногах удержался.

– Ладно. Пошел. – Неуверенно двинулся к дому, тут же поскользнувшись на подмерзшей лужице. – Ох, епт!

– Вань, помоги, – сказал Янис, увидев, как Андрей пошатнулся. Еще не хватало, чтобы навернулся где-нибудь и покалечился.

– Не надо, я в норме.

Майер засомневался:

– Сам?

– Сам! – как будто бы возмутился Андрей.

Убедившись, что друг вошел в дом без происшествий, Янис уехал.

Лифт почему-то не работал – пришлось подниматься по лестнице. Она долго не кончалась. Ступеньки все тянулись вверх. Тянулись и тянулись… Добравшись до квартиры, Андрей немного постоял, переводя дыхание. В дверь звонить не стал, – Дольчегабана, разозлившись, может и не пустить, – долго искал ключи, а, найдя, попытался открыть замок, но тот почему-то не поддался. Очередная чертова неразбериха.

Неужели сменила, подумал Рысь, но внезапно дверь распахнулась.

– Андрюша, ты спятил? Я собиралась полицию вызывать, испугалась, что ко мне воры ломятся, – злым шепотом отчитала жена.

– Кто, кроме меня, может к тебе вломиться? Какие воры?

– Господи… да ты пьян, – поняла она по голосу и одарила его полным презрения взглядом. – И какого черта ты приперся? – Воинственно скрестила руки на груди.

– Дольчегабана, я вот никогда за бабой не бегал. Понимаешь? Никогда. Пошла и пошла. Вали на хрен.

– Ты мне это пришел сказать в такой час?

– Дослушай!

– Хорошо, – согласилась Женя и строго сомкнула губы. – Только зайди внутрь. Не надо орать на всю площадку. Тем более, я так понимаю, сказать ты собираешься нечто важное.

– Мне все равно. Пусть все слышат!

– Зато мне не все равно. Не хочу краснеть перед соседями за твой пьяный дебош. – Подхватив под локоть, втащила мужа в квартиру.

– Я хочу, чтобы ты вернулась. Ну, – вздохнул, позволяя стянуть с себя пальто, – или пусти меня к себе…

– Я тебя не выгоняла. Это ты разнервничался…

– У меня был повод… повод у меня был… ты знаешь… все было очень серьезно…

– Серьезней некуда.

– Да. Ты все знала… что для меня важно… и сговорилась с моим отцом… как предательница…

– Боже, я даже не хочу это слушать! Если ты сейчас снова начнешь эту тему, то вали отсюда! Я и без этого поняла,